Дело: Темное - Ольга Волкова

- Вещи подбери. - негромко велел кузнец. - И давайте, топайте в деревню, найдете, где переночевать можно. Обойдите только до тракта, а то из леса вывалитесь - за нежить примут.

- А ты куда же? В лесу останешься? - поинтересовался рыцарь, задумчиво посмотрев на браслет Зимы. Это украшение девушка надевала уже второй раз и надевала с явной неохотой. Возможно, побрякушка была магической и давала возможность кузнецу следить за ними, а возможно, не давала возможности девушке превращаться в волка. При случае Генрих решил выяснить это.

- Нет, я по округе пробегусь. Мало ли чего. - Мстивой пожал плечами. - Вдруг и тут навьи по лесам шастают?

Он оглянулся на не слишком-то довольную Зимку, махнул рукой и скрылся за деревьями

- Можно подумать тут куда не ткни всюду эти навьи ползают, - пробормотал рыцарь, посмотрев вслед уходящему Мстивою. - Что ж, пошли, Зима. Нам еще до тракта идти и идти.

- Пойдемте. - вздохнула девушка, подбирая сумки. - Тракт в той стороне.

Обойдя заросли густого колючего кустарника и немного пройдя по лесу, рыцарь и девушка оказались на широкой утоптанной дороге, ведущей к деревне - вдали на фоне вечернего неба виднелись домики. Тракт был широкий, пыльный и наезженный, с глубоко отпечатавшейся колеей. Вокруг тихо шелестели деревья, чирикали вечерние птицы, где-то стучал дятел... лес был спокоен. Ничего похожего с темной тревогой леса под Чернотравьем, с его леденящим душу ужасом и наползающей ниоткуда темнотой.

Генрих покосился на идущую рядом девушку. В голове крутилось столько вопросов и тем, что он даже не знал, с какой начать. К тому же бедняга столкнулся со сложнейшей моральной дилеммой. С одной стороны, девушка ему нравилась, а с другой она была нечистью... Все эти мысли проносились в голове рыцаря со скоростью загнанного кролика, но, так и не остановившись на чем-то одном и решив, что заводить разговор о погоде будет идиотизмом, он все же решился:

- Госпожа... Зимка, я смотрю, вы уже не первый раз надеваете этот непонятный браслет, который дал вам Мстивой. И при этом надеваете без особой радости. Прошлый раз был неподходящий момент, чтобы спросить, но сейчас позвольте поинтересоваться зачем нужна эта...вещь? Если, конечно, это не секрет.

Генрих досадовал на себя. Сейчас он говорил с нечистью, как с какой-то благородной дамой. Но что поделать, почему-то в присутствии этой девушки он испытывал какую-то неловкость, причины которой до конца были неясны даже ему самому.

- Ну.. это просто знак школы. - пожала плечами девушка. - В принципе ничего не означает, но вне ее стен нам положено такой носить, чтобы... чтобы люди знали, с кем имеют дело. А они обычно не слишком уж хорошо относятся к нечисти.

Она виновато улыбнулась и замолчала, не глядя на рыцаря и думая о чем-то своем. Если судить по ее глазам - то о чем-то довольно печальном.

- Госпожа... Зимка, скажите, а зачем вам все это?- обвел рукой пространство рыцарь.- Я ведь вижу что сложившаяся ситуация вас совсем не радует. Я защищаю людей, это мой долг, как королевского рыцаря. На улицах городов, я обычно ловлю восхищенные и благодарные взгляды. Однако ни один крестьянин не поблагодарит вас за спасение жизни. Скорее всего в благодарность за спасение он попытается вас этой жизни лишить... как богомерзкую нечисть. Я не знаю, какие мысли вас гнетут, однако вижу, что они совсем невеселы. Может вам стоит бросить это дело? - осторожно поинтересовался Генрих и, тут же продолжив, добавил:

- Вы, как я вижу, хороший человек, а я обычно в людях не ошибаюсь. Но, возможно, тот дух был в чем-то прав. Люди неблагодарны. И ни вас... тебя... ни Мстивоя они точно не поблагодарят за свое спасение.

- О чем вы? - Зимка удивленно изогнула брови. - Что вы мне предлагаете бросить - школу? Остаться без образования и, если уж на то пошло, без защиты? Нечисть без фльета подлежит уничтожению - думаете, я не знаю ваших законов? Вы помогаете людям ради славы, а я... я проходила практику. Я и знать не знала ни о каких навьях, ни тем более о том, что он вернулся.

Девушка зябко поежилась и неуверенно оглянулась по сторонам, словно ожидая нападения.

- А сейчас мне просто надо вернуться в школу.

- Я об этом не знал... - произнес рыцарь после нескольких секунд молчания. Однако возникало все больше и больше вопросов о том, кто появлялся тогда перед ним на развалинах деревни.

- И все, же кто такой этот он? И о каком Хьярмоде он говорил? Мне кажется, вы знаете куда больше, чем рассказываете мне. Ведь Мстивой, кажется, назвал его Светлым. На мой взгляд, этот лжемонах был отнюдь не светел. Еще один свихнувшийся колдун?

- Простите, Генрих, но это не моя тайна. - девушка покачала головой. - Да и не знаю я почти ничего. У Мстивоя спросите, как вернется, а мне такое говорить нельзя, запрещено. Да и не дай боги, накаркаю!

Она сделала быстрый, неуловимый жест рукой, словно отгоняя от себя плохое, и пугливо замолчала.

Остаток пути прошел в тишине. Девушка думала о чем-то, всячески избегая разговора на затронутую рыцарем тему, словно чего-то боялась и поминутно оглядывалась кругом. Видимо, пребывание в Чернотравье с его ужасами не прошло для нее даром и теперь ей то и дело чудилось страшное...

Деревня, в которую они пришли, была большая и явно зажиточная. Хорошие, крепко срубленные дома, резные ставни и наличники на окнах, крепкие двери и не слишком высокие, но добротные на вид заборы, окружавшие участки. По улицам растерянно бродили толстые, упитанные куры, клевали что-то у себя под лапами, брехали из-за заборов местные собаки. Где-то со скрипом проворачивался колодезный ворот.

А еще были люди - самые обычные жители, озабоченные своими, несомненно, важными делами. На лавочках у заборов сидели старики, старушки и изредка - компании молодых парней и девушек, щелкающих семечки и оживленно переговаривающихся, по улицам носилась горластая неугомонная ребятня, у которой еще был шанс закончить игру, пока родители не загнали спать. Вошедших в деревню путников жители провожали настороженными взглядами, разговоры при приближении Генриха и Зимки, которая явно робела и старалась держаться поближе к рыцарю, смолкали, чтобы потом возобновиться с новой силой, но на пониженных тонах.

Генрих снова оказался в привычной ему среде. Конечно, не в большом и шумном городе, но эта деревня после шастанья по глухомани в окружении нечисти была просто сущим раем. Поэтому рыцарь держался уверенно и горделиво, как и пристало настоящему дворянину. Его, спутница, правда, была не столь уверена в себе, но это было в некоторой мере простительно... Все-таки, от людей такие, как она добра вряд ли увидят...

- Добрый человек, не подскажешь, как ваша деревня называется? И где трактир или таверна какая, чтоб на ночь остановиться? - спросил рыцарь у одного из стариков, сидевших на лавке.