В когтях у хищника - Дороти Иден

Айрис удивленно подняла брови:

— Дорогая! Какая ты храбрая! Но там, конечно же, никого не оказалось?

— Во всяком случае, мне не открыли.

Айрис откинулась на спинку стула:

— Я же тебе сказала — это чайки, а ты не поверила.

— Но чайки не включают свет. И, — добавила Антония, — не выключают его.

— О чем это ты?

— Я своими ушами слышала, как выключили свет, когда я постучалась.

— Дорогая, а ты уверена, что ходила туда не во сне? Сама посуди — все это немного странно… Ведь с тех пор как мы приехали в этот дом, в то крыло никто не ходил. Там в комнатах и мебели-то нет. Одна пыль.

— Тогда почему Гасси сказал, что вчера ночью кто-то разошелся? — торжествующим голосом спросила Антония.

— Ах, Гасси! — засмеялась Айрис. — Боюсь, это он про меня. Я ведь отругала его. Представь, вместо того чтобы косить газоны, он удрал на рыбалку! Вот уж кто и впрямь разошелся. Но он, естественно, во всем винит меня. Терпеть меня не может. Еще бы! Я требую от него столько, сколько этот бездельник за всю свою жизнь не сделал.

— Так, значит, ты не веришь, что в комнате был свет? — настаивала Антония.

— Пожалуй, что так, дорогая. Ты приняла аспирин, как я тебе сказала?

— Но от аспирина у меня галлюцинаций не бывает.

— Ну да, конечно. Мне все-таки кажется, что тебя вымотало длинное путешествие. Да еще этот странный случай в Окленде… Ты ведь недавно болела?

Антония почувствовала, как от злости у нее краснеют щеки. Неужели Айрис на самом деле убеждена, что у нее провалы в памяти, или же она намеренно отказывается верить во что-либо другое? Чтобы успокоиться, она незаметно стиснула пальцы под столом. Что-то подсказывало ей — сейчас ни в коем случае нельзя терять самообладание. Если она расстроится, ее в конце концов и правда убедят, что она страдает от галлюцинаций, что в Окленде ей никто не звонил и что прошлой ночью ей только приснилось, будто она поднималась по той холодной лестнице и стучала в дверь, под которой отчетливо виднелась полоска света.

— Что ж, если не веришь, я сама покажу тебе эти пустые комнаты, — предложила Айрис. Ее глаза, казалось, смеялись. — Ты такая мнительная! Думаешь, мы тут кого-то от тебя скрываем? Может быть, привидение?

Из холла донесся громкий свист, и в комнату вошел Саймон. От ходьбы в гору лицо его раскраснелось.

— Доброе утро, девочки, — радостно приветствовал он. — Ну и жара! — Он подошел к Айрис, и та спокойно подставила ему для поцелуя свое острое личико. — Ну как ты, Тони? Хорошо ли спала? — Саймон не дожидался ответа. Глаза его смотрели куда-то мимо нее. — Кушайте, кушайте. А мне надо покормить птичек и отправляться к Дугалу Конрою. Он сказал, что срочно хочет меня видеть.

— Да? — заинтересовалась Айрис. — Но, Саймон, сейчас ты не можешь. Антония едет со мной в город покупать мне шляпку, и надо, чтобы ты остался дома. Сегодня ведь должны прийти рабочие. Я уже звонила, они обязательно сегодня будут. Мистер Конрой может и подождать.

— Но он сказал, что это очень срочно, — настаивал Саймон.

— Извини, но мы тоже не можем остаться, правда ведь, Антония? В конце концов, речь идет о моей свадебной шляпке.

— Я думал, ты уже купила, — сказал Саймон. — Ну, ту, с перышком.

— Да нет же, дорогой. Ту я надену в дорогу. Мне так хотелось, чтобы Антония помогла мне выбрать к свадьбе шляпку!

Саймон растерялся:

— Ну, хорошо, любимая. К чему только такие хлопоты? Ради пары зрителей?

Айрис умоляюще сложила руки:

— А как же ты, мой милый? Ведь жених должен запомнить свадебный наряд своей невесты.

Саймон заулыбался во весь рот:

— Глупышка, я тебя и без шляпки запомню. Ладно, пойду позвоню Конрою. Представляешь, один парень в моем отеле знает, где достать чисто белых попугайчиков. Это такая редкость! На следующей неделе надо будет этим заняться. А как вы, девочки, собираетесь добираться до города?

— Да, кстати, закажи нам, пожалуйста, такси, дорогой. Где-нибудь через час. Мы вернемся только после ленча — пусть Белла что-нибудь тебе приготовит. Ты знаешь, Саймон, Антония думает, что у нас тут есть привидение!

Саймону не удалось скрыть изумления, а возможно, даже страха.

— Да-да, в нашем нежилом крыле, — шутливо продолжала Айрис. — Стоит ли удивляться. Здесь столько всевозможных звуков. Однако все их вполне можно объяснить. — Она повернулась к Антонии. — Я не хотела до ремонта показывать тебе весь дом… Но раз уж ты не веришь, что то крыло пусто, пойдем и посмотрим.

Совершенно сбитая с толку, Антония следом за Айрис поднялась из-за стола. Краем глаза она Метила, как Саймон недоверчиво причмокивает пухлыми губами. Удивлялся ли он тому, что Антония верит в привидения, или тому, что Айрис охотно собирается распахнуть перед Антонией двери и раскрыть все их секреты?

Сейчас Айрис обнаружит, что дверь одной из комнат заперта. Возможно, это будет для нее новостью.

Следом за Айрис Антония прошла в холл и стала подниматься по пыльной лестнице наверх — туда, где располагались нежилые комнаты. Шумно дыша, Саймон двигался за ними. Айрис легко взбиралась вверх по ступенькам, оживленно болтая на ходу.

— На эту лестницу уйдет уйма дорожки. Все коридоры мы тоже хотим покрыть коврами. Тогда здесь не будет так гулко. Наверное, эхо гуляет здесь из-за слишком высоких потолков. Саймон, давай откроем комнаты, покажешь их рабочим. — Айрис вошла в коридор и, быстро переходя от двери к двери, стала поворачивать ручки и распахивать одну дверь за другой. Ручка третьей от конца двери подалась так же легко, как и все остальные. Комнаты ничем не отличались друг от друга — всюду лишь пыль, эхо и пустота.

— Так из какой комнаты, по-твоему, кричали, Антония? — спросила Айрис.

Антония неуверенно огляделась по сторонам. Неужели она ошиблась? Может, та комната — по другой стороне коридора? Но и там все они были открыты и совершенно пусты.

— Вот из этой, — сказала она, переступая порог. На камине, на подоконнике, на полу — всюду виднелась пыль. Высокие окна были наглухо закрыты. Да, непохоже, что здесь кто-нибудь живет.

Антония в недоумении переводила взгляд с Айрис на Саймона. Саймон раскрыл рот, как будто он был тоже удивлен. Впрочем, похоже, это его обычное выражение и оно ровно ничего еще не означает. Так же, как и легкая испарина на лбу.

Айрис приподняла брови:

— Ну что, Антония? Теперь-то ты довольна? Есть у нас тут жилая комната?

— Но должна же она где-то быть! — выпалила Антония. — Могу поклясться, что вчера ночью здесь горел свет. — Она с мольбой взглянула на Саймона. — А когда я постучала, он погас.

Саймон казался испуганным. Он быстро отвел глаза.