Прокачай свой мозг! - Максимилиан Тайхер

Учеба должна доставлять радость

Существует два способа быстрого и эффективного обучения. Первый – это экстремальный опыт (положительный или отрицательный). Тот, кто прикоснулся рукой к горячей плите, больше никогда так не поступит. Тот, кто однажды прищемил себе руку крышкой багажника, впредь будет закрывать его двумя руками. Негативные переживания заставляют учиться быстро и интенсивно. Но то же самое можно сказать и об экстремальных положительных событиях. Исследователи выяснили, что сильные эмоции способствуют повышению качества обучения. Правда, негативный опыт оказывает более интенсивное воздействие, чем позитивный. Это можно объяснить всей историей развития человечества. Тому, кто не был в состоянии с первого раза понять, что нападающий хищник опасен, вряд ли давалась вторая попытка для усвоения этой науки. Следовательно, положительный и отрицательный опыт неравнозначны. Можно позволить себе не отреагировать на положительное событие, но из отрицательных надо всегда извлекать уроки. Однако, если говорить о памяти, это означает, что если опыт сопровождался страхом, то аналогичные ситуации всегда будут вызывать страх. Негативный опыт – плохой помощник в школе. Во-первых, трудно усваивать знания в состоянии страха, а во-вторых, неудача в математике может привести к тому, что на урок математики вы всегда будете приходить со страхом.

Обучение на практике чаще всего означает, что человек делает ошибки, которые не хочется повторять, поэтому материал усваивается прочно. Одно дело, когда вы разрабатываете с помощью компьютерной графики новый дизайн пробки для автомобильного топливного бака, и совсем другое, когда в реальной жизни ломаете себе ноготь об эту пробку. Такие неудачи вызывают негативные эмоции, которые амигдала тут же увязывает с усвоенным учебным материалом. Возможен и другой сценарий: положительный опыт активизирует «систему поощрений», и знания, усвоенные в этом состоянии, тоже надолго остаются в памяти – вместе с хорошим настроением.

Однако «шоковое» обучение оправдывает себя лишь в тех случаях, когда речь идет об элементарных знаниях. Если сунуть пальцы в розетку, ударит током! Лоб – не самое лучшее средство торможения при езде на велосипеде! Офисные стулья на колесиках легко опрокидываются! Что же касается сложного учебного материала, то здесь больше пригоден второй способ, заключающийся в создании для мозга спокойных и стабильных условий работы без всяких экстремальных эмоций. Лишь в этом случае информация становится образной и наглядной, быстро усваивается и легко извлекается из памяти. Нам легче учиться в комфортной обстановке, и такая учеба доставляет радость.

Запоминание и забывание

Вспомнить не значит извлечь из памяти аккуратно записанное событие. Мозг каждый раз создает это воспоминание заново по каким-то ключевым параметрам.

Преимущество нечистой совести состоит в том, что одними и теми же хорошими вещами можно наслаждаться неоднократно, словно в первый раз.

Хотя человеческий мозг со своими 100 миллиардами нервных клеток обладает внушительной емкостью, ее не хватит, чтобы туда полностью поместились накопленные за всю жизнь воспоминания. Природа оптимизировала этот архив, и в нем накапливаются только основные данные событий. Из них мозг образует как можно более простые категории, как бы папки, в которые складываются все остальные похожие события. За этот принцип мышления отвечает левое полушарие мозга. Оно рассматривает мир с аналитической точки зрения, пытаясь установить взаимосвязи между отдельными деталями. Что касается правого полушария, то оно дает общую картину и окрашивает ее настроениями и эмоциями. Если взять в качестве примера музыкальное произведение, то левое полушарие слышит в нем последовательность нот, а правое – музыку в целом.

Эмоциональная память: ни одно воспоминание не является «истинным»

Если наши чувства по отношению к тому или иному событию не меняются, то и само воспоминание воспроизводится каждый раз в целом одинаково.

Если же эмоции претерпели изменения, то мы переписываем заново все событие, включая в него детали, соответствующие чувствам и искажающие его суть. Таким образом, объективных воспоминаний в природе не существует, потому что в мозге постоянно происходит утеря данных. Каждый раз, когда мы в очередной раз что-то вспоминаем, картина меняется. Идя по следу мысли, мы всякий раз затаптываем ее. Поэтому нам необходимо смириться с тем, что воспоминание – это не фотография, а динамический процесс.

