История афганской наркоэкспансии 1990-х - Александр Зеличенко

Боевики группы «Товба» обучались партизанским навыкам ведения войны в партизанских условиях на территории Афганистана и Пакистана. В общей сложности около 300 коренных жителей Ферганской долины (Фергана, Андижан, Наманган, Ош и Джалал-Абад) обучались в спецлагерях в Афганистане и Пакистане. Группа «Товба» начала свои действия с уничтожения памятника Ленину в г. Намангане и объявила войну против «кафиров», т. е. иноверцев. Правительство Узбекистана, оценив действия террористов из «Товбы» как государственное преступление, начало принимать в 1995–1996 гг. против них жесткие меры, после чего члены группы «Товба» ушли в подполье и разъехались по всей Ферганской долине. Долгое время основным местом дислокации этой террористической группы являлся лагерь «Девансу» в горном урочище на таджикском Памире. Руководил этой бандитской группировкой Джума Намангони, он же Ходжиев Жумабай, 1969 года рождения, уроженец села «Ходжа» Наманганской области. Тесную связь с группой поддерживали и некоторые жители Баткенского, Наукатского, Базар-Коргонского районов Кыргызстана. Д.Намангони с девятью сообщниками с 1996 года разыскивался правоохранительными органами Узбекистана за совершение умышленных убийств, разбоев, терроризм, пропаганду национальной, расовой и религиозной вражды, посягательство на конституционный строй Республики Узбекистан и организацию преступного сообщества. Некоторые из них были задержаны правоохранительными органами Республики Узбекистан и Кыргызской Республики в 1997 году и предстали перед судом. Отдельные находились среди боевиков, нарушивших в конце августа 1999 года государственную границу Кыргызской Республики и оккупировавших некоторые села Баткенского района.

Убедившись, что коварные планы ИДУ не находят поддержки среди коренного населения южных районов Кыргызстана, подвергшихся агрессии, а военная авантюра с захватом нескольких сел в Баткенском, Чон-Алайском районах вызвала консолидацию антитеррористических сил, объединение усилий стран СНГ, Китая в борьбе с вооруженной экспансией, лидер боевиков Джума Намангони со своим отрядом численностью около 700 человек в первой декаде мая 2000 года покинул урочище таджикского Припамирья, где отсиживался после изгнания с кыргызской земли, и передислоцировался в Афганистан, в провинцию Кундуз, контролировавшуюся талибами. Этим шагом Д. Намангони, как один из лидеров ИДУ, подтвердил, что меняет своих хозяев: от объединенных действий с отрядами таджикской оппозиции, вместе с которыми он в 1992–1997 годах сражался против правительственных сил в Таджикистане, он отныне открыто перешел к талибам, признал их идеологию и тактику борьбы за возрождение «великого исламского государства Тимуридов». И одновременно стал еще более активно транспортировать афганский наркотик через хорошо разведанную и знакомую территорию южных приафганских районов Узбекистана, Таджикистана, поскольку наркотрафик оставался главным разменным товаром талибов, платой за приобретаемое оружие, транспорт, горючее. После роспуска оппозиционных таджикских формирований в 1998 году и создания коалиционного правительства в Душанбе, отряд Джумы Намангони превратился в непрекращающуюся «головную боль» официальных властей. Он переориентировался и, не сложив оружия, перешел к открытым угрозам в адрес Президента Республики Узбекистан Ислама Каримова и проводимой им государственной политики по ограничению религиозного экстремизма. Связанный договором о сотрудничестве и взаимопомощи с некоторыми входящими в СНГ суверенными государствами Центральной Азии: Казахстаном, Кыргызстаном, Узбекистаном — официальный Душанбе, после баткенской авантюры Джумы Намангони, стал усиленно искать выход, чтобы изгнать его со своей территории, избавиться от опасного соседства, обеспечить мир и стабильность в регионе.

В начале мая 2000 года в Припамирье по указанию Президента Таджикистана Эмомали Рахмонова была направлена правительственная комиссия, которая вела переговоры с Джумой Намангони. В состав комиссии входили его недавние соратники, бывшие лидеры объединенной таджикской оппозиции Саид Абдулло Нури, нынешний вице-премьер министр Республики Таджикистан, и Мирзо Зиеев, возглавлявший министерство по чрезвычайным ситуациям. Трудные и длительные переговоры завершились согласием Намангони и полевых командиров узбекской военно-политической оппозиции покинуть территорию Республики Таджикистан, что и было осуществлено через Дарвазский район: из Тавиль-Дары. Однако, по данным МНБ КР, отдельные группы боевиков ИДУ и их наблюдатели находились в сопредельных территориях Таджикистана вплоть до лета 2000 года.

