Свои и Чужие (СИ) - Антонов Сергей Петрович

Обернувшись, беловолосая начала в захлеб хохотать, все остальные тоже не смогли сдержать улыбок. Застигнутый врасплох, Алеан, не понимал причину всеобщего веселья. В свою очередь, Нарнис ехидно поиграл бровями.

― Чего это они на нас уставились и ржут?

― Возможно у них просто хорошее настроение, сегодня же суббота, выходной.

― А я, по-твоему, олицетворяю субботу?

Достигнув подруги с подростком, остановились. Илона продолжала хохотать, через смех, еле произнесла: «Самокритично, мой друг, весьма…»

― Да о чем?! — взорвался мужчина, не понимая, что происходит.

Юноша, пытаясь быть серьёзным, ответил:

― У вас на лбу, дяденька.

Алеан посмотрел на него, и в отражении темных линз очков, быстро осознал суть всеобщего веселья.

― Признание своей личности, ведет к осознанию своего духа, — Нарнис промурлыкал наиграно-поучительно, при этом став пятиться назад.

Алеан обхватив голову руками и закатив глаза, со стоном повернулся к товарищу:

― Значит говоришь «личности осознание», да… — прошипел он, а затем кинулся на русоволосого, завязалась борьба, в результате которой, объект шутки отволок шутника в воду приговаривая: «А вот мне кажется, что ты рыбка и мы сейчас научим тебя дышать водой, потом отправишься свататься к русалкам!». Заваруха продолжилась в воде, от двух мужчин пытающихся друг друга притопить, во все стороны летели брызги. Вырвавшись, Нарнис отплыл и заорал: «Али, я клянусь это не я, честно, это все она!».

Указал на Илону. «Я отвечаю, пока ты спал, она это сделала, а меня просила молчать!!!» С ехидной физиономией Алеан повернулся в сторону женщины: «Это правда?». Илона душимая хохотом, не могла в серьёзной форме доказать свою невиновность, воскликнула: «Чтооо!? Нет! Он лжет, не смей! Даже не думай!». Алеан двинулся из воды в её сторону, в то время, как Нарнис подстрекал: «Да, вот это дело, по заслугам её, вот кто настоящая рыбка!»- Илона бросилась прочь, пытаясь убежать от рыжего мужика, но в скорости явно проигрывала, в результате чего, после непродолжительной схватки, зафиксированная подмышкой была доставлена в речку.

Слабый западный ветерок принес редкие и белые как снег кучевые облака. Они плыли по небосводу, подобно осенним листьям, упавшим на кромку воды, и гонимым ветром все дальше и дальше. Зной от этого меньше не стал, но моменты захода светила за облака были бесценны.

Сидели на берегу опустив ноги в воду, грелись в лучах палящей редагии. Алеан и Нарнис сушили на себе одежду, а Илона загорала рядом. Народ продолжал купаться и развлекаться, день был прекрасен.

― В мокрых шмотках просто класс, охлаждение, что надо, — удовлетворенно выдохнул Алеан.

― Я из-за тебя все сигареты промочил.

― Курить вредно, — подытожила Илона и дала товарищу подзатыльник, тот игриво вцепился ей в бока, она взвизгнула и засмеялась.

Снова повисла тишина. Брызги от игры детишек долетали до троицы и приятно холодили кожу.

― Вот шалопаи, — улыбнулся Алеан.

Илона лениво легла на траву и накрыла лицо рукой, защитив глаза от слепящего света.

― Как вам завтрак, господа?

― Без тараканов и на том спасибо!

―Не слушай этого болвана. Все было очень вкусно, Лоня! — Алеан, последовав примеру женщины, влепил легкий подзатыльник товарищу.

Нарнис вскочил на корточки и согнувшись у кромки берега, уставился в прозрачную гладь Арун’Эла. С искренним удивлением воскликнул и поманил рукой подругу.

― Вот это да, смотри!

Илона поднялась, нахмурив белоснежные брови, повернула голову на бок, словно щекой пыталась поймать легкий ветерок. Придвинулась к озадаченному спутнику.

― Чего там?

Нарнис набрав в ладони холодной воды, взглядом указал посмотреть на то, что спрятано внутри. Когда женщина с любопытством придвинулась ближе со словами «Ну и чего тут особенного?», он воскликнул: «Освежающая водичка, крошка, ахаха!». Знатно умыв Илону, принялся окатывать её из речки ледяной водой.

