Белый князь (СИ) - Михаил Ежов

лимузин, и спустя секунды три полыхнул взрыв. Машину окутал чёрный маслянистый дым, в котором мелькали жадные красные языки.

Все вместе мы двинулись к посольскому кортежу, но справа вдруг что-то взорвалось, и нас отбросило в сторону. Пока я поднимался, из клубов дыма и пыли показались Матвей и двое телохранителей — отправились меня искать. Я показал им, чтобы возвращались, но в этот момент земля содрогнулась так, что мы кубарем полетели в разные стороны. Машины на дороге и растерявшиеся люди, которые ещё никуда не убежали, начали исчезать в расширившемся разломе. Стало темно, лёгкие заполнились едким дымом и пылью. Я почти ничего не видел. Меня швырнуло на какую-то машину. Её потащило прочь, и я понял, что мы падаем в бездну!

Рядом возник человек, которого я вытащил из машины. Он практически врезался в меня. При этом лицо у него не было испуганным. Я помог ему подняться.

Справа, вцепившись в съезжающую в пропасть тачку, в дыму показался Матвей.

— Господин! — прочитал я по его губам. — Держитесь!

Верный слуга всегда в первую очередь думает о хозяине.

Я создал вокруг нас троих защитное поле. На маскировку времени не было, да и зачем скрываться в чужой стране? А камердинер не выдаст — он всецело предан лично мне.

Мы зависли над обрушивающейся дорогой. Под нами разверзлась бездна, поглощающая автомобили. Людей видно не было. Я приказал сфере двигаться в ту сторону, где остался кортеж. Мы плыли сквозь пыль и дым, висевшие такой плотной завесой, что разобрать что бы то ни было не представлялось возможным. По моим расчётам мы уже должны были добраться до нужного места, но повсюду царил хаос. Земля содрогалась, заглатывая всё вокруг, как гигантское ненасытное чудовище. Я поднял сферу над дорогой, чтобы видеть, куда двигаться, но завеса была такой большой, что это не помогло. Покружив, я завис в двадцати метрах от обрушившегося тоннеля, а затем начал спускаться. Только через пару минут понял, что сфера уже находится ниже уровня земли — мы погрузились в разлом, на дне которого над обломками и искорёженным металлом клубились чёрные облака, в которых мелькал огонь: горели упавшие в трещину машины. Что-то взорвалось, так что нижний край защитного поля лизнуло маслянистое пламя.

— Нужно уходить, — спокойно сказал по-английски спасённый мной человек.

Голос звучал будто издалека, но слова я разобрал. Слух постепенно возвращался.

— Никого уже не спасти, господин, — добавил Матвей, понимавший, что я ищу Марину и телохранителей.

Как мне ни не хотелось признавать его правоту, она была очевидна. Проклятье! Жаль, я не могу создавать отдельные защитные сферы вокруг других людей — так бы оставил наложницу и остальных в безопасном поле.

Мы поднялись обратно и двинулись вдоль дороги, которая полностью была скрыта под одеялом из дыма и пыли. По сторонам торчали редкие остовы домов, похожие на раздробленные зубы колосса. Большая часть была полностью разрушена, обломки покрывали всё вокруг. Людей видно не было. Я завис, не зная, куда податься.

Вдруг толчки прекратились. Земля, насытившись кровавым урожаем, успокоилась. Однако дым и пыль не оседали, пока не налетел ветер и не начал сносить их на восток. Мы молча наблюдали за тем, как обнажались обломки города. Как ни странно, кое-где показались люди. Они шли, шатаясь, словно зомби. Кто-то стоял, растерянно озираясь. Большинство лежало.

Выбрав место поровнее, я направил сферу туда. Когда она исчезла, мы остались стоять на наклонно упавшем куске бетонной стены. Человек, которого я спас, что-то бормотал. Но испуганным не выглядел.

— Вам есть, куда пойти? — спросил он вдруг, повернувшись ко мне.

Я отрицательно покачал головой. Вряд ли от посольства что-то осталось. А если даже оно и устояло, что мне там делать? Я лишился всех своих людей, кроме камердинера, который совсем не подходил на роль агента для ловли Вождя. Моя миссия оказалась погребена под руинами Пекина так же, как сам город.

Китаец достал телефон и кому-то позвонил. Коротко переговорив, убрал сотовый и снова обратился ко мне:

— Сейчас будет вертолёт. Нас заберут.

Нас? Что ж, почему бы и нет?

Ждать пришлось недолго. Видимо, у китайца имелся трекер, потому что появившийся коптер направлялся прямо к нам. Когда он завис над нами, второй пилот спустил трап. Спасённый человек первым забрался по нему — ловко, словно обезьяна. Я влез в вертолёт вторым. Матвей — последним.

Глянув вниз, я увидел, что пелена над дорогой практически рассеялась. И теперь было отчётливо видно, что автострада полностью исчезла, провалившись в бездну, полную искорёженных горящих машин. Моего кортежа даже не было видно: всё превратилось в месиво из гудрона, земли и металла. Бедная Марина. Совсем не этого она ждала от поездки в Китай. Посол явно тоже погиб — как и моя охрана во главе с Тухачёвым. Если б я знал, как будет проходить землетрясение, то остался бы с ними, а не кинулся вытаскивать китайца из лимузина. Я думал, что мы все сможем спастись — нужно только переждать толчки. Устоять на ногах тогда казалось главной задачей. Хорошо хоть тубус с Родником остался при мне: я не стал класть его в багаж.

Вертолёт накренился, разворачиваясь над руинами, и устремился к горизонту на север.

Я глядел на печальную картину, простиравшуюся под нами. Вскоре стало ясно, что не все дома были уничтожены землетрясением: многие небоскрёбы, выплывая из пыли и дыма, не пострадали. Чем дальше мы летели, тем больше их становилось.

— Почему они не рухнули? — спросил я китайца по-английски.

— Их строили с учётом сейсмической активности, — ответил он с сильным акцентом, тщательно подбирая слова. — Плавающий фундамент. Толчки не страшны. Рухнули старые дома. Теперь будут строить другие.

Это понятно. Свято место пусто не бывает. Но сколько времени понадобится, чтобы расчистить завалы? Даже не представляю.

Минут через двадцать мы вылетели из города и понеслись над рощами. Тут тоже виднелись последствия землетрясения: то и дело попадались разрушенные здания, пересечённые трещинами дороги и поля.

Но через некоторое время они исчезли, и всё пространство заняли леса. Только иногда мелькавшие стальными лентами реки нарушали однообразие пейзажа.

Вскоре мы начали снижаться. Я увидел обнесённый каменной стеной особняк. Он не пострадал. Похоже, здесь вообще не было землетрясения.

Через пару минут мы сели на обозначенную большой белой буквой «Н» вертолётную площадку.

— Добро пожаловать, — проговорил китаец. — Это мой дом.

Мы вышли из коптера. К нам спешили люди в чёрных костюмах и белых рубашках. Выглядело это, словно униформа. Когда они приблизились, я понял, что у каждого под пиджаком есть оружие.

Мой спутник что-то сказал по-китайски одному из них, указал на нас с Матвеем и двинулся в сторону дома.

— Прошу за мной, господа, — коротко поклонившись,