Дневник Ноэль - Эванс Ричард Пол

– В кухне уже порядок. Можем посидеть там. – Мы прошли, я выдвинул для нее стул, а сам уселся напротив. – Вас зовут Рейчел?

– Да, Рейчел.

– Почему вы решили, что ваша мама была здесь?

– Мне говорили, что, возможно, она жила здесь, когда я родилась.

– Вы уверены, что не ошиблись адресом?

– Уверена. Скотт и Рут Черчер?

– Так звали моих родителей.

– Мне кажется, что моя мать – моя биологическая мать – жила с ними. Меня удочерили в младенчестве, а несколько лет назад я решила навести о ней справки, попробовать ее найти. Обращалась в архив, но они не разглашают никакие данные. Моей матери отправили запрос: не хочет ли она со мной встретиться, но ответа так и не последовало. Я не знаю, жива ли она или просто не хочет иметь со мной дела.

Года четыре назад подруга познакомила меня со своим парнем, который работал в архиве. Я спросила, не сможет ли он мне помочь, и молодой человек обещал посодействовать, но через несколько дней позвонил и сказал то, что я знала и без него: это конфиденциальные данные. По его словам, за разглашение секретной информации грозит увольнение, уголовное преследование и гражданский иск. И я решила, значит, не судьба. Но потом он выяснил кое-что для меня новое. Мать родила меня в семнадцать и была на тот момент не замужем. Согласно архивным записям, она проживала с семьей по фамилии Черчер. Возможно, родители выгнали ее из дома, когда узнали о беременности.

Я с любопытством рассматривал свою собеседницу.

– В каком году это было?

– Я родилась в 1986-м.

Я на мгновение задумался, а потом сказал:

– Мне было всего три или четыре года. Я вполне мог что-то забыть. К тому же это были непростые времена. В тот год погиб мой брат.

– Мне очень жаль.

– Вы знаете, как зовут вашу мать?

Рейчел нахмурилась.

– Не знаю.

– Конечно же, не знаете, – опомнился я. – Моя мать наверняка знала. Как жаль, что вы не пришли раньше, когда она еще была жива.

– Я приходила. Раз десять, не меньше, и звонила в дверь, но никто не открывал. Хотя дома точно кто-то был, но… – Девушка вздохнула. – Я даже выяснила номер телефона и звонила, но, опять же, никто не отвечал.

Я нисколько не удивился, что мать не брала трубку. Даже когда мы еще жили вместе, она редко отвечала на звонки, а в последние дни так и вовсе, видимо, закрылась от мира.

– Когда я наткнулась на некролог вашей матери, то подумала, что если у нее есть родные, то они сейчас наверняка должны быть в доме.

– И вы надеялись встретить того, кто знал вашу мать.

Она кивнула.

– Надеялась.

Я глубоко вздохнул.

– Простите. Я бы очень хотел вам помочь.

Глаза ее наполнились слезами. Она на мгновенье отвела взгляд, а потом спросила:

– Может, у вас есть братья, или сестры, или родственники, которые что-нибудь знают?

– У меня был только один брат. А мать была единственным ребенком в семье.

– А отец?

– Здесь тупик. Мы с ним не общаемся. Я даже не знаю, жив ли он.

Она стерла со щеки слезинку.

– Простите. – Она уже не могла сдерживать слез, и было видно, как сильно она волнуется. Вдруг девушка встала.

– Я отняла у вас столько времени. Простите, что побеспокоила.

– Постойте, – меня вдруг осенило. – Ко мне недавно заходила одна пожилая женщина. Лучшая подруга моей матери. Она жила здесь еще до моего рождения и наверняка что-то знает. Она живет всего в паре домов отсюда.

Лицо Рейчел засияло.

– Нельзя ли у нее спросить?

– Можем пойти к ней прямо сейчас.

– Спасибо вам.

Я помог ей одеться, натянул на себя куртку, и мы вышли из дома.

– Осторожнее, – предупредил я. – Здесь скользко.

– Знаю. Я упала, когда пробиралась через те сугробы. Хорошо, никто не видел.

Мы спустились по подъездной аллее, я помог ей перебраться через снежную насыпь вдоль дороги и перебрался сам. Перешли улицу и наконец добрались до дома Элис. Я нажал кнопку. В доме задребезжал звонок, но дверь не открыли. Не снимая перчатки, Рейчел постучала.

