Советы от всего сердца - Дуджом Ринпоче

Что будет, если вы сумеете разорвать цепь мыслей? На что похоже ригпа? Оно пусто, прозрачно, ошеломительно, светло, свободно, радостно! Оно ничем не ограничено и не обозначено каким‑либо собственным рядом признаков. Во всей сансаре и нирване нет того, чего бы оно ни постигало. С безначальных времен оно, нерожденное, пребывает в нас. Мы никогда не расстаемся с ним, и всё же оно целиком за пределами области действия, усилия и воображения.

Вы спросите, что же это такое — узнать ригпа, узреть его лик? Даже если вы его переживаете, вы просто не можете его описать — это как если бы немой пытался описать свои сны! Невозможно провести черту между вами, покоящимся в ригпа, и ригпа, которое вы переживаете. Когда вы пребываете естественно, обнаженно в безграничном состоянии ригпа, все те мельтешащие, докучливые мысли, которые не знают покоя даже на мгновение, — все эти воспоминания, все эти планы на будущее, которые вас так донимают, — утрачивают свою силу. Они исчезают в безбрежном и безоблачном небе — в ригпа. Они бьются вдребезги, рушатся, тают. Вся их сила теряется в ригпа.

В вас действительно есть это ригпа. Оно — ясная, обнаженная мудрость дхармакаи. Но кто может познакомить вас с ним? На что вы должны опираться? В чем вы должны быть уверены? Самое первое — это ваш учитель, который показывает вам состояние вашего ригпа. Когда же вы сами его узнали, именно тогда происходит ваше знакомство с вашей собственной природой. Все видимости сансары и нирваны — не что иное, как проявление вашего собственного ригпа. Опирайтесь на него одно. Как волны, которые поднимаются из океана и возвращаются в него же, все появляющиеся мысли возвращаются в ригпа. Храните уверенность в их растворении, и в результате вы окажетесь в состоянии, где нет ни медитирующего, ни предмета медитации, — совершенно за пределами медитирующего ума.

Вы можете подумать: «В таком случае нет никакой нужды в медитации». Однако могу вас заверить, такая нужда есть! Одно лишь узнавание ригпа вас не освободит. С безначальных времен на протяжении бесчисленных жизней вас окружали ложные убеждения и ошибочные привычки. Всё это время и до сих пор вы остаетесь жалким и презренным рабом своих мыслей! И, когда вы умрете, совершенно неизвестно, куда вы попадете. Вы последуете за своей кармой, и вам придется страдать. Вот почему необходимо медитировать, постоянно сохраняя состояние ригпа, с которым вас познакомили. Всеведущий Лонгченпа сказал: «Пусть вы узнаёте свою природу, но если вы не медитируете и не привыкли к этому, то будете похожи на малое дитя, попавшее на поле битвы: вас сметут враги, враждебные силы ваших собственных мыслей!» Вообще говоря, медитация подразумевает, что вы осваиваетесь с состоянием пребывания в изначальном безыскусном состоянии, благодаря тому что спонтанно, естественно и постоянно сохраняете внимательность. Это значит, что вы привыкаете оставлять только состояние ригпа, освобождая его от всех отвлечений и привязанностей.

Как мы привыкаем пребывать в природе ума? Когда во время медитации к вам приходят мысли,

пусть они приходят: нет необходимости считать их врагами. Когда они возникают, расслабьтесь в их возникновении. С другой стороны, если они не возникают, не беспокойтесь о том, придут они или не придут. Просто оставайтесь в их отсутствии. Если во время медитации внезапно появляются значительные, четко оформленные мысли, их легко узнать. Но если происходят слабые, тонкие движения, то осознать их наличие станет нетрудно совсем не сразу. Вот что мы называем намтог вогъю — «скрытое блуждание мыслей». Это вор, незаметно похищающий у вас медитацию, и поэтому важно, чтобы вы бдительно за этим следили. Если вы способны постоянно сохранять внимательность — как при медитации, так и после нее, когда вы едите, спите, ходите или сидите, — вы достигли цели!

Великий учитель Гуру Ринпоче сказал:Сотню вещей можно объяснять, тысячурассказать,Но только одно нужно понять.Познай одно, и всё освободится —Оставайся в своей сокровенной природе,в своем ригпа!

