Полнолуние - Лора Эллиот

Ярость, которой Лесли никогда прежде не испытывала, в один миг охватила ее.

— Эй ты, маньяк! — прокричала она, задыхаясь. — Никогда не видел голой женщины? А ну, убирайся отсюда! Слышишь?!

— Признаться, такой, как ты, не видел. Но я уже не смотрю на тебя. — Он демонстративно опустил голову. — Хотя, если ты будешь так кричать на меня, я никуда не уйду.

— Нет! Ты уйдешь и немедленно!

Она собиралась сказать что-то еще, но подкравшаяся сзади волна накрыла ее с головой. Едва вынырнув и гневно сплюнув жгуче-соленую воду, Лесли услышала очередной раскат смеха.

— Очень смешно?!

— Очень, — ответил он. — Но ты напрасно злишься. Я спустился сюда совсем не для того, чтобы таращиться на тебя.

— А зачем тогда? Какого черта?

Злобно прищурившись, Лесли ждала, что он пропоет ей.

— Сейчас объясню. Только перестань беситься, ладно? — Он бросил на нее косой взгляд. — И будет лучше, если ты выйдешь из воды. Небось, продрогла…

— Я выйду, только когда ты уберешься отсюда. Итак, какого черта ты спустился на мой пляж? — не унималась Лесли.

— Я мирно гулял по тропинке, наслаждаясь пейзажами, — спокойно начал он. — И вдруг увидел твою голову, болтающуюся посреди океана.

Лесли сидела в воде, обхватив руками плечи. Врет, мерзавец, думала она. Наверняка сидел где-то под кустом и видел, как она раздевалась. Маньяк.

— Ну и что? — спросила она сурово. Только бы он не заметил, что ее уже слегка пробирает от холода.

— А то, что я сразу догадался, что ты сумасшедшая, которую, возможно, придется спасать. Спустился на пляж. Но в это время благоразумие вернулось к тебе, и ты повернула к берегу.

— Тогда почему же ты не ушел? — Лесли продолжала сверлить его взглядом.

— Потому что не был уверен, что благоразумие вернулось к тебе надолго. И, признаться, совсем не жалею о том, что не ушел. Получил море удовольствия.

— Уж не сомневаюсь… — прошипела Лесли.

— И я не сомневаюсь, что если и теперь не уйду, мое удовольствие продлится, — продолжал он с издевкой, искоса поглядывая на сидящую посреди пенящихся вод, кипящую от злости и умопомрачительно хорошенькую Лесли.

— И все же будет лучше, если ты уйдешь, — гробовым тоном сказала она.

— Конечно. Я не настолько безнадежный эгоист, чтоб заботиться только о своем удовольствии. Поэтому удаляюсь.

Он быстро пересек пляж и стал подниматься по камням.

Дождавшись, пока он отойдет на безопасное расстояние, Лесли выскочила из воды и бросилась к одежде. Проклятая футболка оказалась вывернутой наизнанку, и Лесли пришлось повозиться с ней прежде, чем она смогла натянуть ее на мокрое тело.

— Придурок, — бормотала она, нервно оттягивая на себе футболку. А еще соотечественник! Жалкий извращенец с Юга, судя по акценту. Спасатель, видите ли, нашелся.

Она повязала вокруг бедер юбку, расстегнула заколку в волосах и тряхнула головой. Спутавшиеся сосульки рассыпались по плечам. Потом глянула на тропинку. Слава богу, наглец исчез из виду. И почему вместо этого американского придурка на пляже не появился турецкий красавец Фатих? Почему не пришел ей на помощь, когда этот идиот издевался над ней?

Обогнув скалы, Лесли снова оказалась на тропинке и увидела на склоне холма, чуть в стороне, ресторанчик на террасе. Теперь можно и позавтракать. В ресторане было пусто. Она села за столик.

На часах только полдесятого, а жизнь уже успела за это утро дважды огорошить ее. За утренним кофе мужчина признался ей в любви. Потом этот неприятный инцидент с маньяком в бухте… А она, наивная, ждала, что на берегу ее встретит любимый…

— Доброе утро!

Из кухни появился мальчик-официант.

— Доброе утро, — с улыбкой ответила коллеге Лесли и заказала тосты с сыром и джемом и кофе.

Ее заказ прибыл, когда она задумчиво любовалась океаном, на время позабыв обо всем на свете. Потом, склонив голову, так же задумчиво принялась за еду.

— Разрешите составить вам компанию?

Лесли вздрогнула и медленно подняла голову.

У ее столика стоял Фатих.

Она быстро проглотила еду, а потом несколько раз, как рыба, вынырнувшая из воды, хватила ртом воздух. Но так и не смогла ничего ответить. В конце концов умудрилась только кивнуть.

Он сел напротив и положил локти на стол.

— Извините, что помешал…

Лесли уронила взгляд в тарелку. Он был так красив, что она боялась на него смотреть.

— Не беда. Вдвоем завтракать веселее, — проговорила она, борясь со смущением.

— Да… — Он вздохнул. — Я, признаться, всего третий день в Индии… Чувствую себя растерянным. Не знаю, что есть, что пить…

— Правда? — Лесли уставилась на него, чувствуя, как заколотилось ее сердце.

Это судьба. Она знала об этом, как только впервые увидела его. О боже…

— Я тоже… — промямлила она.

— Но вы здесь не одна. Кстати, я встретил на пляже вашего друга.

— Жан-Поля?

— Да. Мы немного поболтали. Я рассказал ему, что провожал вас. Он очень сожалел, что отпустил вас вчера одну без фонарика.

Вот это совсем некстати, подумала Лесли.

— Кстати… — Он запустил руку в карман джинсов и достал фонарик. — Это вам.

Лесли взяла из его руки фонарик, повертела его, пощелкала кнопкой. Потом благодарно улыбнулась Фатиху.

— Спасибо. А как же вы?

— А у меня есть другой. Этот я купил сегодня для вас.

Он смущенно принялся перебирать страницы меню. Казалось, за ночь он еще больше похорошел. Только в серо-голубых глазах по-прежнему было много грусти.

— Вы… так заботливы.

Сердце Лесли беспомощно таяло, в голове вращался один единственный вопрос: «Ты будешь заботиться обо мне всю жизнь?»

— Мелочи, — сказал он, оторвавшись на миг от меню. — Может, посоветуете, что заказать?

— Конечно. Можете заказать то же, что я — тосты с сыром и джемом. И кофе.

Пока он заказывал себе завтрак, Лесли упрятала в рюкзачок фонарик и сделала вид, что снова увлеклась едой.

Его первый подарок, думала она мечтательно. За последний год она получила множество подарков от Малкольма, но ни один не радовал ее так, как этот маленький, изящный фонарик, который наконец осветит ее жизнь.

— Итак, что же вас привело в Индию? — осмелилась спросить она, оторвавшись от еды. — Наслышались о ее чудесах?

— Не совсем так, — ответил он и как-то нервно усмехнулся. — Боюсь, что вам будет неинтересно это знать.

Его взгляд уплыл куда-то вдаль. Черты лица словно окаменели, лишились жизни. В сердце Лесли закралась тревога.

— Вы что-то пережили? — осторожно спросила она.

Он не ответил, полез в карман рубахи и достал пачку сигарет и зажигалку. Лесли заметила, как на его скулах дрогнули мышцы. Она отодвинула тарелку с недоеденным тостом.