Вкус ее губ - Ханна Хауэлл

— Теперь, думаю, самое время выпить кофе, — сказала она, весьма довольная тем, что голос у нее почти не дрожит и лишь некоторая хрипота выдает ее напряжение.

Тайрон тихо застонал и перевернулся на спину, наблюдая, как она встала, взяла платье и отправилась в ванную комнату. За это дополнительное удобство ему пришлось немало заплатить, потому что на постоялом дворе этого маленького городка имелось всего два номера с ванной. Когда она прикрыла за собой дверь, он постарался успокоиться. Трудно поверить, что его так властно влекло к женщине, которую он недавно встретил, почти не знает. Он поморщился, подумав, что если ему не удастся овладеть ею в ближайшее время, то от неудовлетворенного желания он станет инвалидом и ему придется ползком добираться до Парадайз.

Он взял свою чашку кофе с прикроватного столика. Все же угрызения совести у него были. Судя по всему, Дейдра девственница, и он хотел от нее немалой жертвы — невинности в обмен на несколько ночей страсти. Получалось, что после пары дней знакомства и поцелуев, пусть даже очень страстных, он предлагает ей пренебречь всеми принципами, соблюдать которые ее учили всю жизнь.

«Ладно, пропади все пропадом, — пробормотал он, вставая и подходя к столу у окна, где их ждал завтрак. — Если надо, я женюсь на ней».

— Ты что-то сказал? — спросила Дейдра, выходя из ванной. Взяв свой кофе, она тоже подошла к столу.

— Я просто ругал погоду, — ответил он, переключая внимание на еду.

Отрезая кусок бифштекса, едва заметного под массой жареного картофеля и яичницы, Дейдра взглянула в окно и охнула:

— Снег идет!

— Думаю, снегопад начался еще ночью.

Торопясь позавтракать, пока еда окончательно не остыла, Дейдра спросила:

— Мы не сможем продолжать путь?

— На снежную бурю вроде бы не похоже. Снег не такой обильный, как час назад. — Он взглянул на нее, отхлебнув кофе. — Но, судя по всему, мы не сможем ехать раньше завтрашнего утра.

Она подсолила картофель и даже улыбнулась ему, хотя его слова и заставили ее вздрогнуть.

— Честно говоря, я была бы рада отдохнуть. Тайрон с пониманием усмехнулся и кивнул.

— Хотя на ранчо мне приходится немало ездить верхом, но даже я не возражал бы против небольшой передышки.

— Я, наверное, выйду на воздух и посмотрю, что у них здесь за магазины, — сказала Дейдра, вставая из-за стола.

— Хочешь что-то купить?

— Да нет, ничего особенного. Но когда мы с Морой встретимся, наступит Рождество, и мне хотелось бы сделать ей маленький подарок.

— Только постарайся, чтобы это было что-то не слишком громоздкое. А я пока прогуляюсь вокруг и посмотрю, не притащили ли мы «на хвосте» своих преследователей. Не сворачивай с главной улицы, а если покажется, что кто-то следует за тобой, зайди в магазин или возвращайся сюда. Думаю, что прохожие не дадут девушку в обиду.

Дейдра не стала напоминать ему, что в гостинице, где на нее напали, не было добрых самаритян, которые бы бросились ее защищать, когда в нее целились из — пистолета… Но все же не отказалась от своей идеи поискать в подарок Для Моры что-нибудь милое и приятное, хотя сама пока не знала, что именно. О своих опасениях она решила молчать, иначе Тайрон вообще может не позволить ей выйти из комнаты.

Пока Дейдра одевалась, готовясь выйти на улицу, Тайрон уже ушел. Она успела привыкнуть к его обществу, и ей было немного боязно выходить одной. Но ничего, подумала она. Его присутствие мешало ей выработать тактику поведения с этим опасным человеком. Она с такой легкостью поддавалась его натиску, что сомнений не оставалось: ее сердце если не полностью, то в значительной мере принадлежит ему.

Она надеялась, что строгое воспитание и моральные устои семьи, которые она усвоила, окажутся достаточно надежной защитой против его натиска, если им движет лишь физическое влечение. Более глубоких и сложных чувств к себе она не замечала. А это, насколько она понимала, является одной из самых веских причин держать его на расстоянии. Он может лишить ее гораздо большего, чем девственности. Потеряв девственность, она все-таки сможет жить дальше, полюбить, выйти замуж, иметь детей, но если она полюбит этого человека, тогда уж будет обречена на вечное одиночество, когда он ее покинет. Слишком большая цена за несколько ночей страсти, какой бы пламенной и сладкой она ни была.

А возможно, это и не так, размышляла она, остановившись перед витриной шляпного магазина. Возможно, она пожалеет, если не познает, что такое эта страсть, и от сожалений по неизведанному будет гораздо труднее избавиться, чем от сердечных страданий или сетований на потерю невинности. Однако после поцелуев Тайрона ее едва ли удовлетворят поцелуи другого мужчины. Даже если она найдет подходящего человека и выйдет за него замуж, призрак Тайрона будет присутствовать в супружеской постели, независимо от того, уступит ли она сейчас натиску Тайрона или нет.

Так почему бы просто не насладиться тем, что предлагает ей судьба, подумала она, войдя в магазин и разглядывая самые причудливые шляпки. Ведь есть же шанс, что чувства Тайрона станут глубже и что к тому времени, когда они доберутся до Парадайз, он будет испытывать к ней то же, что и она к нему. Может быть, игра стоит свеч…

Остановившись, чтобы лучше рассмотреть очаровательное кружево ручной работы, Дейдра отдалась размышлениям о том, что же она испытывает к Тайрону Каллахэну и действительно ли стоит ради этого идти на риск. По правде говоря, путешествуя вдвоем с мужчиной и останавливаясь в одной комнате с ним, пусть даже под вымышленным именем, она уже погубила свою репутацию. Ведь даже если отголосок слуха о таком неприличном поведении дойдет до ее родных мест, ее подвергнут остракизму. От нее все отвернутся и будут обращаться с ней, как с падшей, осуждая за то, что она сделала и чего не делала. Не лучше ли действительно согрешить, чтобы было за что отвечать, потому что осуждать будут в любом случае?

— Моя жена сама плетет это кружево, — раздался грубый бас, в котором звучала трогательная нотка гордости.

Дейдра с улыбкой взглянула на лысеющего мужчину, который стоял за прилавком.

— Кружево великолепно. Не хуже, возможно, даже лучше, чем французское, которое я недавно видела. К сожалению, моя мать не смогла научить меня такому мастерству.

Она решила купить немного кружева, потому что Мора любила изящную отделку к своим нарядам. Она поторговалась для виду, не слишком стараясь сбавить цену. Работа была такой тонкой, что она была готова заплатить и не торгуясь. Кружево было настолько хорошим, что Дейдре хотелось, чтобы мастерица получила не меньше, чем ей причиталось за ее искусство. Она добавила к первой покупке лиф и панталоны, отделанные очень милым кружевом, но вот приняла ли она окончательное решение относительно Тайрона, Дейдра так и не была уверена. С другой стороны, зачем бы ей надевать на себя такое изящное белье, если она намерена прятать его под несколькими слоями фланели и шерсти?