Боевая магия не для девочек – 1 - Екатерина Сергеевна Бакулина

ушла к себе, но мы к ней сами сходим. Я знаю куда. Не бойся. Еще не ночь, так что нормально, она поворчит и выдаст.

И Бен был прав. Когда он постучал, кастелянша действительно страшно ворчала из-за двери, что рабочий день закончен и идите все прочь. Но Бен был настойчив.

— Это я, сеньора Фонческа! Бен Гарсиа! Простите за беспокойство, но нам правда очень нужно.

Она выглянула.

— Бен… — и тяжело вздохнула. — Что у тебя?

— Постельное белье, сеньора Фонческа. Полотенце и все такое.

— Тебе? — с сомнением окинула нас взглядом.

— Для Тони, — сказал Бен, хлопнул меня по плечу. — Он нам мебель помогал таскать, увлекся и забыл вовремя за бельем сходить. Вы не могли бы ему все выдать?

И широко улыбнулся так, словно уже заранее благодарен. Обезоруживающе, после таких улыбок не отказывают.

Кастелянша тяжело вздохнула, видно было, что никуда идти ей не хотелось.

— Надо было не забывать!

Бен развел руками.

— Сеньора Фонческа, а может быть вы дадите нам ключ? Мы возьмем, я знаю где. Потом занесу вам обратно. Вы же меня знаете.

Она снова вздохнула, так тяжело на этот раз, покачала головой.

— Ладно, — согласилась наконец. — Тебе я дам, ты хороший парень. Но возьмете и сразу ключ обратно. Договорились?

— Конечно, сеньора Фонческа.

И вот, мы уже идем вещи забирать.

— Репутация много значит, — усмехнулся Бен, помахав ключом, когда по коридору шли. — Мы помогаем вещи таскать, за это нам готовы выдать все, что нужно в любое время. Иногда бывает очень полезно.

Дальше все просто — вещи для первокурсников уже разложены на полке аккуратными стопками. Белье, полотенца, мыло… Сейчас отнесем и пойдем в город…

Вот только когда уже с вещами поднимались к себе на четвертый, на лестницу выскочила девица.

— Бен! — и буквально на шею ему бросилась, но хоть не целоваться, а просто обняла радостно, потянулась, потрепала по волосам. — А я к тебе! Мы сегодня отмечаем окончание ремонта и переезд к себе. Как здорово, что вы вещи перетаскать успели! Спасибо! — и чмокнула его в щечку. — Ой, колючий ты стал за лето! Бородища так и лезет! Придешь?

Удивительно, но я видела, как у Бена краснеют уши.

Он быстро глянул на меня, потом на девицу снова.

— Мили, я сегодня не могу, — все же сказал он и осторожно выскользнул из ее рук. — У меня дела. Я в другой раз.

Она удивленно на него посмотрела.

— Куда-то идешь? С кем? С Морейрой? Ну так мы его позовем тоже.

— Вот Рика зови, да, он наверняка не откажется.

— А ты? Бен, у нас там вино домашнее, