Диабло для дьявола - Мурат Янг

не раньше воскресенья. Там хоть будет что обсудить. Заодно порадую его, что еще два человека не против поработать альфа-тестерами. Хотя зачем бы ему их брать? На такую простенькую игрушку и одного меня много.

Мы добрались до универа и разделились по разным аудиториям. На мою удачу, по пути не повстречались ни Ольга, ни Толян. Но внутри университетского корпуса я все-таки наткнулся пару раз на своего нового недруга-боксера.

Первый раз это случилось почти сразу, незадолго до звонка к третьей паре. Я заметил его первым и поспешно смешался с кучкой других студентов. Сделал небольшой круг и добрался до нужной аудитории.

Потом наткнулся на него незадолго до четвертой пары. Тут уж он первый увидел меня и окликнул привычным «Михло́-пухло́». Недолго думая, я занырнул в ближайший кабинет и сразу оказался нос к носу с Ольгой. На нервах я и не обратил внимания, что это была аудитория философии.

— Михаил? — удивилась Ольга. — Что-то случилось?

— Эмм…

— Что-то с группой? — обеспокоилась она.

— Нет-нет. — Я силился придумать что-то путное, не хотелось признаваться, что прячусь от Толяна. — Я по личному.

Ох. Уж лучше бы правду сказал.

— Да? — Ее изящная тонкая бровь приподнялась, а губы чуть приоткрылись. — Ну что же, прошу вас, Михаил.

В мозгу начали бить миллионы маленьких молоточков, напрочь лишая шансов придумать нормальное оправдание. Но, к счастью, Ольга сама пришла на помощь.

— Может, насчет нашего вчерашнего разговора?

Блин! Точно!

— Да! — выпалил я, чуть расслабившись.

— Уже переговорили с директором?

— Эмм… Нет…

— Тогда что же?

— Я просто хотел сказать, что сегодня у меня встреча с Директором, и я поговорю насчет вас.

— Хорошо. Спасибо, Михаил. — Ее губы приветливо растянулись. Какая она все-таки очаровательная, когда улыбается. Почему-то в последнее время это происходило редко.

Я глазел на нее. Она смотрела на меня в ответ. Вот он, момент. В аудитории, кроме нас, никого. Надо лишь предложить ей что-то простое и приятное: прогулку в парке, посиделки в кафе, напроситься на чай, компьютер починить, со всеми вытекающими…

— Что-то еще? — спросила она, и это прозвучало как одобрение: «Давай, Мишка, не робей. Предложи мне что угодно, я обещаю согласиться».

— Да, — кивнул я. Во рту предательски пересохло.

— Что же? — В голосе Ольги отразилось нетерпение. Но не такое, как «Выкладывай уже и вали. Я вообще-то занята!», а типа как «Ну же! Скажи, что ты хочешь! Мне важно знать это!».

— Я так не могу, — выдавил я ослабевшим голосом.

— Не понимаю, — опешила Ольга. — Что не можете? Вы же хотели что-то сказать?

— Нет. Лучше потом. — Кровь так сильно отлегла от лица, что я забеспокоился: не упасть бы в обморок. Такого позора я бы точно не пережил.

— Скоро четвертая пара, — пролепетал я и вышел.

Я постоял немного возле двери, приходя в себя после этой странной и абсолютно бессвязной беседы. Потом огляделся. Толяна уже не было. Оно и понятно, не караулить же ему меня? Я поплелся к своей аудитории.

«Однако повезло Директору», — подумал я несколькими минутами позже, когда полностью осознал, что случилось. Теперь уж точно придется ехать в офис. Как иначе выполнить данное Ольге обещание?

Телефон в кармане завибрировал. Новое сообщение. В этот раз не от Дмитрия Дмитриевича, а от Вероники: «Миш. Классно провели время! Думаю, теперь нам не повредит небольшая прогулка».

Я снова ощутил себя подлецом. Не заслуживал я счастья с Ольгой, пока была у меня Вероника.

Как бы отказать ей? Я грустно вздохнул и написал ответ: «Не могу, Ника. Мне сегодня в офис. Это на станции переливания крови».

Не прошло и полминуты, как она ответила: «Да это же просто супер! Туда и прогуляемся!».

Опять она ставила меня в тупик. Я честно пытался придумать достойную отговорку, но в итоге пришлось ответить так: «Ок, Ника. В фойе после пар».

После уроков мы встретились, как запланировали. Вероника сияла. Я корчил вид, что тоже счастлив. Но на самом деле все еще самобичевался.

Было еще светло. Мы шли по тротуару, болтали, обсуждали Игру, вчерашний вечер, сегодняшнее утро, предстоящую встречу с Дмитрием Дмитриевичем. Мимо нас потоком проносились легковушки, грузовики и автобусы.

Одна из машин, красная «Ауди» девяностых годов, резко затормозила метрах в трех перед нами. Мы невольно переключились на этот опасный маневр. Даже остановились, чуть опешив.

Мотор машины прорычал, и она рванула назад, поравнявшись с нами. Обе передние дверцы распахнулись, и мое настроение моментально сникло. Водителем оказался Толян. А второй — с пассажирского места — парнишей столь крупным, что если он и занимался спортом, то не иначе как сумо. Как и Толян, он был подстрижен налысо. В зубах торчала незажженная сигарета, в руках открытая банка пива.

Когда оба оказались перед нами, толстяк отхлебнул из банки. Блевотный запах дешевого пойла заставил меня поморщиться. А когда он чиркнул зажигалкой и пыхнул табачным дымом, то мы с Вероникой тут же закашлялись.

Мне следовало сказать что-то брутальное и грубое этим двоим. Но пока я думал, что могло бы звучать круто, но при этом не настолько, чтобы те сразу принялись избивать меня, Вероника уже высказалась:

— Что за дела? — возмутилась она. — Что надо?

— Полегче, детка! — подмигнул ей Толян. — Мы с Вадиком тут катались и увидели вас. — Как насчет покататься? Небольшая прогулка не повредит.

Я прыснул. Эта фраза насчет прогулки показалась мне настоящим дежавю, причем двойным. Ведь только сегодня я сам произнес такие же слова, объясняя, почему хотел прокатиться с капитаном Круфтом на его паруснике. Сегодня что-то похожее написала Вероника. И вот теперь эти слова произнес и Толян.

— Что-то смешное, а? — злобно проскрежетал он.

— Да не… просто…

— Или совсем кукухой поехал со своими играми, а, геймер?

— Вообще-то…

— Или ты не геймер? Может, «мер» в этом слове лишнее, ага? Что там остается?

— Гей! — подал голос толстый дружбан Вадик и заржал мощным басом. — Аха-ха-ха!!! Получается, гей!

— Да пошел ты! — рявкнул я.

— Шел бы ты! — поддержала Вероника.

— Ну точно! — Толян скрестил руки на груди и начал оценивающе перекидывать взгляд с меня на Веронику. — Я-то сначала подумал, что вы типа пацан и баба. А теперь вижу — просто подружки!

Вадик снова захохотал.