Зеркала. - Илья Абрелин

Через тридцать дней Марс и Земля приблизятся друг к другу на максимально близкое расстояние, и мы этим воспользуемся. Разведывательный модуль построен, выведен на орбиту и испытан. Если прежние были кубические, удобные для жизни, то этот построен в форме шара, и весь ощетинился излучателями.

К Марсу было запущено три зонда, и не один из них не достиг поверхности, неизвестно, что нас там ожидает, надо быть готовым к любой опасности. Если Марс заселен, а его жители не хотят общаться с другими существами, то придется отправлять модуль дальше, а самим возвращаться домой ни с чем. Это их планета и их право – идти на контакт или нет.

Расчеты показали, что топлива хватит на весь путь туда, и в случае необходимости, обратный. Возможна дозаправка в пути – простая переброска воды через силовое поле односторонних Зеркал. Последняя новинка – твердотопливные стартовые ускоряющие элементы, две пары которых установлены по бокам шара. Девяносто процентов массы модуля составляет вода, девять двигатель и корпус, а один процент приходится на оборудование жизнеобеспечения и жилые отсеки.

Это второй модуль, который мы построили таким, первый был запущен за пределы системы две недели назад, и вышел далеко за пределы орбиты Марса. Он был запущен в сторону Солнца, что – бы использовать его тяготение для разгона. До этого времени, каких либо проблем при скачках к нему и с него не было – Зеркала действуют.

Еще два года назад я с друзьями только мог мечтать о том, что бы оказаться здесь. Год назад у нас не было Зеркал, а сейчас они стали незаменимой вещью, кажется, без них нельзя обойтись. Час назад я был на Луне, и отдавал заместителям распоряжения, десять минут тому находился на модуле дальней разведки, а сейчас сижу в флаере, и готов в случае опасности рвануть отсюда, вернутся назад.

Флаер завис над одной точкой Марса, оборачиваясь вместе с ним, удерживаясь на одной орбите. Отдав компьютеру команду на запуск зондов, и дождавшись, когда они займут свое место, я включил двигатели – отправился на корабль. Передо мной вырос его корпус, кажущийся ничтожным на фоне глыбы, за которой он прятался.

– Эй, на борту! – включив связь, распорядился я, – открывайте шлюз.

Находясь на орбите Марса, я каждую секунду ожидал какой – ни будь скрытой опасности, подвоха. Из трех зондов, которые мы посылали к нему и которые пытались опустить на его поверхность, пропали все три. Надежная связь, которая была с ними всю дорогу к планете, неожиданно пропадала, лишь мы пытались опустить их на планету, что – бы изучить, с чем нам придется столкнуться. Лишь они пересекали определенную орбиту, опускаясь ниже ее, как связь с ними терялась, и по нашим предположениям, они терпели крушение. Поэтому я оказался здесь, и запустил на орбиту Марса четыре спутника, пытаясь охватить ими всю его поверхность.

Последнее время меня затянула рутина жизни, и оставив вместо себя заместителей, я отправился сюда – на данный момент это самое важное дело.

В рубку я вошел, когда там собрались уже все, и ждали только, горя от нетерпения начать исследование – на Марс отправились только добровольцы, энтузиасты, которых я отбирал из многих сотен желающих.

– Начали.

– Зонд пошел. Высота пять миль, снижение плавное, без ускорения. Четыре мили, три, две, полторы – связь прервана.

Это я видел и без комментария – бесстрастный объектив спутника вел зонд. Который на наших глазах разваливался, падая на планету.

– Перевести в этот район все спутники. Один из них пусть показывает общий план, а остальные разные участки поверхности крупно. Прослушивание радиочастот принесло результат?

– Нет, слышны только обычные помехи, – был ответ.

– Проведите передачи модулированных сигналов на всех возможных частотах, и продолжайте прослушивать эфир. Запускайте зонд, на высоте двух миль остановить спуск и провести сканирование поверхности.

Я сидел в кресле, подо мной внизу вращался Марс, игнорируя нас здесь, и не давая опустится на свою поверхность. Все запущенные зонды были уничтожены кем – то с планеты, в этом теперь можно было не сомневаться. Вместе с тем сканирование поверхности, фотографии, не выявили никаких признаков деятельности разумных существ – дорог, зданий. Да и климат на планете, на наш взгляд, не подходил для жизни – меньше чем половина процента в атмосфере кислорода, большие колебания температур од минус ста градусов до двадцати. Но все-таки, было то, что уничтожало наши зонды, не давая опускаться на поверхность.

– Зонд достиг высоты двух миль, завис, производится осмотр и сканирование поверхности. Не обнаружено никакого движения, признаков жизнедеятельности.

– Продолжайте поиск, операторы связи, доложите, что у вас.

– Секунду назад зафиксировано широкодиапазонную передачу – какие-то щелчки, похожие на помехи, они идут со стороны спутника Марса, того, что под нами. Вот послушайте, – рубку заполнило потрескивание – один щелчок, два, три, потом после перерыва снова один, два, три.

Взволнованный голос Зеддера произнес, – связь с зондом утеряна, когда он находился на высоте две мили, на поверхности планеты обнаружена вспы…, – дальнейшие его слова прервал рев, раздавшийся из динамиков.

– Что это было, – зажимая уши, спросил я, – чуть не оглох.

– Зафиксирована мощная передача с поверхности планеты, сразу – же за тем, как был сбит зонд. Наблюдалась вспышка, похожая на роботу излучателя Герлиша, – доложил Зеддер.

– Направить один зонд к месту вспышки – в режиме свободного падения, и торможением в конце пути, а второй на осмотр спутника.

Зонд под моим управлением описывал круги вокруг спутника, пытаясь определить место, откуда велась передача. Пейзаж угнетающий – кратеры от ударов метеоритов, какие то длинные и широкие рвы с оплавленными краями – единственное, что указывало на разумную деятельность.

– Стой, вернись назад, – сказал Лукас, – возможно, там пещера.

Теперь я сам это увидел – правильной круглой формы отверстие, ведущее внутрь Ужаса – так мы назвали меньший спутник Марса.

– Останься за меня, Лукас, я отправляюсь туда.

– А это не опасно, может там враг.

– Оно зовет нас, может там удастся прояснить ситуацию, узнать причину враждебности к нам. В крайнем случае, я взорву флаер, и прибуду к вам с Луны.

Вскоре я несся к тому, что мы обнаружили. Отверстие оказалось большим, я осторожно ввел флаер в него, пролетел через мерцающую завесу, которая, пропустив меня, сомкнулась за флаером.

База, иначе никак нельзя было назвать это место, занимала половину внутреннего пространства спутника. У стен виднелись странные механизмы, а в центре, на металлической подставке мерцал шар. С него срывались искры, ударяли о крепление, а в шлеме раздавался треск, который, правда, прекратился после того, как я влетел сюда, а вокруг шара появилась мерцающая завеса, наподобие той, что была у входа.