Прими силу рода своего - Оксана Солодовникова

Существует масса жизненных ситуаций, когда один человек нуждается в помощи другого. И поэтому так часто возникает соблазн стать спасателем или жертвой. Еще раз повторяю: спасатели поддерживают власть сверху, делая то, о чем их не просят, для другого человека, считая, что так будет лучше. Но сам человек мог бы с успехом это сделать для себя сам. И вот тогда, чувствуя себя подавленной, жертва может превратиться в преследователя. Таким образом, разозлившись на спасателя, он дает ему возможность превратиться в жертву.

Позицией страдания, жертвенности отличаются родственники, особенно жены больных зависимостью от психоактивных веществ (алкоголизма, наркомании, токсикомании). Татьяна привела на консультацию своего мужа Константина, страдающего от алкогольной зависимости. Константин в беседе с врачом сказал, что бросать пить он не собирается, так как сейчас у него «проблем с алкоголем нет». Сейчас он употребляет практически ежедневно, но «в небольших дозах, так как здоровье уже не то». К врачу на прием он пришел, «чтобы жена отстала». Ранее Константин неоднократно кодировался, как он отметил, «для жены, чтобы она успокоилась», но срок кодировки выдержал только после первого кодирования. Татьяна была в отчаянии. С самых первых дней супружества Константин злоупотреблял алкоголем. Она еще во время знакомства с ним почувствовала необходимость «помочь и спасти этого мужчину», что и делала всю их совместную жизнь. Она его спасала, в то время как он злоупотреблял алкоголем. Улаживала все его проблемы на работе, договаривалась с начальством, чтобы его не выгнали, иногда покупала больничные листы. Отпаивала и «лечила», когда ему было плохо после запоев. Водила неоднократно кодироваться. Как отметила Таня, ее муж – это «еще один ребенок в семье». Несколько раз она думала о разводе, но не решилась на такой шаг – в семье росли три сына. Сейчас она чувствует, что дошла до предела. Все ее мысли заняты его алкоголизмом, но сил бороться и спасать больше нет. Появилась агрессия, желание «что-то сделать с мужем». На протяжении всего рассказа Татьяна задавала вопрос: «Что мне с ним делать?» Я попыталась объяснить, что ее позиция «спасания» не привела ни к чему и в такой ситуации ей необходимо начинать пересматривать свои взгляды. Но Татьяна не могла в этот раз кого-либо услышать. Она сразу мне возразила: «Если бы не я, он бы давно погиб». Мои комментарии были здесь излишни. Против такой позиции возражать не стоит. Таня не хотела что-либо менять, так же как и ее муж. Они относились к ситуации одинаково: «У меня нет никаких проблем, это у него (у нее) проблемы». Я порекомендовала ей ознакомиться с литературой по данному вопросу и затем, возможно, продолжить наш разговор.

Почему людям трудно отказаться от роли жертвы? Разве не тяжело все время страдать? Но если присмотреться, то окажется, что страдание – это своеобразный стиль жизни жертв. Для них страдание – это привычка, это наполнение жизни смыслом, это привлечение к своей персоне внимания, жалости, любви. Страдание «возносит» человека на другую позицию. Раз он страдает, он кажется себе лучше окружающих, что приводит к появлению некой (в большинстве случаев неосознанной) претензии. Поскольку она не имеет под собой никаких оснований, претензия не может быть удовлетворена, что, в свою очередь, снова укрепляет человека в роли страдающей жертвы. «Никто меня не понимает» или «все против меня» – таковы основные убеждения «хронических» жертв, остающихся в плену страданий. Более того, жертве не нужно действовать, брать на себя ответственность.

Откуда у человека берется подобная жертвенность? Что происходило в родовой, семейной системе, существуют ли там люди-агрессоры и жертвы? Что несут жертвы, откуда в них столько страданий? Что несут в себе люди, которые ведут себя агрессивно по отношению к другим? Часто в родовой системе в предыдущих поколениях тоже есть агрессоры и жертвы. Что это значит? Речь идет о чьем-то агрессивном поведении в родовой системе. Зачастую его можно проследить в нескольких поколениях подряд. Иногда агрессор находится в том поколении, информация о котором потеряна. Но это не имеет значения. Агрессия – это способ сбросить внутреннее напряжение, присутствующее в человеке. Алкоголь, наркотики, азартная игра – это тоже способы сбросить напряжение. Оно идет от кого-то из предков, не поддается контролю, требует выхода и какого-то решения. Такое напряжение разрушает человека, за ним стоит неосознаваемое желание умереть. Если в родовой системе есть агрессоры, то есть и жертвы, пострадавшие от него, не важно, находятся ли они в этой семейной системе или это посторонние люди. Агрессор и жертвы связаны друг с другом. А в последующих поколениях часть семьи стоит на одной стороне (агрессора), а часть – на другой (жертвы). Когда в семейной системе люди начинают осознавать, на чьей стороне они находятся, чью судьбу неосознанно несут они и их близкие, они перестают смотреть на разрушительное поведение как на то, что может поддаваться контролю. Они видят, что все, происходящее в их семейной системе, обусловлено судьбами предков, требует более глубокого понимания и поиска решения на другом уровне.

