Маня, суровый босс (не) твоя няня! - Мира Цветова

— Можно попросить сделать это Волкодава или Аврору, они у нас заслуженные мастера по кусю.

Малая смотрит на меня осуждающе.

Ну вот один в один мама!

— Тяжело смотлеть на губы, котолые не можешь ласкусить, но ещё тяжелее смотлеть на каламельки, котолые не можешь ласкусить.

В очередной раз поражаюсь знаниям маленькой бандитки.

Надо её обязательно показать учёным, пусть проверять способности Мани, может, её интеллект можно использовать для создания умной нейросети, есть же чат джи-пи-ти, а будет чат бан-ди-ти, например, который поможет улаживать «любые воплосики с делевенскими и детсадовскими»

— Ладно, малая, пора мне на работу, — убираю посуду, забираю рисунок, — маме привет передавай, пусть скинет мне список покупок.

— Холосо, — кивает Маня, — а ты велнёшься?

— Конечно, вечером, как закончу, приеду к вам.

Во дворе наказываю Авроре, чтобы следила за девочками.

Сам прыгаю в машину и уже отъезжаю от дома, когда вижу в окне Маню, которая прямо в халате машет мне рукой.

Внутри вдруг становится тепло, рождается незнакомое чувство, такое странное, но такое приятное.

Чёрт, неужели маленькая бандитка и в самом деле нашла ключик к сердцу сурового босса?

Поднимаю руку в ответ и отправляюсь в городе, где уже ждёт куча работы и дел, и самое главное… нет, не поиск загадочного Санджи, который заказал мою фирму мошенникам.

Самое главное – это письмо, которое я жду от знакомого, который работает в администрации…

Письмо, которое должно всё прояснить.

Через полчаса захожу в офис, забираю документы у секретарши, читаю недовольные комментарии от партнёров, с которыми вчера отменил видеочат.

Ничего, они тоже часто сроки срывают, будет им ответочка…

Включаю рабочий компьютер, проверяю почту.

Есть!

То самое письмо от того самого друга!

Сердце тут же начинает биться с бешеной скоростью, а кровь оглушительно стучит в висках.

Стараясь не спешить, открываю письмо, вижу документ с пометкой:

«Ефимова Мария. Свидетельство о рождении»

Там, конечно, отец не указан.

Но есть второй документ.

Его знакомый выудил из базы данных, которые собраны буквально по каждому человеку в стране.

В этой базе есть всё!

Даже информация по отцовству, которой нет в официальных документах, огромного труда стоило уговорить знакомого из администрации, чтобы он скинул её мне.

Раз Яна боится и не хочет говорить про отца, узнаю сам.

Открываю документ, читаю.

«Ефимова Мария – отец…»

В кармане вдруг резко звонит телефон.

Это Яна!

Будто чувствует, чем я сейчас занимаюсь…

— Алло, Ян. Что-то случилось?

Секундная пауза.

— Да, — слышу, как она судорожно всхлипывает, — Маша пропала…

Глава 11

Яна

Просыпаюсь от громкого пения на кухне.

Открываю глаза, несколько секунд пытаюсь сообразить, где я.

Точно, на даче у Коли.

События вчерашнего дня всплывают в голове одного за другим.

Просто не сразу получается прийти в себя после сна, такого яркого и реалистичного, что от реальности не отличить…

Мне снилась наша последняя встреча с Колей перед разрывом, когда мы сидели в ресторане, он говорил о том, что его влюблённость перешла во что-то большее, серьёзное, что он готов к новому шагу, имея в виду семью, а я…

Сидела и лихорадочно соображала, что будет, когда он узнает о том, что родной отец подослал меня к Василенко для того, чтобы я украла у него важные документы по бизнесу?

Я сидела и не знала, как мне об этом сказать, но понимала, что не смогу выполнить приказ отца, чувства к Василенко были гораздо сильнее, я не могла подставить человека, в которого влюбилась, потому что он оказался не таким плохим, как рассказывал отец!

Он оказался во многом лучше моего отца…

И после слов Василенко о серьёзных намерениях я попросила дать мне время, чтобы подумать, обещала встретиться на следующий день, решила, что всё расскажу отцу, откажусь выполнять его приказ, и будь, что будет.

А потом…

Потом случился обморок, после которого всё пошло наперекосяк.

Едва пришла домой, как лишилась чувств, благо родные были дома, помогли, уложили в кровать.

Отец, едва глянув на меня, понял всё без лишних слов, заставил сделать тест на беременность и, увидев две полоски, пришёл в ярость…

— Мам, — заглядывает в гостиную Маша, — ну ты долго будешь спать? Семь утла уже! Я тебе завтлак и частушки плиготовила!

— Какое необычное сочетание, — улыбаюсь неловко, потирая глаза. — Сейчас, Машуль, оденусь и умоюсь… а наш суровый босс уже уехал?

— Ага, — кивает дочь, — но ты не пележивай, мам, я его в дологу соблала, наказ дала, чтобы был не слишком суловый на этой своей лаботе и отплавила в путь. Увелена, он заляжен на все сто арсенов!

— Арсенов? — смеюсь я. — Может, на сто процентов?

— Может быть, — кивает Маша. — Но и арсены лишними не будут, может, и от них будет польза.

— Да ты моя хорошая!

Умываюсь, выхожу на кухню, где уже готовы бутерброды.

— Кольбасу кливо налезала, — вздыхает дочь, — плицел сбит, как говолит тётя Люба, но зато с любовью.

Я, не в силах сдержать эмоции, обнимаю дочь, даже поднять хочу по старой привычке, но, едва поднимаю, тут же охаю, опускаю обратно.

— Какая ты стала тяжёлая.

— Ласту, мам, — довольно улыбается дочь, — холошей бандитки должно быть много.

Наливаю себе кофе, а дочери сок.

Садимся за стол, пододвигаю к себе бутерброды.

Замечаю внимательный взгляд дочери.

Отлично знаю этот взгляд…

Он означает, что у Маши ко мне серьёзный вопрос.

— Мам, — спрашивает, внимательно глядя на меня, — у команды знатёков сельёзный воплос.

— Слушаю, доча.

— А ты бы вот хотела, чтобы дядя Николай стал нашим папой.

Я, конечно, ожидала что-то в подобном стиле, но всё равно на несколько секунд зависаю, не знаю, что и ответить.

— Это сложный вопрос, доча, мне сложно сразу на него ответить…

— Мам, — говорит строго дочь, — знаешь, тётя Люба часто повтоляет, что холошие мужики на дологе не валяются, вот мы пока думаем, что и как ответит, дядю босса кто-нибудь себе забелёт и… всё.

Она даже разводит руками для большего эффекта.

— Машуль, — говорю как можно осторожнее, — ты ведь понимаешь, что стать чьим-то папой… не так просто, для этого надо хотя бы немного пожить вместе, узнать друг друга получше.

— Мам, — снова спрашивает дочь, — а вы