Мозг постоянно находится в движении, хотя мы этого и не замечаем. Всерьез мы обращаем на него внимание лишь тогда, когда он вдруг отказывается работать, когда мы что-то забываем, с трудом подыскиваем подходящее слово или ответ на поставленный вопрос. Мы не чувствуем состояние мозга, потому что он, по иронии природы, не имеет нервов. Неужели в центральном органе нервной системы, состоящем из миллиардов нервных клеток, нет нервов? Совершенно верно, они отсутствуют, во всяком случае, в том смысле, что у мозга нет никаких нервных связей с центром боли. Сам по себе мозг ничего не чувствует, поэтому хирургические операции на нем проходят безболезненно. И это хорошо. Достаточно и того, что порой болит голова. Нам еще не хватало, чтобы мозг тоже испытывал боль.

Если мы вспоминаем о мозге, это чаще всего значит, что наш главный управляющий орган в чем-то нас подвел или реагирует не так, как нам хотелось бы. Но что значит хотелось бы? Ведь мозг – это и есть мы сами. Так что оставим этот вопрос, чтобы еще больше не запутаться.

Мы покажем вам, как выбираться из подобных затруднительных положений. Во-первых, расслабьтесь. Если вам никак не приходит на ум фамилия актера или вы забыли дату, которую ни в коем случае нельзя было забывать, то для паники нет никакого повода. Если не получилось с первого раза, не допускайте ошибку, пытаясь настойчиво стучаться в запертую дверь. Как мы вообще ставим задачу перед нашим внутренним центральным компьютером? Ну, во всяком случае, здесь не бывает четких формулировок типа «Как фамилия актера, который играл главного героя в фильме „В 12 часов придет босс“?» Мы задаем вопрос в виде пестрой мешанины образов, быстрых и неясных ассоциаций и добавляем к этому схему поисков. Ведь вопрос адресован не постороннему человеку. Мы же знаем, что ответ находится внутри нас, его надо только найти. Если бы мы не знали фамилию этого актера, то не стали бы и спрашивать. На самом деле мы даже не задаем вопрос, а «обыскиваем» свою память примерно так же, как хлопаем себя по всем карманам, пытаясь отыскать запропастившуюся куда-то связку ключей. Так продолжается, пока где-то не звякнет. То же самое и с мозгом.

Порой мозг ведет себя странно. Посреди великосветской беседы где-нибудь за стойкой бара он вдруг отказывается подсказать нам название любимого фильма. «Ну, ты же знаешь, этот черно-белый русский фильм про революцию. Помнишь, восстание матросов, детская коляска катится по лестнице?.. Фамилия режиссера вроде бы Эйнштейн». А когда все уже забыли про кино и беседа плавно перешла на теннис или цены на авиабилеты, в голове вдруг всплывает написанная огромными буквами фамилия «Эйзенштейн». Ну конечно же! Не Эйнштейн, а Эйзенштейн. И тут мы уже без труда вспоминаем и название фильма – «Броненосец „Потемкин“».

Этот феномен, случающийся в самый неподходящий момент приятной беседы, известен каждому. Человек натужно что-то вспоминает, а его собеседник пытается заполнить неловкую тишину и подсказывает невпопад. Результат всегда печален.

Стресс и память – плохая пара. Тот, кто пытается что-то вспомнить под воздействием стресса, действует контрпродуктивно. А если он еще корит себя за провалы в памяти и испытывает стыд, положение только усугубляется. Профессионал, попав в такую ситуацию, сразу же прекращает попытки. Он знает, что мозг сам чуть позже вспомнит то, что нужно. Если вопрос не срочный, лучше перейти на другую тему и просто ждать. Но, если дело не терпит отлагательства, можно воспользоваться запасным планом, который поможет в поиске. Вспомните сопутствующие обстоятельства, описания и опорные точки. Для нашего примера с Эйзенштейном это могут быть такие слова, как «фильм», «режиссер», «русский», «революция», «Сергей» (если вы вдруг помните имя).

Когда нам надо вспомнить фамилию, можно воспользоваться еще одним испытанным приемом – быстрым поиском по алфавиту. Может, фамилия начинается с буквы «А»? Нет. «Б»? Нет. «В»? «Г»? Фамилия буквально вертится у нас на языке, и, дойдя до буквы «Э», мы чувствуем, что цель близка. Эверман, Эрлихман, Эйдердаунен, Эйнштейн… Да, похоже, Эйнштейн. Хотя нет. Близко, но все же не то. А если дополнительно набросать на бумаге несколько возможных комбинаций букв, дело пойдет еще быстрее.