Аллея ангелов - Кезалия Вердаль

с ужасным треском (скорее всего это были ребра), я продолжила скатываться вниз по крутой поверхности. Острые края черепицы до крови сдирали кожу, и в мозгу, как разноцветные фейерверки, вспыхивали импульсы дикой боли.

«Да что же это такое? Мама! Больно…Ай!»

Хорошо, что в доме всего два этажа. Осталось всего пару метров и, может быть, мягкий газон сохранит останки уцелевших, если такие вообще ещё остались, костей. Уже второй раз в жизни я благодарила маму за ее мудрость не строить пятиэтажный замок со всякими вычурными выступами и шестами.

«Шесты?!» — в голове мелькнула паническая мысль. В нашем доме был один единственный шест, который стоял прямо под моим окном, и … и именно на него я сейчас падала.

Слишком нелепо… Страх до такой степени охватил меня, что тело просто онемело… сердце сжалось в комок, а кровь застыла в жилах… конечности одеревенели от ужаса предстоящей смерти… От ужаса я плотно закрыла глаза, боясь встретиться лицом к лицу с женщиной в черном плаще и длинной косой.

Спинным позвонком я уже чувствовала, как острие сильно врезается в тело, разрывается кожа, хрустит ребро… и…

— Ааааааааааа…..!

…и меня что-то с силой отбрасывает в сторону! Перекатываясь по мягкой траве, я откатилась от шеста на добрых пять метров и ударилась спиной о куст сирени. От столкновения куст возмущенно затрясся, и дождь из листьев и лиловых лепестков накрыл меня с головой.

— Ангелина, как ты? — кто-то пытался привести меня в чувства.

«Кто это? Кто?»

Я с трудом открыла глаза и поняла, что все ещё лежу на собственном газоне, а передо мной на коленях сидит Дайя с перепуганным лицом.

— С тобой все в порядке?

— Болит… ребро… — простонала я, понимая, что очень тяжело дышать, а в правом боку сильно режет… Что-то липкое и тёплое… кровь…

Вскоре рядом послышался скрежет калитки и десятки голосов. Откуда-то вспыхнувший свет озарил сад.

— Дая, срочно везем ее в больницу, — мужской голос обратился к моему соседу.

— Пап, открывай дверь, — Дайя поднял меня с земли как тряпичную куклу и куда-то понёс.

— Ааааа! — завизжала я не своим голосом… дикая боль в боку… — мама…

«Куда ты меня несёшь? Ты же ненавидишь меня…» — хотела я сказать ему, но совершенно не было сил даже пошевелиться. Я просто обмякла в руках Дайя и бездумно прижалась щекой к его груди. Я могла четко слышать стук его сердца, который билось не менее двести ударов в минуту.

«Почему он так переживает? Это я только что упала с крыши и чуть не умерла, а ему-то зачем волноваться?»

— Будь осторожней, скорее всего сломано ребро. Оно может поранить внутренние органы, — предупредил женский голос.

— Ма, не пугай так ее, скорее в больницу. — Дая уложил меня в своих руках, устроившись на заднем сидении. Машина мягко заурчав, тронулась в путь.

Всю дорогу парень мягко прижимал меня к себе, стараясь согреть и уменьшить тряску, словно знал, какую боль причиняет каждое движение.

— Все будет хорошо, — шептал он мне тихим, но уверенным голосом, — ты поправишься…

~*~

— Ангелина, дорогая, проснулась? — с любовью прошептала мама.

«Какой приятный сон, — подумала я, — мама рядом, так тепло и уютно…»

— Дочка, очень больно? Как мне тебя жалко…. — не унималась в иллюзии Антонина. — Я даже не думала, что без меня такое могло приключиться. Какая же ты у меня все-таки неуклюжая… точно медвежонок…

Медленно виденья стали приобретать более четкие и реальные очертанья: совершенно незнакомая комната, узкая кровать, широкие окна, через которые пробивался яркий солнечный цвет, и мама, сидящая рядом.

— Ма, как ты тут оказалась… — с трудом выговорила я, до сих пор не веря, что все происходит на самом деле. В голове царил такой беспорядок, словно мысли прокрутили в стиральной машинке и не удосужились достать на просушку. Я с трудом вдохнула воздух. Ощущение, что на грудь давит огромный камень.

Я попыталась хотя бы пошевелиться, чтобы окончательно удостовериться в собственном бреду, как резкая боль в боку окончательно привела в чувства. От ужасного жжения я невольно визгнула, отчего мама засуетилась и вызвала врача.

— Не дергайся, Ангелина. Ну как маленькая совсем, — запричитала она, когда молодая медсестра вводила мне обезболивающее, — потерпи малек.

Пока доктор беседовал с мамой о моём состоянии, я пыталась вслушаться в их разговор и зацепиться хоть за какое-нибудь знакомое слово, чтобы восстановить в памяти произошедшие события. Но затея провалилась уже на второй реплике, так как тяжесть в голове не давала сосредоточиться. Тогда я принялась изучать обстановку: на мне была одета просторная белая пижама, пахнущая традиционным «больничным» запахом; в правую руку воткнута длинная трубка, ведущая к капельнице; все видимые части тела залеплены пластырями, а вот туловище словно приковали к кровати. Свободной рукой я провела по шее, стараясь облегчить дыхание, как внезапно поняла, что папин кулон исчез. Где мой кулон?! Куда он пропал!

— Сон и покой, — прописал на прощанье врач и удалился вместе с медсестрой.

— Тебе уже лучше? — спросила мама и погладила меня по щеке. — Бедненькая, на тебе живого места не осталось.

— Мам, где папин кулон?! Только не говори, что я его потеряла! — истерическим голосом вырвалось у меня. — Я должна найти его.

— Успокойся дочка, он висел на ветке сирени, и я его подобрала. Сейчас лежит дома, к тому же врач сказал все украшения временно снять, потому что они могут усложнить кровообращение и дыхание. Когда выпишут, тебе вновь можно будет его носить.

— О, слава богу! — легко вздохнула я. — Спасибо. Лучше расскажи, что приключилось?

— Мне вчера позвонили родители твоего одноклассника, Дайя. Сказали, что ты получила травму, и тебя отвезли в больницу. Я сразу же вылетела ночным рейсом, так что рано утром уже была тут. — Объяснила мама. — Твой друг вчера всю ночь провёл в палате, не отходил от кровати, боялся, что ты проснёшься и никого рядом не окажется.

— Ах, да, Дайя… — рассеянно я повторила его имя. — А где он сейчас??

— Спит на соседней кровати… Всю ночь продежурил… — с улыбкой прошептала мама, кивая на ширму. — И как только ты не рассказывала, что у тебя такой классный… парень?

— Мам! — громче, чем хотелось бы, возмутилась я. — Он не мой парень!

— Всё, всё. Молчу. Не кричи, а то проснется. Такой милый мальчик.

— Подожди, так что же все-таки произошло?

— А ты совсем ничего не помнишь? — я отрицательно покачала головой. — Дайя рассказал, что вчера вечером шел с баскетбола и увидел тебя на крыше. Ты вроде поздравляла меня с днем рождения, потом решила спуститься вниз, но поскользнулась и