Анализируя тактику боевиков, вторгавшихся летом — осенью 1999 и 2000 годов на территорию Баткенского и Чон-Алайского районов Ошской области Кыргызстана, автор настоящего исследования приходит к выводу, что одна из главных их целей была разведка новых путей трафика наркотиков из Афганистана в Центральную Азию и далее в Россию. Это подтверждают материалы опергруппы УБОП МВД.

С первых же часов вооруженного вторжения бандформирований на территорию Баткенского, Кадамджайского, Чон-Алайского районов Ошской области оперативная обстановка там находилась под постоянным контролем сотрудников МВД, командированных в зону боевых действий в конце августа и бессменно находившихся до 15 октября, когда последние боевики были вытеснены из Кыргызстана. Оперативники вели систематическую глубокую разведку, анализировали и передавали в объединенный штаб Вооруженных Сил, действовавший в зоне боевых действий, в МВД собранные сведения, вели разъяснительную работу среди населения. На основании добытых разведданных усиливались оперативные воинские группировки на различных направлениях, создавались дополнительные блокпосты. Всего же за время вооруженного конфликта в зоне боевых действий находилось 719 сотрудников МВД из различных служб и регионов. Они действовали вблизи оккупированных сел, на джайлоо, непосредственно в селениях по разработанной легенде, маскируясь под местных жителей, налаживали в особых условиях оперативно-поисковую милицейскую работу, устанавливали формы связи боевиков с внешним миром, выясняли, где они прячут заложников, оружие, наркотики.

Боеприпасы, одежда, продукты питания сюда, в основном, доставлялись из Джергетальского района Таджикистана через перевал «Тельбе». Боевики явно заигрывали с местными жителями, не грабили их в открытую, но под видом «жертвоприношения» отбирали скот. Поселившись в покинутых домах, распоряжались имуществом, заготовленными на зиму продуктами питания, топливом, урожаем, предлагали наркотики. Одна большая группа боевиков, до 120 человек, расположилась на джайлоо Шибеге, установила радиоантенны, зенитную установку, блокпосты. Вторая крупная группировка боевиков (65–70 человек) окопалась в селе Зардалы. У въезда установили сдвоенные блокпосты: дальние (1–2 человека) и ближние (15–20 человек). Выпускали из села только по пропускам, подписанным «Командон-Халидом», которые выдавались в местной мечети. Всех расспрашивали о дислокации правительственных войск. Боевики были вооружены автоматами, гранатометами, у них имелись установки типа «Стингер-9», «Стингер-6». Зенитную установку на треноге боевики 20 сентября привезли на лошадях из села Кожо-Ашкан, где у них располагалась перевалочная база вооружения, провианта. Треногу установили на окраине недалеко от мечети. Туда же внесли пакеты с белым порошком (очевидно, героин).

Собранная разведывательная информация по горячим следам позволила сделать вывод о надуманности официальной версии о цели вторжения бандформирований на территорию суверенного Кыргызстана. Заявление о том, что они якобы представляли собой вооруженные силы ИДУ и имели единственную цель — просочиться в Узбекистан, чтобы вести там вооруженную борьбу с режимом Каримова, который якобы репрессировал свыше 500 тысяч «истинных мусульман», сторонников создания теократического государства, явно надумана. В интервью корреспонденту «Московских новостей», опубликованном 12 октября 1999 года под заголовком «Меня называют шайтаном», Президент Республики Узбекистан Ислам Каримов, анализируя ход операции силовых структур Узбекистана, Кыргызстана против вооруженных экстремистов-диверсантов ИДУ, проникших в Баткенскую область Кыргызской Республики с территории Таджикистана, подчеркнул: «Там, в высокогорье, есть десятки урочищ с горячими источниками, которые бандиты уже давно облюбовали. Есть такой пункт Карамык, с одной стороны киргизский, с другой — таджикский, на дороге из киргизского Оша до таджикского Джергетала и дальше на Хорог. Если это оппозиционеры, желающие воевать против Узбекистана, почему они трижды атаковали Карамык, весьма далекий от узбекской границы? Да потому, что это ключевой пункт наркотрафика из Афганистана через Хорог на Ош, являющийся главным перевалочным пунктом транзита наркотиков из Центральной Азии в Европу, и только сейчас Акаев укрепил этот участок, поставив там 500 пограничников. Так при чем тут версия, что боевики собирались воевать против Узбекистана». По безлюдным горным ущельям Памиро-Алая, не заходя в кыргызские селения, гораздо безопаснее и быстрее можно было приблизиться и пересечь границу с Узбекистаном и раствориться там. Во-вторых, тактика террористов всегда рассчитана на фактор внезапности, неожиданности, неподготовленности вероятного противника, против которого готовится этот теракт, окутанный, как правило, глубокой тайной.