Тем людям, предки которых были в чем-то повинны, тяжело проявлять активность. Из лояльности к своей системе они пассивны, часто неуспешны. Тот, кто отрицает свою вину (солдаты и офицеры, принимавшие участие в военных действиях, которые «ни при чем»), в последующих поколениях производит агрессоров и жертв. Но потомку из-за лояльности тяжело отказаться от роли жертвы или агрессора. Только когда тот, кто несет крест жертвы, сможет впустить в свое сердце любовь к преступнику, он оставит его поступки на его совести. Когда он отнесется с уважением к жертвам, тогда исчезнет и необходимость жертвовать собой.

Валентина пришла на консультацию с целью избавиться от «тяжелого груза детства». Она выросла, как она сказала, «в неблагополучной семье». Ее отец пил и умер – он утонул, когда ей было шесть лет. Ее мать была жестоким человеком, унижала, избивала дочь, часто меняла любовников, отличавшихся жестокостью и агрессией. Мать была избита одним из своих сожителей и умерла от травм, когда Валентине было 22 года. Сама Валентина с двенадцати лет подвергалась сексуальному насилию со стороны своего дяди, брата отца. Что случилось в этом роду; почему родители Валентины и она сама стали жертвами, а ее дядя – насильником? Отец матери служил офицером в рядах НКВД. Отец отца во время Великой Отечественной войны перешел на сторону немцев и всю войну служил у них, затем был взят в плен советскими солдатами и расстрелян. В этой родовой системе есть насильники-убийцы, у которых были свои жертвы. Из лояльности к своим семьям отец и мать Валентины стали жертвами, а дядя насильником. Каким было решение для Валентины? Ей необходимо было внутренне сказать своим родным следующее: «Мама и папа, вы были жертвами из лояльности к жертвам своих отцов. Вы это делали из любви к своим отцам. Вы всю свою жизнь смотрели на жертв, смотрели на смерть. Это была слишком тяжелая ноша для вас. И я это стала нести вместе с вами. Мы переживали то, что пережили жертвы моих дедушек. Дядя, ты стал насильником из-за лояльности к своей семье. Папа и мама, вы мои родители, и от вас я получила жизнь, и я принимаю ее. Все, что произошло со мной, не лишило меня уважения к жизни. У меня нет других родителей, у вас тяжелая судьба. Мне жаль. Вы мои родители, а я только ребенок. Те родители, которые есть, самые лучшие. Все, что произошло со мной, я взяла на себя из лояльности к жертвам, из любви к вам. Сейчас я оставляю вашу судьбу вам. Я остаюсь жить. Я буду жить своей жизнью».

Закончить эту главу я хочу словами Мильтона Эриксона: «Жизнь будет приносить тебе только боль. Твоя же задача – создать радость».

Итоги главы

1. С самого раннего детства человек обучается подавлять и вытеснять свои негативные эмоции.

2. Все чувства могут быть первичными (они дают энергию), вторичными (отнимают энергию) и перенятыми (эмоции, которые были вытеснены, подавлены кем-то из предков).

3. Даже такие эмоции, как страх, вина, злость, могут быть первичными, то есть нести человеку энергию. Первичными они могут быть, только если осознаются и признаются.

4. Вторичные чувства могут перейти в первичные (если их признать) или могут оказаться перенятыми.

5. Перенятые чувства требуют поиска решения, чтобы не разрушать жизнь человека.

6. Неосознанные, вытесненные негативные эмоции к своим родителям переносятся на партнеров. Те отрицательные эмоции, которые мы испытываем к своему супругу, – это подавленные эмоции к своим родителям.

7. Осознавайте свои чувства. Выясните, откуда в семейной системе идет подавление эмоций, к кому направлена злость, которую вы подавляете.

8. За жертвенностью, агрессией, страданием стоят тяжелые судьбы предков. В семейной системе есть агрессоры и жертвы.