Вестник Знания (N5 1928) - Вестник Журнал

Как язык науки и язык католической церкви, латынь сохранилась поныне, и не так еще давно все университетское на Западе преподавание велось именно на этом языке; рядом с этим латынь нередко служила для политических переговоров и на ней обычно говорили в так называемом высшем аристократическом обществе.

Однако, трудность изучения латинского языка, особенно его синтаксиса, сделала его еще в прошлом столетии почти непригодным для вышеозначенных целей, и рядом с чисто-классическими гимназиями (с преобладанием преподавания языков латинского и древнегреческого) на Западе стали возникать быстро снискавшие большую популярность реальные гимназии (с сокращенным курсом древних языков) и чисто реальные училища (с заменою древних языков новыми - французским и английским, а у нас немецким). Этим была уплачена дань требованиям века, снискавшего название „века пара и электричества", а французский, английский и немецкий языки, как языки наиболее культурных и передовых в смысле техники народов современности, получили значение как бы международных. Однако, в виду огромной сложности и трудности усвоения этих языков, паи озшие ими весьма и весьма ограниченно и доступно только наиболее образованным и обеспеченным дюдям.

Если принять во внимание, что на основательное изучение латинского языка требуется от 6 до 8, а любого из названных новых языков не менее 3-4 лет основательнейшего труда, то уже одно это обстоятельство сделало бы вопрос о создании наивозможно упрощенного искусственного языка достаточно актуальным.

Это осознали еще несколько сот лет тому зтзад такие гении, как француз Ренэ Декарт (1596-1650) и немец Г.-В. Лейбниц (1646-1716). Оба они, как люди науки, свободно говорили и писали по латыни и оба сознавали ненормаль-пасть такого положения вещей. Оба были гениальными философами и оба думали не столько ©б едином общем языке в собственном смысле слова, сколько о языке философском, о символическом обозначении чисто-отвлеченных понятий. Несколько позже Г.-В. Лейбница к вопросу о создании общего языка с более обширною программою подошел саксонский немец Карпо-форофилос (несомненно, это псевдоним; настоящее имя его осталось неизвестным), обнародовавший (Лейпциг, 1731) проект международного языка, напоминавшего латынь, но латынь упрощенную и "без исключений". Попытка Карпофоро-филоса потерпела полную неудачу и вскоре оказалась основательно забытою.

После этого вопрос о создании международного языка не раз получал разрешение со стороны необозримого ряда авторов, давших в большинстве случаев не столько „языки", сколько лингвистические "курьезы", а потому и не имевших пи малейшего успеха. Несколько более удачною оказалась, впрочем, попытка констанцского католического священника Шлейера (Schleyer), в 1879 году сочинившего свой крайне неблагозвучный, органически не связанный ни с одним из европейских языков, чисто „надуманный" и совершенно произвольный "Воля-п ю к " (что значит "всемирный язык"). Благодаря выдуманности и произвольности, "Воляпюк" удержался недолго, своей искусственностью доказав вскоре свою непригодность, а некоторым, хотя и эфемерным успехом, вполне назревшую в конце XIX века потребность в международном искусственном языке, основанном на органической связи с наиболее распространенными европейскими языками. Эту задачу ровно 40 лет тому назад для своего времени блестяще разрешил варшавский окулист д-р. Л. Л. Заменгоф, (1859-1917), одновременно с попыткою Шлейера выступивший со своим "эсперанто": разрешил, говорю, блестяще, потому что дал человечеству не выдуманный, а только полуискус-ственный язык. Эсперанто является плодом огромного умственного напряжения, глубокой лингвистической работы, значительной языковедческой эрудиции своего автора, свойств тем более удивительных у неспециалиста по филологии, а у любителя-языковеда.

С момента выхода в свет книжечки Замен-гофа об эсперанто прошло 40 лет, и за этот долгий промежуток времени детище Заменгофа не только не захирело, но и превратилось ,в пышно распустившийся цветок, отростки которого с громадным успехом культивируются во всех частях света, во всех странах мира. Почему разные "Идо", "Антидо", "Виве", "Идиом-Нейтраль" и другие искусственные языки стушевались пред Эсперанто, это нам уяснится, когда мы познакомимся ближе с работою творца заглянем в святая святых его лаборатории, когда асы съумсем уяснить себе, как и почему эсперанто принял именно теперешнюю, а не иную свою форму. Когда мы рассмотрим, с чем подошел Заменгоф к разрешению поставленной себе задачи и каким материалом, при помощи каких методов он оперировал, другими словами, когда мы уясним себе, что в свое время и со своими средствами Заменгоф мог сделать только то, что он сделал и сделал блестяще, то перед нами встанет и последний из поставленных в первой нашей статье вопросов: „Возможно ли дальнейшее развитие, усовершенствование, упрощение эсперанто?"

