Безликий бастион (СИ) - Лилия Ульман

Я понял, какую совершил ошибку, когда увидел меняющееся выражение лица Насти. Секунду назад она смотрел на меня, как на лакомый кусок торта, а теперь, как на тухлый, невкусный и ужасно калорийный овощ. Её ангельское лицо исказилось в гримасе отвращения. Отвращения ко мне.

-Так ты уборщик? Обычный уборщик?

Мне хотелось заорать, что я не просто уборщик, я отличный рабочий, умный и сильный парень, в прошлом неплохой спортсмен, но мне оставалось признать, что я, действительно, обычный уборщик. Другого выхода не было.

-Да.

-Эм…- девушка стала себя вести так, будто сидит за столом не с чистым и ухоженным парнем (ну, ладно, я ненавижу расчесываться… и бриться тоже), а с уличным бродягой, которого в пьяном состоянии привела домой, а на утро, проснувшись, собралась выгонять, плотно накормив. –Извини, но мне пора на съёмки. Думаю, тебе пора работать.

И вот второй раз за день меня выгоняют работать.

Может тётка права, и я, действительно, слишком ленивый. А может эта гламурная девица возомнила невесть что о себе и думает, что лучше всех. Ладно, она действительно очень красивая… даже слишком. Никого красивее её я ещё не встречал, но она не может обращаться с людьми, как с дерьмом. Хоть эти люди и не первого класса.

-Да, конечно.- И это всё, что я мог ей ответить. –Увидимся ещё.

Я встал со стула и потёр свои колени. Мило улыбнувшись ей напоследок, я двинулся вниз по деревянной лестнице. Она меня одарила лишь равнодушным взглядом. Её руки вновь потянулись к газете, но движения Насти были уже не такими изящными и плавными, а напоминали удары молотка. Резкими и хладнокровными.

Напоследок в голове всплыла фраза, давно сказанная Кларой: «Любишь красивых девушек, умей и обеспечить их красивой жизнью».

Я бы не сказал, что моя тётка такая уж прям не симпатичная женщина, но красивая жизнь всегда была не для неё. Да, о бедности она не мечтала, но и о несметных богатствах тоже. А всему виной было воспитание моих строгих дедушки и бабушки, которые вложили не малый труд, вырастив двух замечательных дочерей. Кстати, тоже самое могу сказать и о своей матери.

Из всех женщин на этой планете она была эталоном той красоты, которую я боготворил в женщинах. Та тонкая грань утончённости и силы, женственности и мужественности, невинности и порока. Всё в ней гармонировало. И тело и душа. Она была единственным человеком, который был красив изнутри так же, как и снаружи.

Я помню ее карие добрые глаза, ровный тембр голоса, приглушённый смех, каштановые с проседью волосы. Даже угасающей она была совершенной. Ни одна бы модельная красавица не сравнилась с её внешностью. С её чистой и непорочной, действительно, непорочной красотой.

Мне никогда не забыть тот ужасный день. День всеобщего торжества и радости. День, когда каждая семья собиралась воедино; когда расставшись, люди соединяются. Когда не одинок никто. Но в тот злополучный день я остался один. Один в этом мире.

В памяти всплыло то, что я пытался забыть уже десять лет, но никак не мог. Не мог это выкинуть из головы, но мог лишь притупить воспоминания, заполняя голову всякой ерундой. Тогда я думал, что всё это произошло из-за меня. Что она это сделала, поняв какой её сын ужасный человек. Поняв, какое я ничтожество.

На дворе стояла холодная зима. Все улицы были покрыты белоснежным снегом, на корке которой люди оставляли свои следы, будто делали метки «Я тут был». Не сделать метку я тоже не мог. Мы с Яном давно привыкли после тренировок бегать в соседний с комплексом ларёк за сигаретами, а после бежать в ближайший подъезд, чтобы выкурить по парочке сигарет и выпустить пар. Видимо, тренировок нам стало мало. Особенно сейчас, после всего случившегося.

Не знаю почему, но Челябинцы очень привередливы к курящим подросткам, поэтому не все пускают нас в подъезды, чтобы просто согреться и спрятаться от людей. Не редко мы с моим другом бегаем к заброшенному детскому саду, где и прячем пачки. А порой и выпиваем по бутылке пива. Но Михалыч, наш тренер, непонятно как догадывается о наших проделках, и грозиться рассказать родителям, а м амке сейчас новости о моём разге льстве совсем ни к чему. Вообще-то я не совсем врубаюсь, как алкоголь влияет на наши игры, ведь перед ними мы не пьём, но Михалыч сказал, что мы быстрее изматываемся, тренируясь. Да, и дыхалка в последнее время подводит, но это уже заслуга сигарет. Кстати, тут тренер тоже нас спалил.

