Соперницы. Знаменитые «любовные треугольники» - Ульрика Грюневальд

Онассис продолжал заботиться о ней, даже когда он уже давно был женат на Джеки. Он оплачивал апартаменты Каллас в Париже и следил за ее финансами. Он сделал ее своей партнершей при покупке одного из кораблей и заботился, чтобы соблюдались ее интересы с юридической точки зрения. Онассис остался с ней тесно связан до конца жизни. Мне кажется – Каллас была настоящей любовью его жизни. Только сам он понял это слишком поздно.

КБ: Вы думаете, следовательно, что Онассис любил Марию?

Гаге: Он любил ее по-своему, на свой манер. Он был греком, южанином, который играл только по своим правилам. Став старым и больным, он мог выбирать между лечением в Париже и в Нью-Йорке. Он предпочел Париж, здесь он хотел в последний раз увидеть Марию. И он виделся с ней. Она рассказывала, что он ей сказал: «Я любил тебя так, как умел». Это объясняет все.

КБ: Но Мария и Аристотель часто ссорились друг с другом?

Гаге: Это была часть их большой взаимной страсти. Они боролись, даже физически. Он бил ее, она давала сдачи. Потом все равно следовало страстное примирение. Люди, бывшие с ними вместе на яхте «Кристина», рассказывали об этой борьбе. Она угрожала оставить его и шла собирать вещи. А когда он ее звал, возвращалась назад. Это были бурные отношения, но это были и самые лучшие отношения, рожденные взаимной сердечной привязанностью.

КБ: Из-за чего они ссорились?

Гаге: Сначала она хотела, чтобы он женился на ней. Дальше из-за того, что она узнавала о его любовных связях с другими женщинами. А потом ей стало известно, что он встречается с Джеки Кеннеди. Разразилась грандиозная ссора, Мария Каллас пыталась даже покончить с собой. Предметом ссор становилось и то, что она принимала слишком много таблеток: Онассис упрекал ее за это. Она делала какие-то неуместные замечания, и он терял самообладание. Часто она гневалась от того, как он с ней разговаривает, но потом платила ему той же монетой. Это были отношения двух южан.

КБ: Что произошло, когда Онассис женился на Джеки?

Гаге: Онассис делил себя между обеими женщинами. Кстати, он не был интересным мужчиной. Он был очень обаятельным. В 1968 году Онассис взял с собой в плаванье Марию. Они вместе провели Пасху на Карибах, а затем он велел ей возвращаться в Париж. Как только Мария покинула яхту, он привез на «Кристину» Джеки. Мария, узнав об этом, пыталась, как уже говорилось, покончить с собой – этой попыткой самоубийства она хотела принудить Онассиса признать ее права на него. Но в это время он уже был очень занят Джеки. Самым лучшим вариантом для Онассиса было сохранить двух любовниц и не жениться ни на ком из них.

Когда начались переговоры о брачном контракте с Джеки, то ее адвокат требовал, чтобы в случае развода она получила 20 миллионов долларов. Онассис, видимо, желая избавиться от Джеки, сказал, что больше 3 миллионов не заплатит, что было смехотворной суммой для такого богатого человека. Адвокат посоветовал Джеки не давать согласия. Но она сказала: «Да», потому что, безусловно, хотела этого брака.

КБ: Онассис рассказывал Марии о своем намерении жениться?

Гаге: Нет, он же хотел увильнуть от свадьбы с Джеки. Но осенью 1968 года вдова президента США позвонила ему. Онассис был в Афинах, она – в Нью-Йорке. Джеки объяснила, что «Бостон Геральд» собирается опубликовать статью об их любовной связи. Будет скандал, который сильно ранит ее детей. Нужно объявить о свадьбе, сказала она. И Онассис, хотя и с колебаниями, но согласился на этот брак. Все произошло слишком быстро. После поспешной свадьбы медового месяца не было, так как Онассис был занят своим бизнесом. А через неделю после свадьбы он полетел в Париж к Марии. Вначале она не желала его видеть, а он не сдавался и, как мальчишка, бросал в ее окно камушки. Они встречались до самой его смерти.

КБ: Была ли Мария Каллас склонна к тому, чтобы себя жалеть?

Гаге: Она всегда чувствовала себя жертвой, которой злоупотребляли все, кого она любила. Каллас была страстной женщиной, которая все отдала Онассису. Только он не умел ценить этого. Во всяком случае до тех пор, пока не понял, насколько неудачен его брак с Джеки.

КБ: Что думала Мария Каллас о Жаклин Кеннеди?

Гаге: Я думаю, с одной стороны, она ее презирала. Мария говорила: «Как можно выйти замуж за кого-то, кто спал с твоей сестрой?» Она находила это отвратительным. Каллас считала, что Джеки вышла замуж только из-за денег Онассиса, и потому смеялась над ней. Но, с другой стороны, отдавала Джеки дань уважения за то, что ей удалось женить на себе Онассиса, чего сама Каллас сделать не сумела. Ее больше бесил Онассис, чем Жаклин, хотя она была уверена, что Джеки вышла за него по расчету.

Принцесса Диана и Камилла Паркер-Боулз

Все начиналось со сказочной свадьбы, а превратилось в грязную трагикомедию, грозившую взорвать британскую монархию. Конец фатального любовного треугольника почти банален: принцесса нашла свою смерть в туннеле, изменявший ей супруг женился на давней любовнице, а королева продолжает управлять монархией, словно все беды только укрепляют ее позицию в глазах народа.

Но в этой десятилетиями длившейся афере все не так, как людям хотелось бы видеть, все не так, как рассказывают ее участники, и не так, как хотелось бы самой королеве и Букингемскому дворцу. Какой вред нанесла борьба двух соперниц – Дианы и Камиллы, можно будет измерить, вероятно, только по истечении времени. Кто хочет и умеет видеть, для того уже свадьба наследника трона принца Чарльза и робкой леди Дианы Спенсер – это только часть хорошо продуманного плана, преследовавшего единственную цель: на десятилетия застраховать британскую монархию.

Задача молодой пары была вполне очевидна: рожать детей, чтобы Виндзоры могли удержаться у власти. Однако уже в тот момент, когда жених и невеста 29 июня 1981 года вошли в лондонский собор Святого Павла и 750 миллионов зрителей так хотели верить в сказку со счастливым концом, темная тень «другой женщины» пала на великолепную церемонию. Когда Диана под руку со своим отцом проходила по коридору старинного собора, она увидела среди приглашенных Камиллу. Та была в светло-сером костюме, лицо было скрыто под вуалью. Диана ни в коем случае не была ничего не подозревающей овечкой, брошенной на алтарь Британской империи в качестве жертвы. Она была знакома с Камиллой и знала о ее роли в добрачной жизни своего будущего супруга.

«Ну хорошо, значит, ты тут, что ж, будем надеяться, что все, связанное с тобой, уже позади», – думала про себя Диана в тот исторический момент, приближаясь к архиепископу Кантерберийскому, совершавшему обряд бракосочетания. Вероятно, Диана была так наивна, что считала возможным в этой борьбе с соперницей победить уже самим фактом бракосочетания. Но как, собственно, она могла завоевать сердце принца Уэльского, принадлежащее другой?