Дарт и агенты Рассадура - Игорь Волознев

— Вон там, в углу, — сказала она.

Они приблизились к бесформенной туше внушительных размеров, усеянной множеством торчащих присосок.

— Плезиогимпиос григибурский, — объявил хранитель. — Судя по сопровождавшим его данным, обитает на некоей планете Григибур, по которой и получил своё название. Это электрический моллюск, способный убивать на довольно большом расстоянии; его кожные покровы до сих пор хранят какую-то часть заряда — по крайней мере, дотрагиваться до него опасно, может "тряхнуть". Каким-то образом публика узнала, — продолжал словоохотливый музейщик, — что чучело плезиогимпиоса обладает способностью реагировать на прикосновения, и вот, представьте, дня не проходит, чтобы в экспонат не ткнули чем-нибудь отдельные несознательные посетители. Им доставляет удовольствие смотреть, как он дёргается, хотя лично я не вижу в этом ничего смешного. Тыкать палками в экспонаты — это бескультурье и вандализм. И сегодня мы собираемся упрятать его в специально изготовленную стеклянную витрину…

— Ну-ка, дайте на минуту, — Дарт выхватил у опешившего хранителя указку и ткнул ею в один из присосков.

Бесформенная, бледная, с виду какая-то студенистая масса сжалась, собравшись в тысячу морщин, потом разгладилась, потом снова сжалась, и так несколько раз.

Ужимки чучела, действительно, производили забавное впечатление.

— Созвездие Заводи… — произнёс Дарт задумчиво. — Это же глухой угол Метагалактики, почти неисследованная окраина. Насколько мне известно, там неоднократно засекали разведывательные звездолёты Империи…

С минуту он молча разглядывал чучело, потом вернул указку хранителю и повернулся к Феннет, намереваясь ей что-то сказать, как вдруг в его правом ухе ожил портативный динамик. Гудки вызова были слышны только ему одному. Дарт ткнул пальцем в диск телефона на запястье, включая связь.

— Дарт слушает, — сказал он негромко.

— Алло, комиссар, — раздался в ухе взволнованный голос. — Докладывает начальник охраны космодрома. Снова диверсия! Несколько минут назад пламя охватило разведывательный крейсер "Стремительный". Пожар возник совершенно неожиданно в районе сопла звездолёта. Огонь в любую минуту может просочиться внутрь корабля и добраться до реактора, а тогда неминуем взрыв… Всё!..Уже взорвалось!.. Разведывательный крейсер взлетел на воздух!..

За телефон на своём запястье взялась и Феннет. По её встревоженному лицу было видно, что ей сообщают ту же новость.

— На космодроме взорван корабль! — обернулась она к Дарту.

— Да, я уже знаю.

— А ещё мне докладывают, что Трюфон только что покинул своё логово в Регеборских скалах. Его флайер направляется в сторону космодрома.

— Этого и следовало ожидать.

— Его надо немедленно задержать!

Дарт несколько секунд медлил с ответом.

— Нет, пока не будем его трогать, — он направился к выходу, знаком велев Феннет следовать за собой.

Хранитель устремился за ними.

— Куда же вы, господа? — закричал он им вслед. — Я ещё не показал самого интересного!

Но полицейские были уже в дверях.

— Если Трюфону опять захочется прикурить от пожарища — пускай прикуривает, — говорил на ходу комиссар. — Он не должен чувствовать за собой слежку.

— Понимаю.

— Пока он будет шляться возле космодрома, я наведаюсь в его жилище, — прибавил Дарт.

Феннет вызвала по рации полицейский флайер.

Они с Дартом ещё только выходили из-под колоннады и спускались по лестнице, когда на площадь перед зданием музея с мягким гудением опустилась красно-синяя летательная машина.

Проходя к ней через сквер, Дарт обратил внимание на сидевшую на скамейке высокую худощавую женщину, по виду очень пожилую, закутанную с ног до головы в тёмную ткань. По необычному наряду в ней без труда угадывалась приезжая, вероятнее всего — инопланетянка. Дарт вспомнил, что, когда полчаса назад он входил в музей, она сидела здесь в той же позе, руками опираясь на палку и глядя перед собой.

Комиссар не слишком удивился. Возможно, женщина просто спала. Представители некоторых гуманоидных рас обладают способностью спать с открытыми глазами и в любых положениях, даже стоя.

Пилот распахнул дверцу, и они с Феннет залезли в кабину.

— Стало быть, летим в Регебор, — сказал он, когда машина поднялась в воздух.

Плоские крыши Гарселя стремительно завалились куда-то вниз и вбок. Флайер полетел над безжизненным каменистым плато, изобиловавшим кратерами, скалами и пропастями.

— Ваши люди уже побывали на башне? — спросил он у Феннет.

— Нет, — ответила она. — До сих пор мы ограничивались только наружным наблюдением.

— Я пойду туда один, — сказал комиссар после молчания.

— Один? — изумилась его спутница. — Без сопровождения? Думаю, нам лучше пойти вместе!

— Ни в коем случае. Неизвестно, какие сюрпризы подстерегают тех, кто попытается проникнуть в логово рассадурских шпионов. Не забывайте, что убить меня не так-то просто, в отличие от вас. Покойный генерал Ленделерф был прав, поручая это дело мне.

Глава 5. Башня в Регеборских скалах

Через тридцать минут стремительного полёта флайер начал сбавлять скорость. Он летел над мрачной местностью, усеянной островерхими скалами. Это был настоящий хаос скал, как будто море внезапно окаменело во время неистовой бури и его взметнувшиеся валы застыли гигантскими, устремлёнными ввысь гранитными глыбами. Среди этих разметавшихся каменных волн угрюмыми островами высились горы. Одна из них, похожая на скорчившегося великана, называлась Мабор. К ней и направлялся, снижаясь, полицейский флайер.

Бледно-голубой диск Карриора пропал за горизонтом и океан скал окончательно поглотила чёрная брельтская ночь. Свет звёзд выхватывал лишь вершины утёсов; благодаря ему они казались островками, выступающими из моря тьмы. На флайере не стали включать фары — свет могли увидеть с башни. Путь в скалистых нагромождениях прощупывался с помощью локаторов. На пульте управления флайером мерцали экраны, на которые в инфракрасных лучах проецировались изрезанные трещинами стены ущелий, куда бесстрашно, на полной скорости, устремлялся летательный аппарат. Как видно, путь пилоту был хорошо знаком.

— Подлетаем к первому наблюдательному посту, — сказала Феннет.

— Ваши люди уверены, что на башне сейчас никого нет? — спросил Дарт.

Феннет качнула головой.

— Абсолютной уверенности нет. Но, по всем признакам, Трюфон там был один… А вот и башня! Видите, прямо по курсу?

Флайер нырял из одного ущелья в другое, и башню, то и дело скрывавшуюся за скалами, рассмотреть было нелегко. Дарт всё же увидел её. Она тянулась ввысь тонкой линией, одинаковой на всём своём протяжении, и лишь на самом верху её увенчивало утолщение с узкими окнами. В окнах горел тусклый свет.