Ну, ничего. Скоро всё изменится. Скоро меня переведут в взрослую команду, где я смогу зарабатывать и играть по серьезному. Если честно, задолбал этот фарс вокруг детских игру шек; мы тренируемся по баще «Трактора». Не, ну, тренер сказал, что если мы хотим в него попасть, то придётся немало пахать, а если хотим пойти и дальше, то пахать надо вдвойне, но я уже даже перестал учиться. Всё внимание забирает хоккей. Ладно, хоть, могу выпускать пар, проводя время с Яном и сигаретками. К т ому же ещё эти проблемы с мамой. Да ещё и девчонка.

Сегодня Байда, наш участковый Байда Виктор Викторович, пустил нас пораньше, сократив свою часовую лекцию о сохране правопорядка, до двадцати минут. Быстренько рассказав нам её, дав расписаться за три дня вперёд и поздравив С Наступающим, отправил нас с Яном по домам. Мне и Яну очень досталось после того случая с девчонкой, даже чуть из команды не попёрли, но тренер пожалел и дал ещё по одному шансу. Тем более я капитан команды и главный нападающий, которого выгонять из коллектива просто не разумно. Да, мы с другом поступили очень хреново, но мы всё осознали и решили меняться. Поэтому после происшествия, случившегося полгода назад, больше на закон мы не нарывались. К тому же наше неустойчивое положение в команде укрепляло наше вполне тихое существование.

Я бежал домой к маме, в надежде на то, что сегодня она поднялась с кровати ради меня и приготовила что-нибудь вкусненькое, как она делала все прошедшие Новые Год а . Я с нетерпением ждал её фирменную селёдку под шубой и заливную рыбу. А какую она делала солянку и вишнёвый торт… ммм…

Но главное, чтобы она поднялась сегодня с кровати, ведь мы просто обязаны пойти в парк на ёлку. Сколько я себя помню, но мама каждый год меня туда водила. Со временем мы решили, что это даже станет для нашей небольшой семьи некой традицией. И нарушать её строго настрого нельзя. Даже, когда маме плохо. Когда у нашей семьи нелёгкое время.

Я никогда не смел просить у мамы подарков, ведь идеальным сыном меня назвать сложно. Пусть даже у неё не было денег, чтобы купить мне что-то, но она всегда знала, чего я хочу, и дарила мне именно это. Помниться мне, в том году это была новая клюшка. В по за прошлом мама подарила мне шлем. Но главный подарок, который она могла сделать, это отвести на хоккей, ведь именно там я обрёл своё призвание. Свою цель жизни. Там, я обрёл второй дом. Именно на хоккее я нашёл себя.

Поднимаясь по лесенкам, я уже в предвкушении сегодняшнего дня снимал с себя шапку и расстегивал молнию на куртке. Лишь бы она не спала. Лишь бы мама встала с кровати. Моя квартира находилась на пятом этаже, но в качестве мелких тренировок, я бегал по лестнице, чтобы нагружать своё тело дополнительно, ибо тренер считал, что я мало нагружен на тренировках. Видимо не сильно устаю, и это так. Игра в хоккей для меня сейчас одно из самых главных развлечений.

Неся в руке небольшую коробочку, обёрнутую в фиолетовую цветную бумагу с жёлтой ленточкой, я был в предвкушении того часа, когда уже мама раскроет мой подарок. Надеюсь ей понравиться рамка с нашей фотографией, сделанной в этом году, на пасху. Мы тогда ездили с ней в церковь, и вот когда выходили, приехавшая на несколько дней тётка Клара нас сфотографировала. Мама сказала, что это будет уникальное фото, ведь на нём я не в форме и не голенький, на каких был в детстве.

Как всегда дверь в нашу квартиру не заперта, и совсем не удивительно, ведь мы живём достаточно бедно. Брать у нас и так нечего.

- Аврора , я пришёл!- Заорал на всю квартиру я, в своей обычно манере, но не услышал себе в ответ ничего.

Я нередко называл свою маму Авророй , как бы подшучивая над её молодым возрастом и внешностью. Назвать столь красивую женщину мамой не каждый решался бы. Даже с отсутствием денег, она всегда следила за собой. При любых обязательствах она оставалась красивой, молодой и отдохнувшей. На лице всегда красовалась милая, приветливая улыбка.