Говорят также, что если вы не медитируете, то не обретете уверенности, а если медитируете, то обретете ее. Но что это за уверенность? Если вы медитируете с сильным, радостным воодушевлением, появятся знаки, показывающие, чтовы привыкли оставаться в своей природе. Рьяная, крепкая привязанность, питаемая вами к двойственно воспринимаемым явлениям, постепенно умерится, и ваша одержимость счастьем и страданием, надеждами и страхами и т. п. понемногу ослабнет. Ваша преданность учителю и ваша искренняя вера в его наставления будут возрастать. Через некоторое время ваша напряженность, двойственное восприятие испарятся, и вы достигнете такого уровня, где золото и галька, яства и отбросы, боги и демоны, добро и зло станут для вас одинаковыми — вас озадачит выбор между раем и адом! Но пока вы не достигнете этого уровня (пока вы еще находитесь во власти впечатлений двойственного восприятия), добро и зло, миры будд и ады, счастье и страдание, поступки и их следствия — всё это для вас реальность. Великий Гуру сказал: «Мое воззрение выше неба, но мое внимание к поступкам и их следствиям тоньше мукй».

Так что нечего объявлять себя великим практиком Дзогчена, если на самом деле ты всего лишь ничтожество, воняющее спиртным и полное похоти!

Чрезвычайно важно, чтобы у вас была устойчивая основа — чистая преданность и самая, а также сильное, радостное воодушевление, которое хорошо уравновешено: ни слишком напряженное, ни слишком расслабленное. Если вы способны медитировать, полностью отвернувшисьот дел и забот мирской жизни, вы обязательно обретете исключительные качества глубокого пути Дзогчена. Зачем ждать будущих жизней? Вы можете овладеть изначальной твердыней прямо сейчас, в настоящем.

Этот совет — кровь моего сердца. Примите его и не забывайте!

8. УСТРЕМЛЕНИЕ К ВЕЛИКОМУ СОВЕРШЕНСТВУ

Да обретем мы уверенность в воззрениио том, что сансара и нирвана — одно и то же.

Да обретем мы искусность в медитации — естественный поток, неизмененныйу непринужденный.

Да станет наше поведение совершенным — естественным, непреднамеренным, непосредственным.

Да найдем мы дхармакаю, запредельную принятию и отвержению.

Париж, 1976

9. ИСТОРИЯ ЖИЗНИ ДУДЖОМА РИНПОЧЕ

Рассказана им самим

Я, Дуджом Джигдрал Еше Дордже, родился в год дерева–дракона пятнадцатого цикла–рабчжунга (1904). Моя родина — потаенное место Пэмако[66], а мой отец — Джампал Норбу Вангьял из царского рода Канам. Когда мне было всего три года, ученики великого тэртона Дуджома Лингпы узнали во мне воплощение их учителя. Они приняли меня за своего, и так я вошел во врата Дхармы.

«Чтение и письмо — корни знания», — говорил мой учитель и заставлял меня усердно учиться. Одновременно я должен был заучивать на память ритуалы, молитвы и т. д. Я получал наставления о правильном поведении тела, речи и ума. Также я изучал историю, духовные назидания и предварительные практики, и благодаря этому мои умственные способности немного возросли. Шли годы, и из своего сострадания меня, сообразно моим способностям, обучали ламы — мудрецы и сиддхи. Я изучал все основные науки — грамматику, правописание, поэзию,

астрологию и медицину, — а также все тексты Дхармы и комментарии к Мадхьямаке, Праджняпарамите, «Пяти учениям Майтреи», Бодхичаръя–аватаре, «Трем обетам» и т. д. Особенно я почитал тантры созревания и освобождения, комментарии к ним и глубокие наставления устных учений и учений–кладов, относящиеся к традиции нингма[67]. Я учился всему, начиная с тринадцати великих действий ваджрачарьи и заканчивая ритуалами различных традиций практики, изготовлением и украшением торма, танцами, созданием мандал, пением и музыкой. Ничего не упуская, я очень усердно осваивал все практические подробности линии преемственности видьядхар. Начиная с накоплений и упражнений в предварительных практиках и до главной практики, а именно разделов приближения и свершения стадии зарождения, за которыми следуют практики стадии завершения, я упорно трудился, как только мог, выполняя необходимые количества повторений мантр.

Однако из‑за того, что я, к несчастью, ношу титул ламы, я сбился с пути. Мне поневоле пришлось заниматься отвлекающими от него делами, которые, как считается, приносят пользу учению и существам, а потому я приобрел столько знаков сиддхи, сколько перьев у черепахи!

Какой бы нектар Дхармы я ни получил, почти всё я, как только мог, объяснял и передавалдругим соответственно их натуре. И хоть и не заслуживаю быть причисленным к ученым, но, чтобы не огорчать тех, кто меня просил, а также в надежде, что смогу сослужить какую‑то службу учению, я написал и составил более двадцати томов. Среди них, например: «История школы нингма», «Общий обзор учений нингма», «История Тибета», пословный комментарий к «Трем обетам», а также наставления и руководства по многим циклам практики. Говорят, что в результате получения учений появляется способность сочинять, — так что я написал все эти труды не питая ни надежд, ни страха.