Предсказание небес - Линда Уиздом

– Да, он мне помогает. – Джил открыла бутылку газировки. – Он настолько любезен, что регулярно жертвует своим свободным временем, чтобы принести мне ужин, а иногда и обед. И по нескольку раз в день заходит проведать. А завтра он везет меня к врачу.

– Милая моя, он не просто любезен, – произнесла Джанин, как всегда по-южному растягивая слова. – Он ведь всегда на тебя стойку делал. – Она рассмеялась, увидев, как вытянулось лицо Джил. – Дорогуша, что ты на меня так смотришь? Да он в любой момент готов на тебя наброситься.

Глаза Джил стали похожи на два голубых блюдца, она не отрываясь смотрела на подругу, которая только что так недвусмысленно высказалась насчет Грега. Но уже в следующее мгновение она облегченно расхохоталась:

– Только сейчас поняла, что ты многого не знаешь. Грег слишком занят со своими многочисленными подругами. – Она покачала головой. – На этот раз твое шестое чувство тебя обмануло.

Джанин решительно запротестовала:

– Я никогда не ошибаюсь, – произнесла она заносчиво.

Джил закатила глаза. Способность Джанин предчувствовать недалекое будущее считалась между ними непреложным фактом, даже если из-за этого порой возникали проблемы.

– Помнишь, как мы поехали кататься на лыжах на рождественские каникулы? Я продолжаю утверждать, что ты специально насыпала тот холм, чтобы я на нем свалилась, – добродушно проговорила Джил, посасывая леденец.

Как было Джанин не помнить! В то утро Джил отправилась с друзьями покататься с горок, и Джанин посоветовала ей избегать одного конкретного холма. К сожалению, Джил пропустила тогда совет подруги мимо ушей, и в результате сломала ногу.

– Всем известно, как ты не любишь быть неправой, – проговорила Джил.

– Как можно не любить быть кем-то, кем никогда не был? – Темно-синие, почти фиолетовые глаза Джанин ярко вспыхнули.

Она одной рукой взъерошила кудри на затылке. У Джанин были такие правильные черты лица и такая гладкая матовая кожа, что ей в пору было работать моделью, а не профессиональным художником-визажистом. Она была внештатным консультантом во многих универмагах и занималась тем, что помогала людям находить свой образ и объясняла, как применять косметику ведущих фирм мира. Высокий профессионализм позволял Джанин самой выбирать себе работу, и при желании она могла бы за весь год не отдыхать ни минуты.

– А что же ты тогда не рассказала мне о склонности доктора Женета к молоденьким студенткам? – выдвинула Джил свой коронный аргумент.

Джанин фыркнула:

– А зачем? В конце концов, ты поступила в колледж, чтобы получить образование, а он определенно собирался тебя кое в чем просветить. – Подруги расхохотались, вспомнив старого развратника, который преподавал у них психологию.

Джил и Джанин познакомились в студенческом общежитии, оказавшись соседками по комнате. Они сразу же поладили и с тех пор были не разлей вода. Благодаря своей удивительной способности предсказывать будущее, Джанин была похожа на старую мудрую сову, которая знает много такого, что неведомо другим, и Джил со временем привыкла к странностям подруги, способной чуть не каждый день уходить в какой-то свой мир.

Они обе закончили Аризонский университет по специальности английский язык, но занялись совершенно разными областями. Джил довольно скоро обнаружила, что как машинистка или стенографистка она может заработать гораздо больше, чем работая по своей специальности, но ее непреодолимая тяга к трудностям не позволяла ей увлечься подобной работой больше чем на полгода. Она со смехом говорила, что ни у кого нет такого богатого послужного списка, как у нее. И только писательская деятельность оказалась способной по-настоящему ее увлечь. Трудности здесь встречались на каждом шагу, и Джил чувствовала себя совершенно счастливой.

Джанин окинула Джил своим обычным изучающим взглядом:

– Я тут в одном журнале нашла для тебя подходящую стрижку, – проговорила она наконец. – Тебе нужно будет только отрезать сантиметров пятнадцать волос и сделать химию. И голову сразу станет легко мыть, и на сушку не будет уходить столько времени. – Она кивнула. – Да, я прямо вижу тебя с этой стрижкой.

Джил застонала:

– В тот раз ты «прямо видела» меня на вечеринке у Шейлы в этом черном платье. Те, кто увидел меня там впервые, подумали, что я просто шлюха.

– Проститутка, – поправила ее Джанин. – И ты была королевой вечера. Чего еще тебе нужно? А вспомни, сколько мужчин тебе потом звонило!

– Ну, конечно, – откликнулась Джил. – Я смогла бы сколотить небольшое состояние – как раз столько, сколько стоило это платье, я ведь его с тех пор ни разу не надела.

Джанин посидела еще часок, после чего поднялась, сказав, что ей нужно идти, потому что вечером у нее назначено свидание. Она немного задержалась в дверях.

– Будь готова к тому, что первый блин может оказаться комом, – загадочно произнесла она, и в уголках ее губ на мгновение показалась улыбка.

– Что-что? – переспросила Джил.

Джанин уже открыто улыбалась:

– Бывает, что второй раз оказывается гораздо лучше первого. – С этими словами она послала Джил воздушный поцелуй и ушла.

– Ты о чем? – выкрикнула Джил, выбегая на лестницу, но Джанин только махнула ей рукой и выскользнула за дверь. – Джанин, вернись и объясни, в чем дело!

В следующее мгновение Джил слегка отпрянула назад и покраснела, потому что у подножия лестницы показался Грег. Она осознала вдруг, что стоит непричесанная, босая и в домашнем платье.

Грег поднял голову и почувствовал, что губы у него пересохли. Хотя Джил и была слегка растрепанной, тем не менее выглядела она в этот момент невероятно привлекательно.

– Пирушка с подругой? – спросил он, наконец, чтобы как-то прервать молчание.

Джил тут же пришла в себя и улыбнулась:

– Пирушки длятся до позднего вечера, и в них обычно принимает участие больше двоих человек.

– Только не в тех, где бываю я, – возразил Грег, направляясь к себе. – На них никогда не бывает больше двоих.

Джил вернулась в гостиную, размышляя о внезапной перемене, происшедшей с Грегом. У него был такой странный, необычный взгляд, и Джил показалось, нет, она просто была уверена, что в нем читалось… желание.

Грег прошел в свой кабинет и сел в кресло. Опершись локтями о подлокотники, он свел перед собой кончики пальцев. У него так и стояла перед глазами босая Джил – такая обворожительная; он никак не мог отогнать это видение. Ум писателя быстро подсказал ему, что она представляла прекрасный образ женщины, ожидающей любовника, а возбужденное воображение уже рисовало то, что происходит между влюбленными, когда они закрывают дверь. Он мысленно застонал, проклиная внезапное ощущение тесноты в джинсах.