Щупальца Альянса: Увертюра (СИ) - Александр Анатольевич Бреусенко-Кузнецов

«Карантин», которую мы настраивали… В общем, её не удаётся подключить ни отсроченно, ни дистанционно.

— Почему?

— Что-то пошло не так… Дело в том, что в основе системы «Карантин» — какая-то ксенотехнология. До конца её наши специалисты не понимают. Думали, просто добавят несколько модулей, отвечающих за продление ожидания и за дистанционный пуск. Но система, как оказалось, отторгает эти модули. Она вроде и работает, но только так, что если её включить, сам становишься её вечным пленником. Никому в нашей смене, понятно, такое не нравилось, мы тянули время, чтобы решить проблему. Начальство от Галактического Альянса долгое время ничего не предпринимало, но потом стало угрожать. Чем? В основном — ужасной мучительной смертью.

Ничего себе! Значит, к мысли о преждевременной гибели наладчики системы «Карантин» предуготовлены заранее. И с этим предвосхищением ужасов всё равно разрешили стыковку крейсеру «Антарес». Может, их ввело в заблуждение то, что крейсер имперский? Но ведь крейсер, не транспортник. Физически не способный отсюда никого эвакуировать, кроме, разве, станционной верхушки.

— Как Уотерфилд реагировал на угрозы? — спросил коммодор.

— Да в том-то и дело!.. — вырвалось у Трентона. — Извините. Господин Уотерфилд искал виноватого. После каждой угрозы кого-нибудь разжаловал, отправлял из научно-технического совета в простые монтажники — между прочим, с перспективой уголовного суда за вредительство.

— Наверное, это было для них обидно. Да?

— Ещё бы. Я был среди этих разжалованных.

Интересная история грозила затянуться, так что коммодор поспешил вернуть младшего специалиста из зарубцевавшегося прошлого в разверстое поле настоящей беды.

— Где сейчас космодесантники?

— Громят Жилой модуль.

— Кто-то, кроме вас двоих, спасся?

— Убежали-то многие, — вздохнул Гаррис, — но большинство побежало совсем бестолково. Не задумываясь, куда, зачем. Гориллы таких с лёгкостью отлавливают. Им-то цель поставлена ясная: убивать всех.

6

Пока Трентон и Гаррис успешно прятались в латеральных проходах, которые трудно рассмотреть даже на плане станции, космодесантники Альянса в гермокостюмах маршировали через Жилой модуль, попутно делая его всё менее и менее жилым.

Пришёл тот момент, когда гости станции вторглись и на секретное совещание, которое в трепетном ожидании неудобной встречи продолжал вести Уотерфилд. За исторической встречей можно было наблюдать прямо из кают-компании «Антареса» — всё по вине Гарриса, который так и не отключил экран. Алонсо — тот по велению коммодора только звук приглушил. Чтобы не самый главный экран не лез в самый центр внимания.

Теперь же пилот Мадейрос первым заметил вторжение и предложил коммодору распорядиться, чтобы Алонсо прибавил громкости.

— Разумно, — согласился Гуттиэрес. — Алонсо, усиль-ка звук; предстоят ведь переговоры Домби с Уотерфилдом. Что-то мне подсказывает, что разговор у них будет короткий, но выслушать его не мешает. Вдруг что-нибудь ещё прояснит.

Правда, никакое прибавление громкости не заставит обсуждать что-либо секретное людей, за которыми ты подслушиваешь. Жлобы в гермокостюмах просто слонялись по залу с тяжёлыми бластерами наперевес. В зале они никого насмерть не убивали. Одного лишь из пары-тройки начальников, что выглядели посолиднее, для острастки звезданули прикладом. Потекла кровь из рассечённого лба.

По всему, десантники поджидали майора Домби, который медленно шёл где-то сзади. Потому и не мочили никого: ведь майору с кем-то из них есть охота сначала поговорить.

