Академия 2 (СИ) - Шиленко Сергей

— Иван… пожалуйста… пожалуйста… — Анна смотрела в потолок, пытаясь отдышаться, её грудь вздымалась. Она напряглась, пытаясь развязать узел галстука и освободить руки. Наконец её пальцы коснулись моей спины, а мышцы ног напряглись, ногти провели полосу по моему позвоночнику.

— Что, пожалуйста? — настаивал я, не устояв перед желанием подразнить её. Она жалобно заскулила и попыталась поднять голову, чтобы посмотреть мне в глаза. Полотенце, обёрнутое вокруг моих бёдер давно слетело, но я не чувствовал необходимости прикрываться и не спеша целовал её тело, пока не приник к губам. Анна застонала от прикосновения. Томный звук, который она издала, заставил меня напрячься, эльфийка изо всех сил старалась обхватить меня ногами за талию. Прежде чем я смог снова её подразнить, она крепко обхватила меня и притянула ближе.

— Трахни меня или накорми… пожалуйста… — наконец выдохнула она. Я снова счастливо поцеловал её и, подтянувшись на одной руке, вошел в неё. Она вздрогнула, когда я заполнил её. Застонав от влажного жара, одной рукой обхватил её за плечи, чтобы выдержать свой вес, а другой ласкал бедра и мускулистую попку. Затем начал покачиваться на ней. Я был слишком возбуждён, чтобы долго терпеть, но был готов наслаждаться её стонами вечно. Анна тоже не терпела, её ноги обхватывали мои бёдра, она двигалась всё быстрее, и я понял, что она хочет меня так же сильно, как и я её. Наши толчки друг о друга становились всё более неистовыми, и я взорвался в ней.

Когда мы успокоились, Анна уставилась на меня с томным выражением на лице: — Это был только первый раунд, верно?

— Вот почему я так люблю тебя, — прошептал и снова принялся за дело…

Глава 8

Я проснулся посвежевшим… и грустным. Мне стало немного одиноко потому, что Анне необходимо было вернуться в свою комнату.

Медленно потянулся, зевнул, и тут же почувствовал, как в мой рот падает пучок ниток, которые до этого кто-то аккуратно разложил у меня на губах. И, кажется, даже знаю, кто… Закашлявшись, резко сел, а начал доставать нитки изо рта.

— Эй! Я думал, у нас все в порядке… — с обидой посмотрел на мирно спящую Ангелину. Белка приоткрыла один глаз и негромко пискнула, после чего продолжила сопеть, как ни в чём не бывало.

— Ладно, ладно, хорошо. В следующий раз ты будешь мыться раньше меня, — я покачал головой, вытаскивая последнюю нитку, застрявшую между зубами. — Полагаю, это справедливо, просто не подумал о том, насколько трудно с меха отмыть засохшую фалдонскую слюну.

Настороженно огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что меня не ждёт ещё какой-нибудь сюрприз, а затем начал одеваться. Слаксы, рубашка, жилет, пиджак, галстук — обычная форма. Теперь пристегнуть сумку к бедру и продеть трость в петлю, пришитую к клапану — и можно отправляться на урок.

Ни Фиби, ни Ангелина, казалось, не спешили вставать с полок над моим столом. — Вы двое останетесь здесь или пойдете со мной на Зелья? — спросил я.

Фиби фыркнула, и из её носа посыпались голубые искры, она плотнее свернулась калачиком и снова затихла. Ангелина вытянула лапы над головой, перевернулась и издала томный писк. Я хихикнул и взял её на руки, положив сонную подругу в нагрудный карман куртки. Она издала несколько невнятных звуков и скрылась в кармане. Надеюсь, на сегодняшнем уроке у меня будет время приготовить ещё лечебных зелий для моих милых девчонок.

Я взял со стола небольшой блокнот. Тонкий том выглядел так, словно между кожаными обложками было всего несколько страниц. Открыл его, взял свой стилус с кристаллическим наконечником и быстро написал записку: «Я загляну к тебе в кабинет после урока зелий. Отправь сообщение, если это неподходящее время. Люблю тебя, Иван».