Я взглянул на нее и рассмеялся.

– Так громко, будто котенок упал на подушку.

– Чудесное сравнение, – улыбнулась она.

– Работа такая. Я писатель. – Снова позвонил в дверь, потом постучал. Тишина.

– Что пишете? – спросила она.

– Книги. В основном.

– Как здорово, – воскликнула она. – На это можно жить?

Я улыбнулся.

– Некоторые умудряются. У меня вот получилось.

– Меня восхищают люди, которые готовы рискнуть всем ради своей мечты.

– Рискую изо дня в день, – согласился я. Мне было приятно, что она не знала, кто я такой.

– Смотрите-ка, – вдруг вернулась она к делу. – На дорожке лишь одна пара следов от шин. Должно быть, она уехала.

– Здорово подметили, – сказал я. – Идемте обратно.

Мы вновь пересекли улицу. Войдя в дом, я снял куртку и предложил:

– Знаете что? Давайте номер своего телефона, и как только я с ней поговорю, тут же вам позвоню.

– Спасибо. Есть где записать?

– Внесу сразу в телефон. – Я ввел ее номер и спросил: – Вы говорили, что здесь ненадолго…

Она нахмурилась.

– Да. К субботе надо вернуться в Сент-Джордж.

– Работа?

– Нет. Пока в поисках подходящего места.

– А чем занимаетесь?

– Работала медсестрой в стоматологическом кабинете, но врач ушел на пенсию. Я запросто найду новое место, но пока есть время, решила еще разок попытать счастья. Правда, моего жениха это напрягает. Говорит, что я чокнутая.

Почему-то новость о женихе меня расстроила.

– Жених?

– Да. Брэндон. Мы наконец-то назначили свадьбу на будущий апрель, поэтому он переживает, что я не работаю и не откладываю деньги.

Я лишь кивнул.

– Сказать по правде, он считает все это пустой тратой времени.

– Что именно?

– Поиски матери. Он всегда говорит: «Ну и найдешь ты ее, и что? Все равно ничего не изменится. Что ты ей скажешь? Привет! Я ребенок, от которого ты отказалась». Настоящий прагматик.

Я бы не назвал его прагматиком.

– И что бы вы ей сказали?

– Не знаю. Слова сами придут, когда настанет время. – Наши глаза встретились. И я увидел, какой же она была красавицей. – Вам все это, наверное, кажется глупым.

– Ничуть, – возразил я. – Я прекрасно понимаю, зачем вы ее ищете. По той же причине миллионы людей стремятся узнать свою родословную. Ищут подсказки, чтобы понять, кто они такие. По той же причине я привожу в порядок дом своей матери.

Рейчел расслабилась.

– Спасибо, что поддерживаете. А то я и сама уже стала думать, что схожу с ума.

– Жаль, что ваш жених вселяет в вас подобные мысли. Это неправильно. – Я тяжело вздохнул. – Пожалуй, надо возвращаться к уборке.

Она обвела взглядом комнату.

– Хотите, помогу?

Я удивленно посмотрел на свою гостью.

– Хотите помочь разобрать всю эту свалку?

Рейчел пожала плечами.

– Почему нет? Сейчас мне надо идти, но завтра я совершенно свободна. И мы сможем поговорить с вашей соседкой, когда она вернется.

Не знаю, из каких побуждений она предложила помощь, но идея побыть вдвоем мне понравилась.

– Буду полным дураком, если откажусь.

Она улыбнулась.

– Значит, завтра. Во сколько начинаем?

– Обычно я приезжаю сюда утром, часов в десять.

– Буду в десять, – кивнула она и улыбнулась. – Мне пора.

Я проводил ее до двери. Она посмотрела мне в глаза и снова показалась такой беззащитной.

– Спасибо, что не остались в стороне. Не знаю, зачем вам это, но в любом случае спасибо.

– Не за что. Увидимся завтра.

– Да. До свидания.

Она осторожно прошла по дорожке, неуклюже перебралась через сугроб. Я стоял в дверях и взглядом провожал ее до машины. Прежде чем сесть, она еще раз оглянулась. Улыбнулась и помахала рукой. Я помахал в ответ. Было в ней что-то такое, что отличало ее от всех знакомых мне женщин. Она была какой-то домашней, какой-то уютной.

Глава одиннадцатая