Фланируя по залу, один из десантников остановился прямо перед тем экраном двусторонней голо-связи, в который экипаж «Антареса» наблюдал за происходящим. Кровавый самец гориллы в гермокостюме буквально оторопел, встретившись глазами с устремлёнными на него взглядами. Повёл себя почти по-обезьяньему, только что язык не высунул. Приблизил морду к поверхности экрана, отшатнулся. Подозвал товарища:

— Чего это там?

Второй десантник понял не больше первого. Но тоже догадался, что за ним наблюдают.

— Что там за помещение? — ткнул он пальцем в голографический экран, обращаясь к местным. — Кто эти люди? — И сам же себе ответил. — Ба, да это же парни с «Антареса» — вся сраная кают-компания тамошняя… — и с новым озарением в голосе. — Они нас что, видят оттуда?!!

Несколько членов совещания, дождавшегося карателей, широко закивали на манер древнекитайских болванчиков.

— Ах, так? — амбал прицелился в экран из бластера.

Борт-инженер Монарро — так даже поперхнулся от смеха, глядя в его безумные глаза. Хотя чему смеяться? Сразу ведь было заметно, что десантников в отряд майора Домби набрали с каких-то захолустных планет, незнакомых с голографической технологией.

Горилла крест-накрест перечеркнул экран двумя очередями из бластера. Толку, разумеется, вышло немного. Голографический экран этаким образом не выведешь из строя. Только стенную обшивку.

— Как это выключить? — раздался знакомый грубый голос. О, и майор Домби подтянулся!

— К сожалению, экраны срабатывают автономно, — забормотал чей-то голос пожиже, который быстро оборвался. Уж не навсегда ли?

— Но можно всё прекратить, если правильно разгромить Центральный модуль связи, — угодливо закончил сам Уотерфилд.

Прекратить передачу? Домби к этой идее уже не вернулся. Видать, был в курсе, что модуль связи разгромлен неправильно.

А вот использовать экран для разговора с крейсером? Почему бы и нет, особенно когда чувствуешь себя победителем — надо же, нагнул целую станцию, по-серьёзному нагнул, со смертями, пока корыто имперцев висело рядом и не решалось вмешаться.

Разумеется, первым долгом майор удалил из зала совещаний не в меру угодливого Уотерфилда и ещё двенадцать начальников рангом пожиже. Кого именно, главу десанта волновало слабо, главное, чтобы двенадцать. Во всяком случае, так понял стажёр Родригес, внимательно всматриваясь в экран.

А уж потом, по удалении счастливчиков, Домби бросил подручным:

— Остальных в расход.

И на фоне не на шутку разыгравшейся лучевой бойни обратился к активному экрану двусторонней голо-связи:

— Алло, говорит майор Домби. Для не в меру любопытного коммодора Гуттиэреса у меня имеются плохие новости. Как думаете, что я сейчас делаю на станции? Правильно. Поголовно истребляю смену. А зачем я это делаю? Вот на этот вопрос — никто из вас не ответит. Где уж вам! Ладно, отвечу я.

На станции обнаружена опасная вирусная инфекция, занесенная с контролируемой планеты Эр-Мангали, на которой в данный момент ширится эпидемия. По этой причине местное начальство задерживает запуск системы «Карантин». Да-да, именно по этой причине.

Миссия вверенного мне подразделения космодесанта состоит в обеспечении поголовной дезинфекции станции. Поняли, имперские олухи? А также в запуске системы, который состоится вот уже через несколько минут.

— Домби, скажите, вы правда в курсе, как эта система работает? — смирив флотскую гордость, произнёс коммодор.

— Нет, однако, я в курсе, как её запустить. По счастью, нами вовремя пойманы специалисты, которые нашему десанту в этом помогут. С ними мною достигнут, — он осклабился, — полный консенсус.

7

— А в этом что-то есть, мой коммодор, — заметил пилот Мадейрос. — Зверская жестокость десантников по отношению к своим