― Вот, гаденыш! — завопила беловолосая и схватив спутника за грудки потащила на глубину. Пара принялась друг-друга притапливать, а Алеан смотрел на это зрелище с искренним наслаждением.

Когда «водные процедуры» вновь подошли к концу, и изнеможенные соперники выбралась на берег, так и не определив между собой победителя, Нарнис посмотрел за спину Алеана, недалеко от них под старой ивой сидела молодежь, играла вчетвером в настольную игру, бросая кубики и делая ходы.

― Может к мелким присоединимся? Поиграем, давно я детство не вспоминал…не откажут же и в самом деле— с вопросом посмотрел на товарищей.

Илона и Алеан кивнули. Группа оказалась не против новых участников, ибо процесс становился только интересней с каждым новым игроком. Суть была проста. Выдуманный экономический мир, ты кидаешь кубики, делаешь ходы, покупаешь недвижимость и стараешься не обанкротиться. Можно объединяться в группы и играть против остальных вместе.

Так они и просидели до заката, а после неспешно побрели домой.

Вечер решили провести в ключе прошлого дня — у костра. Пожарив шашлыков и выпив, на этот раз, грэндана[2]. Ближе к десяти часам вечера Нарнис решил все-таки перейти к тому, что они все это время оттягивали. То, о чем было сложно говорить.

― Лони, слушай, по-правде, мы с Али не только приехали тебя повидать, но и кое-что предложить. Произошли некоторые события, ты наверное слышала по радио или, может смотрела по телевизору.

― Я слушаю только музыку и аудиокниги. Не особо в курсе, что сейчас происходит в стране и мире, мне это и не интересно. — фраза была произнесена с толикой настороженности.

― И все же, это касается и тебя тоже.

У Алеана заходили жилваки на скулах, кивнул в сторону товарища, тот, в свою очередь потянулся к поясной сумке. Из центрального кармашка вытянул сложенный в несколько раз кусок газеты, передал женщине.

― Прочти!

Хозяйка его развернула и под светом костра принялась за изучение материала. Повисла гробовая тишина, нарушаемая лишь ночными звуками природы и тресканьем костра.

Статью газеты «Военный вестник Фельтры» под названием «Смертоносная «Ласка»» Илона прочитала быстро, но начало ей далось с явным трудом, сделав и без того бледное лицо еще белее.

«…В минувшую среду общественность потрясло громкое и беспрецедентное по своей жестокости убийство военного корреспондента центрального канала Озана Корфи.

Третьего июня съемочная группа во главе с сотрудником Центрального Телеканала Раеоона Озаном Корфи отправилась на задание в Агганию, разрываемую боями между войсками Аговира и частями АНА (Аранийской народной армии).

В предпоследний день командировки, коллеги освещали события в местном полевом госпитале. А в два часа сорок минут по местному времени, Корфи стал жертвой, как предполагается, снайпера. Сам оператор Эллан Голани, вытащивший тело Озана из-под обстрела, рассказал «ВВФ», что коллега был убит с леденящей душу жестокостью: ему прострелили конечности, пах, живот и полностью отстрелили левое ухо. Судмедэксперты Глоберы[3] после вскрытия тела заключили, что смерть военкора была не случайна и не является роковым стечением обстоятельств. Враг целенаправленно каждой пулей перебивал журналисту кости, стараясь нанести как можно больше страданий своей жертве. Образцы боеприпасов, извлеченные из паха и живота убитого, оказались экспансивными, запрещенными к применению Ивсаэнской Конвенцией. Вследствие этого, смерть Озана Корфи признана военным преступлением против Раеоонского Доминиона.

По словам командира 21 пехотного батальона Аранийских вооруженных сил Аммина Пурэ, смерть корреспондента вполне может быть на руках, так называемой «Кровавой ласки». Майор утверждает, что это аговирский снайпер. Её жертвами пали почти две сотни солдат и офицеров. Примечательно то, что часть, в которой состоит «Ласка», в тот день сражалась на участке, где и произошла трагедия. Остается загадкой, почему её целью стал человек, занимающий нейтральную сторону во всех вооруженных конфликтах… Вина «Кровавой ласки» в этом международном преступлении ещё не доказана. Тем не менее, за её голову, Минобороны «Фельтры» уже назначили вознаграждение в размере семи милионов дэйнеров, а Международная Журналистская Ассоциация пообещала сумму в три миллиона дейнеров за поимку убийцы своего коллеги…».