Ответы на эти вопросы даст следующая и пока последняя статья наша на тему „Что такое эсперанто?"

Герман Генкель.

В. И. Бехтерев и эсперанто.

Ему семьдесят первый год. Он прекрасно знает научный и разговорный немецкий и французский языки. Самолично корректирует свои работы в немецких изданиях, просматривает на этих языках в журналах касающиеся его специальности статьи сотрудников всех стран мира. #163;го время заполнено и составлением для печати своих научных книг и статей, и участием в трех возглавляемых им крупных учреждениях, и, наконец, чтением лекций в двух Вузах. Но несмотря на все эго, задумав изучить английский язык, помня „учиться никогда не поздно", запасается учебником и, отправившись прошлым летом на Кавказ отдохнуть на две недели, забрав, конечно ворох книг, проходит каждодневно четыре страницы по английскому учебнику. Отъезжая же в последний раз в декабре на съезды в Москву наметил учить по три страницы в неделю и мечтал, по достаточном ознакомлении с английским языком, начать заниматься еще и итальянским языком, считая знакомство с ним также не бесполезным для своих научных трудов.

И нет ни малейшего сомнения, будь жив теперь Вл. Мих., он, пользуясь, по обыкновению, минутами езды в трамвае, автомобиле и во время прогулки изучал бы эсперанто, на котором есть и его книги (напр. „Гипнотизм", „Внушение" и „Роль внушения в общественной жизнии). За введение• эсперанто в отдел „Вест. Знания" он ратовал, как и за введение латинского шрифта, необходимого, по его мнению, для облегчения научного общения с нами иностранного ученого мира. Ник, Бехтерев.

Ответы подписчикам, интересующимся Эсперанто:

1) Адрес Всесоюзного О-ва Эсперантистов?

- Союз Эсперантистов Советских республик (СЭСР) помещается в Москве. Писать: Москва, почтовый ящик N 630, ЦК СЭСР.

2) Какой самый распространенный искусственный язык?

- Эсперанто; см, статьи Л. В. (в N 24 „Вести. Зи." за 1927) и проф. Г. Генкеля (там же, N 2 за 1928 г.).

3) Какой имеется хороший русский самоучитель языка Эсперанто?

- Таких несколько. Из новейших назовем книги: Ив. Лидин, Самоучитель языка Эсперанто (печатался в „Известиях ЦК СЭСР" в 26/27 г.; там же, Упражнения и хрестоматийный материал для чтения с примечаниями). Ц.-за комплект 3 руб. (для членов СЭСР-2 р. 40 к). Ею otce, Основа языка Эсперанто, ц. 15 к.; под ред. Э. Др зенп, Учебник Эсперанто (ГИЗ); Ьолегич, Эсперанто (граммат. и хрестомат. материал), ц. 90 к.; А. Л. Сатаров, Международный язык Эсперанто (грамматика и упражнения), ц. 15 к.; В, Свистунов, Элементы Эсперанто (хрестоматия с грамма гич. указаниями и разговорными навыками), ц. 25 к. и мн. др.

4) Какой наиболее полный словарь Э.?

-  Дмитпиев,Эы. русск. словарь, ц.45к. А. А. Сахаров, Русско-эспер. #9632; словарь,

ц. 1 р. 30 к.; Его же, Полный эсп.-русск, словарь, ц. 70 к. (из старых); Е. В. РаЬ-еан-Рипипскищ Р.-Эсп. Словарь, ц. 1 р. шзд. 1908 г.); печатаются: В. Сутковой, Эсп.-русск. Словарь, К Спнридович, Р.-Эси. Словарь; Вараннин, Эсп.-русск. военный словарь и др.

5) Какую можно рекомендовать первоначальную хрестоматию по Эсперанто?

- Кроме указанных выше (3) в учебниках II. Лидана, Волсвича, Свистунова, также „Petfo", 1-я книга для чтения, ц. 40 к.

6) Откуда можно выписать все издания по Э.?

Из Москвы, почтов. ящик N 630 ЦК СЭСР.

7) Какой журнал по Э. рекомендуется к выписке?

„cennaciulo" (рабочий эсп-тский еженедельник) с месячн. приложением „La Lcrnanto" (ц. на 1 г. - 4 р. 50 к., на Ч*г. - 2 р. 25 к., на 3 мое. - 1 р. 15 к.); „Sen-nacieca Rerrio" (ли гературно-научно-педагогический ежемесячник), ц. на 1 г. - 2 р., на 4/2 г. - 1 р.; учителям: „Internacia Ре-dagogia Rerrio" (ц. в год 1 р. 25 к.», и особенно „Известия ЦК СЭСР" на русск, яз. с краткими резюме гл. статей на эсперанто. Подписи, цена на 1 год - 3 р., на 1/2 года - 1 р. 60 к. Выписка, см. вопрос и ответ 6.