Повседневная жизнь России в заседаниях мирового суда и ревтрибунала. 1860–1920-е годы - Михаил Иванович Вострышев

СУДЬЯ. Ну, а относительно ее претензии (показывает на истицу) как вы думаете сделаться? Со своей стороны я предлагаю вам помириться с ней.

ОТВЕТЧИК. Я с нею мириться? Гм… Да и ежели, предположим, я и взял ее за лицо, так неужели ж только из-за этого я и виноват перед нею?

СУДЬЯ. А за лицо таки взяли?

ОТВЕТЧИК. Ну да, взял, взял. Но она ведь не барыня, а служанка, и для нее, я уверен, это не составляет ровно никакой важности.

СУДЬЯ. Как барыню, так и служанку законом одинаково воспрещается хватать за лицо, и она вправе за это искать с вас, как за нанесенную ей обиду.

ОТВЕТЧИК. Да я человек раненый, больной, характер у меня горячий, и на меня иногда находит такое затмение, что я и памяти лишаюсь. Она постоянно была неисправной слугою, в последнее время ничего не делала. Все хихикала с дворником, а меня сердила. Наконец вывела из терпения. Я, разумеется, и не мог смолчать.

СУДЬЯ. Это все-таки не оправдание вашего поступка. (Прачке.) На вас сослались в том, будто ответчик не бил истицу. Объясните мне по совести, как было. Потому что это же самое вы должны будете подтвердить, в случае надобности, под присягой.

ПРАЧКА. Я могу, господин судья, сказать вам, что я видела, как этот господин за то, что она кокетничала с молодым парнем, а на него внимания не обращала, действительно схватил ее в сердцах за горло. Но не бил. В этом и присягнуть готова.

ИСТИЦА. После того как мы получили повестки явиться сюда, барин пришел к нам в квартиру и приказывал мне лучше с ним не тягаться. Не то грозился засадить меня в рабочий дом на семь месяцев.

ПРАЧКА. Да, это и я слышала. Это правда, истинная правда.

СУДЬЯ (истице). Теперь дело ваше для меня совершенно ясно, и вы скажите, чего вы лучше желаете: получить ли с ответчика вознаграждение за бесчестие или же поступить с ним по закону?

ИСТИЦА. Известно, лучше по закону.

Судья решает взыскать с ответчика, за нанесенную обиду действием, штраф 15 рублей.

СУДЬЯ (ответчику). Когда внесете деньги?

ОТВЕТЧИК. К Новому году.

СУДЬЯ. Это срок слишком отдаленный.

ОТВЕТЧИК. А куда эти деньги-то идут?

СУДЬЯ. В казну.

ОТВЕТЧИК. Коль скоро деньги не ей, извольте, сейчас же вношу. Я полагаю, что штрафы следует употреблять на церковь.

СУДЬЯ. Таких рассуждений в суде выражать остерегайтесь — это воспрещается законом.

ПРАЧКА (истице). Проси же деньги, проси, а не молчи.

ИСТИЦА. Позвольте мне деньги.

СУДЬЯ. Какие деньги?

ИСТИЦА. А штраф-то с барина.

СУДЬЯ. Деньги присуждены, как вы и сами слышали, не вам, а в казну.

ИСТИЦА (уныло). Так я их не получу?

СУДЬЯ. Нет. Вы просили наказать вашего обидчика по закону, поэтому на него и наложен штраф, а не вознаграждение за бесчестие.

ИСТИЦА (сквозь слезы). Зачем же непременно в казну, когда обидел-то он меня? Я — девушка бедная, живу от нужды в прислугах, по чужим людям. И вдруг, за то, что я обижена, ходила три-четыре раза сюда жаловаться, взыскали с обидчика деньги в казну. Казна и без того богата, зачем же ей такие малые деньги, когда мне они гораздо нужней? Нельзя ли, господин судья, хотя сколько-нибудь уделить мне?

СУДЬЯ. Нет, это невозможно после того, как вы же заявили желание поступить с ответчиком по закону.

ИСТИЦА. Да я думала, по закону тоже мне пойдут деньги, в большем еще числе. Ну а ежели б я это вперед знала да ведала, лучше бы судиться да срамиться не стала.

СУДЬЯ. Решение уже вошло в законную силу, и я теперь ничего не могу сделать в вашу пользу. Можете идти домой.

Все выходят.

ПРАЧКА. Тебя поколотят, а казне за это прибыль. Вот так суд!

ОТВЕТЧИК Для кляузниц — прекрасный. Жалуйтесь, жалуйтесь чаще, наживете…

ИСТИЦА. Думала поживиться, ан вон что вышло. Гоняться за тычком нам точно не след. Извините, барин, извините меня. Я — дура, послушалась советов и выучена теперь.

Кур гонял

В один из осенних дней 1866 года камера мирового судьи 6-го участка Санкт-Петербурга А. В. Яковлева была переполнена самой изысканной публикой, явившейся послушать, как один судья будет судить другого в качестве частного лица. Обвинитель — кухмистер мещанин Голубцов. Обвиняемый — коллежский советник барон Ф-ф, а вместо него — купец Погодин. Судья читает прошение Голубцова.

«Я нанимаю по контракту квартиру в доме барона Ф-фа. 14 августа барон, придя ко мне в квартиру, с азартом кричал, что взыщет с меня деньги по срок контракта, а меня выгонит вон. Стучал в двери ногами за то, что ему нескоро их отворили, отбил от стены штукатурку, оборвал клеенку и войлок на двери, а потом, выйдя во двор, начал загонять со двора за ворота моих курей за то, что мой петух несогласно живет с его петухом. (В публике смех.) Затем приказал дворнику и портерщику снять с дома вывеску, обозначающую мою кухмистерскую. Но те не послушались. Опасаясь, чтобы во время нахождения у меня гостей барон не сделал бы новой подобной неприятности, прошу оградить меня от них, а за нанесенное мне бесчестие — взыскать с него».

На полученную бароном Ф-фом повестку он прислал судье отзыв, в котором писал: «Не имея времени по причине занимаемой должности мирового судьи явиться лично, прошу отложить разбирательство дела до найма поверенного, каковой расход — 100 рублей — прошу взыскать с Голубцова, так как я ему никаких оскорблений не наносил. Кроме того, я имею иск с Голубцова, который особым делом заявит мой поверенный. О засвидетельствовании же доверенности мною сделано распоряжение и представлено в полицию. Если Голубцов не возьмет назад своего прошения, расходы на наем поверенного прошу взыскать с него. Прошу отложить срок явки на одну неделю».

СУДЬЯ (Голубцову). Вследствие чего барон пришел в вашу квартиру и наделал описанные вами неприятности?

ГОЛУБЦОВ. Прежде, чем ему прийти, он прислал мне записку: «Сейчас же уничтожить курей, не то начну дело о нарушении контракта» и потребовал ответа. Прочитать записку было некому. Сам я совсем неграмотный, а жена моя умеет читать только печатное да подписывать нашу фамилию. От зависти ли, что у меня хорошие куры, а у барона — нет, либо с чего другого, ему это вздумалось приказывать, не знаю. Вот я и молчу, потому, какой же я ему дам ответ, ежели я писать не