Грешник. На острие - Анастасия Шерр

ГЛАВА 12

– Ты испугана, – констатирует он. Ну надо же капитан Очевидность.

– Есть такое. На меня не каждый день нападают, знаешь ли, – отвечаю грубо. Я сейчас не на работе и желания метать перед ним бисер отсутствует. – Так что ты здесь делаешь?

– Я тебе звонил. Но твой телефон недоступен. Мне нужно знать, как продвигается дело.

– Слушай, – выдыхаю, бросая косой взгляд на участкового, наблюдающего за нами со скучающим выражением лица. – Давай не сейчас, ладно? Если ты не заметил, я не одна.

И вообще откуда он знает, где я живу? Эта мысль отходит на задний план, когда он снова начинает говорить.

– И чем он тебе поможет? – хмыкает Шамиль, окинув взглядом полицейского, который на две головы ниже его. – Думаешь, они будут кого-то искать?

– Кхм… Вы заявление-то писать будете, нет? – подаёт голос участковый, а я, закрыв глаза и поджав губы, отрицательно качаю головой. Хаджиев прав. Не будет никто никого искать. Только время зря потеряю.

– Нет. Не буду, – отхожу в сторону, чтобы пропустить к выходу участкового, и тот, раздражённо зашипев, захлопывает свою папку.

– Детский сад, блин, какой-то! – а закрывая за ним дверь, слышу приглушённое «дура какая-то». В общем-то, и я не лучшего мнения о нём, а потому не стоит тратить время друг друга. К тому же появился тот, кто действительно в состоянии помочь мне делом, а не пустыми словами.

Поворачиваюсь к Хаджиеву и, сложив руки в замок, долго рассматриваю его.

– Ты знаешь, где достать оружие без разрешения?

Кривая ухмылка. Знает, конечно, бандюк.

– Что именно тебе нужно?

– То, что в состоянии вырубить здорового мужика вроде тебя. Основательно так вырубить. Перцовый баллончик не предлагай.

– Понял. Поехали, – бросает он и, не дожидаясь, пока я оденусь, идёт к двери. Скорый какой. Что ж, от него толку будет побольше, чем от амебного участкового.

В тесной коммуналке воняет скисшей едой, грязными носками и ещё чем-то из того, отчего меня вот-вот вырвет. Передёргивает от вида какого-то нарика, прислонившегося к стене. То ли он в трансе, то ли на меня пялится, непонятно вообще. Ну и место.

– Что за клоака? – брезгливо отряхиваюсь, нечаянно прислонившись к грязной стене с ободранными обоями.

– Ну тебе же нужно оружие без разрешения? Или ты думала, его в супермаркетах продают? – издевается Шамиль, с отвращением отшвыривая с дороги нарика. Тот, совершенно не сопротивляясь, молча улетает в комнату напротив, едва не вышибив своим тщедушным, синим тельцем дверь. Из комнаты доносится приглушённый мат.

Мужика, который открыл нам дверь, я вижу плохо, только седоватый, короткостриженый затылок. Он быстро проходит в самую дальнюю комнату, пропускает туда Шамиля и меня.

Со вздохом переступаю порог, и дверь позади закрывается.

– Какой нужен? – спрашивает мужик, а Шамиль кивает в мою сторону.

– Для неё. Чтобы ствол новый, без палева. И полегче что-нибудь.

– Понял, – кивает мужик. – Но это будет дорого стоить.

– Давай, – пока Шамиль договаривается, я бегло осматриваюсь вокруг. Не то чтобы хоромы, но хотя бы не воняет, как в коридоре. Мебель новая, стеклопакеты, на диване полуголая девица спит. Нормально мужик зарабатывает. Охренеть. Вот так живёшь, в лифте ездишь, с соседями здороваешься. И даже не подозреваешь, что один из них может оказаться торговцем оружием. А так и не скажешь по мужику. Выглядит, как рабочий среднего класса, маленький, щупленький, невзрачный. И живёт в какой-то сраной помойке. Ну кто бы догадался.

– На, возьми в руку, – из мыслей, беспорядочно роящихся в голове, аки пчёлы в улье, меня отвлекает голос Шамиля. Он протягивает мне матовый, чёрный ствол. Абсолютно точно «нулёвый». Не то чтобы я профи в оружии, но хорошо знаю, как оно выглядит. Этот ещё в масле, пахнет железом, но не гарью. – Умеешь пользоваться?

– Ага, – вздыхаю. Ещё с детства умею. Помню, отец впервые дал пострелять по банкам лет в восемь. И мне тогда даже понравилось. Не помню, чтобы когда-то играла куклами, страдала по красивым нарядам и маникюру. Мне всегда нравились пацанячьи забавы. Видать, Король мальчика хотел. А родилась я. Бывает.

А может он просто знал, какое будущее меня ждёт и готовил к этому.

Проверяю обойму, снимаю с предохранителя и целюсь в пол. Под нами только подвал, а у меня привычка не наводить оружие на людей. По крайней мере сейчас, когда нападать на меня никто не собирается.

Снова ставлю на предохранитель, убираю ствол за пояс джинсов назад. Шамиль не удивлён, скорее наблюдает за мной с интересом.

– Ну как?

– Нормально. Я беру. Сколько с меня?

Хаджиев поворачивается к торговцу, протягивает ему внушительный сверток. Всё это молча, без единого лишнего слова. Покупка-продажа состоялась, и вот мы уже на улице. Я нюхаю воротник куртки в надежде, что не успела провонять притоном, и спешу к машине. Не хватало ещё, чтобы меня увидели рядом с блатхатой, где продают оружие и, скорее всего, наркоту.

– Сколько я тебе должна? – интересуюсь у Шамиля уже в машине, а тот заводит двигатель и трогается с места.

– В счёт аванса.

– Ладно. Спасибо за помощь.

– Да не за что. Так что случилось с тобой ночью?

Нутро перетряхивает от одного воспоминания, как меня раздевал какой-то мудак. Отворачиваюсь к окну, чтобы скрыть желание разреветься, как маленькая девочка.

– На меня напали, я же сказала.

– Кто и с какой целью? – Хаджиев не торопится отнестись с пониманием к тому, что, возможно, я не хочу это обсуждать.

– Слушай, тебя это не касается. За помощь спасибо, конечно, но я всё отработаю в суде, а может даже раньше. Так что, просто верни меня домой, ладно?

– Я могу тебя защитить. Если, конечно, ты не возложила эти надежды на того мента.

– Сама разберусь, – и я разберусь. Пусть тот ушлёпок хотя бы раз ещё подойдёт к двери моего дома. Я из него решето сделаю. Настроена твёрдо, как никогда. А мудак, посмевший коснуться меня своими лапами, даже не представляет, какую шкатулку Пандоры открыл.

– Как знаешь, – звучит равнодушное, а я, скользнув мимолётным взглядом по жилистой руке Шамиля, лежащей на руле, по татуировке на запястье и замысловатому плетённому браслету с арабской вязью, опускаю глаза ниже… На его джинсы, где на бедре проступает красное пятнышко. Совсем небольшое. Наверное, испачкался где-то.

Только мой разум отчего-то врубает сирену. Я даже не сразу соображаю, отчего становится жутко не по себе. Доходит только спустя несколько секунд.

Это кровь. У него на бедре кровь. Приблизительно там, куда я ткнула ручкой в нападавшего.