Закрыв блокнот, положил его обратно на стол. Журнал сам отправит сообщение на эмблему Антонины. Это, конечно, не совсем похоже на мгновенный обмен сообщениями, поскольку работало только с её эмблемой, но это был простой способ быстро связаться с хозяйкой Дома. Антонина сама дала мне блокнот и научила им пользоваться. К тому же такое сообщение нельзя перехватить обычными средствами, а значит, можно писать ей забавные и откровенные письма, не боясь, что кто-то посторонний может их прочесть. Улыбка расплылась по моему лицу, я наконец вышел из своей комнаты и пошёл на первый урок.

Общая комната пустовала, а на лестнице было непривычно темно и тихо. Через витражные окна невозможно толком рассмотреть, что творится на улице и какая сегодня погода. Но когда я спустился в общий зал Лисьего дома, то увидел, что небо затянуто тяжёлыми железно-серыми тучами, низко нависшими над Академией.

Прогремел гром, отдавшись эхом в стенах школы. Ангелина испуганно пискнула, и её голова вынырнула из глубины кармана. Яркая вспышка молнии на миг осветила помещение, раздавшийся вслед за этим раскат грома был ещё мощнее первого. Звякнуло оконное стекло, и быстрые капли дождя забарабанили по железному подоконнику. Я выглянул в ближайшее окно, снова вспыхнувшая молния разлетелась на четыре части и ударила в землю.

— Как хорошо, что нам не нужно сегодня выходить на улицу, — сказал Ангелине. Она согласно защебетала и поспешно нырнула обратно в карман.

Некоторое время я задумчиво смотрел на дождь, стекающий по окну, а затем отправился в класс. Урок был перенесён в башню рядом с Волчьим домом, в одну из нейтральных зон. В школе не так много мест одинаково доступных для всех Домов.

Постепенно декор стен начал приобретать дымчато-серый оттенок, ассоциировавшийся с Волчьим домом, значит, я уже близко. Тяжелый грохот продолжал сотрясать стены, буря не ослабевала. Я трижды прошёл мимо входа в башню, прежде чем его отыскал.

— Почему, черт возьми… они поместили дверь за девятиметровой картиной с изображением людоеда? — вздохнул я и потянул за раму, чтобы сдвинуть картину с места. Винтовая лестница была старой, ступени круто уходили вверх, поэтому приходилось идти аккуратно, чтобы не поскользнуться.

Наконец добравшись до вершины башни, замер в дверном проёме. Здесь не было двери, а с порога открывался вид на комнату, казавшейся слишком большой для башни, в которой она находилась. Она напоминала пещеру, высеченную из цельного камня. Пузырящийся источник с зелёной водой стекал в бассейн, переливающийся разноцветными минералами. На полу пещеры виднелись места, где вода немного переливалась через край, а минеральный слой оставлял на поверхности призматические блики. Сталагмиты были распилены и отполированы в виде отдельных столиков. Прямо в стенах вырезаны полки для бутылок, трав и других ингредиентов, повсюду стояли котлы.

На кушетке во главе класса сидела профессор Лилия Грин. Черноволосая женщина-кошка как обычно тихонько похрапывала, прикрыв лицо раскрытой книгой. Её хвост лениво покачивался, а коричневое платье, в которое она была одета, обтягивало бюст. Я заметил, что её юбки перекрутились и запутались, видимо, когда она переворачивалась во сне. К этому моменту я уже перестал удивляться тому, что профессор спит в классе, и оглянулся по сторонам

Алиса стояла за одним из столов. Она кивнула в мою сторону и снова сосредоточилась на своём учебнике. Полуфея оказалась единственной студенткой в классе, с которой я был знаком.

Пройдя к одному из столов, занял своё место. Ангелина выпрыгнула из кармана и подошла к раскрытой книге, зашелестев страницами и изучая задание, которое нам предстояло выполнить.

— Так, ну, это стандарт… — задумчиво пробормотал в ответ на её комментарий.

Ангелина продолжала перечислять ингредиенты, которые понадобятся, и я отправился к полкам, чтобы собрать их.

— Так… Ногти с левой ноги — отвратительно. Яд ленивца? У какого ленивца есть яд? Стружка из кристаллов маны — нужно следить, чтобы она не касалась пламени. Фрукт джунго, который… пахнет говядиной. Это измерение такое странное… — я прервал свой комментарий, вдруг обнаружив, что Лилия стоит прямо за моей спиной, подпрыгнул и чуть не уронил фрукт джунго. Она на лету подхватила его и, ухмыльнувшись, положила обратно на кучу в моих руках.