Погружение в горизонт. ч. 1 - Сергей Дмитренко

И здесь неожиданно для всех нас к событиям подключился безмолвный до сих пор Фон. Он подскочил к своему брату и схватил его рукой за горло:

— Говори, негодяй, где отец?..

И здесь началось настоящее столпотворение. На золотом кресле в беспощадной схватке сплелись две огромные крылатые фигуры, а окружающая толпа придворных монстров начала угрожающе смыкаться вокруг нас. Заблестели страшные клыки, засверкали поднятые клинки. Лео рядом мгновенно приготовился к бою. Пришлось опять вмешаться. Я поднял руку:

— Господа, прошу всех остановиться!

Но меня никто не слушал, здесь каждый защищал свои интересы, и страсти накалились до предела. Тогда я поступил немного по другому — послал каждому прямо в мозг угрожающий приказ остановиться. Это подействовало, и в установившейся опять тишине я спокойно произнес:

— Господа, прошу очистить центр зала. Не знаю как у вас, но во всем цивилизованном мире такой спор всегда решал честный поединок.

Раздался, как мне показалось, одобрительный гул голосов, нехотя, медленно угрожающе поднятые руки стали опускаться, толпа стала освобождать центральную часть, а за спиной по-прежнему раздавались сдавленные восклицания и звуки возни.

— Лео, немедленно останови их, — я махнул рукой себе за спину, — эту драку надо превратить в поединок.

Лео шагнул мне за спину, и там мгновенно воцарилась тишина.

— Господа, — я повернулся к вцепившимся друг в друга братьям, — не гоже столь высокого ранга особам заниматься дракой. Предлагаю вам решить ваш вопрос честным поединком. Прошу вас, — я повел рукой в центр зала. — А вас, — я обратился к толпе придворных, — я попрошу подать нам равноценное оружие и отойти.

Толпа послушно стала отодвигаться дальше к стенам, а двое придворных выступили вперед и подали мне свои огромные широкие шпаги. Я внимательно осмотрел оружие. Да, на земле это оружие попадало бы в категорию «двуручный меч», а здесь это была просто придворная шпага! Длина обоих клинков была практически одинаковая, и я протянул их рукояткой вперед обоим братьям:

— Прошу вас, господа, взять оружие и занять позиции.

Огромные фигуры, угрожающе скалясь друг на друга, сложили за спиной кожистые крылья и прошествовали мимо нас к центру зала. Толпа заинтересованно загудела, когда в центре оба Фона заняли свои места напротив друг друга.

— Господа, приступать только по моей команде! Любой другой, вмешавшийся в схватку, — я внимательно посмотрел на толпу и со значением подкинул в руке один из излучателей, — будет мгновенно уничтожен. Но перед началом я хотел бы предоставить соперникам слово, чтобы каждый из них мог сказать, за что он обвиняет другого. Прошу!

Нынешний правитель только отрицательно мотнул головой и угрожающе оскалился, а наш Фон выступил вперед, расправил крылья и, надо отдать ему должное, произнес зажигательную речь. Не знаю, произвел ли этот утомительный спич впечатление на его земляков, но когда наступила первая же пауза, я не стал медлить, а поднял руку и подал команду на поединок.

Зазвенели клинки, закружились в стремительной смертельной пляске в центре зала две яростные фигуры, а я стоял и думал, сколько же раз во всей вселенной вот так же взлетали вверх мечи, чтобы восстановить справедливость или, наоборот, похоронить ее навсегда. Стало отчего-то грустно, захотелось плюнуть на все и потихоньку смыться домой к Паоле, но, увы, так сказать, положение обязывало доиграть эту драму до конца, да и с контрабандистами надо было еще разобраться. Впрочем, ими и без меня могла бы заняться наша ударная команда. Ладно, там разберемся.

И я от своих дум опять вернулся к поединку, который по моим прикидкам продолжался уже почти четверть часа. Бойцы все с таким же гневным азартом продолжали неутомимо высекать искры, народ вокруг восторженно что-то кричал и то и дело порывался взлететь к потолку или вмешаться в поединок, но, встретив мой взгляд, моментально трезвел и некоторое время вел себя достаточно примерно, потом опять все начиналось сначала. Так продолжалось почти без малого час, потом я заметил, что правитель стал выдыхаться, его удары уже не звучали так энергично, а наш добрый знакомый продолжал молотить его с неубывающей силой. Я обратился к Лео:

— Вот видишь, правое дело побеждает.

— Всегда?

Я вздохнул:

— Нет, к большому сожалению, не всегда. Но в этом случае, я думаю, что наш Фон победит.

Лео кивнул:

— Похоже. А что будем делать потом, Крис, займемся контрабандистами?

— Да ты знаешь, что-то не очень хочется. Давай лучше свяжемся с нашей командой, пусть они наведут здесь порядок сами, а то скучают без дела ребята.

— Хорошо, — согласился со мной Лео, — тогда куда мы потом отправимся?

— Если ты не возражаешь, то я хотел бы вернуться домой, на Землю. Знаешь, я очень соскучился за Паолой.

— Но мы досмотрим это представление до конца? — он кивнул на сражающихся.

Я засмеялся:

— О, конечно. Надо будет усадить нашего крылатого друга на трон, оказать ему подобающие почести, а потом уже отбыть.

В это время поединок уже подходил к своему логическому концу. После особо мощного удара нашего Фона меч правителя со звоном упал на пол.

— Вот и финал, как ты думаешь, нам пора вмешаться?

— А надо?

— А давай понаблюдаем и, если что — вмешаемся.

Но вмешиваться нам не пришлось, Фон только пнул ногой поверженного соперника и приказал страже увести его. Огромные крылатые молодцы лихо подхватили своего бывшего повелителя и рьяно куда-то поволокли. Утирая с клыкастого лица пот, к нам подошел Фон:

— Уу-ф, все!

— Ты уверен, что правильно поступаешь? — поинтересовался я.

— А что такого?

Я кивнул вослед утянутому правителю:

— Ты оставляешь за спиной такого непримиримого врага…

Фон немного замялся, потом проговорил:

— Сир, по нашим законам мой брат будет казнен, просто я не хотел нарушать видом казни ваше присутствие.

— Тогда понятно, — протянул я, — все правильно, никогда не оставляй за спиной своих врагов. Помни, если ты хочешь быть настоящим правителем, править долго и успешно, у тебя за спиной всегда должно быть чисто, а еще лучше, если твою спину будет прикрывать верный друг.

Фон с пониманием кивнул на Лео, спокойно сидящего возле моей левой ноги.

— Да, так, — подтвердил я. — И самое главное — правь справедливо, не придется так часто оглядываться себе за спину. Все, дорогой, нам пора, давай прощаться. Передавай привет своему отцу, я знаю, что он жив и ждет тебя.

— Но вы, сир…, вы еще вернетесь? — Фон был явно взволнован таким быстрым расставанием.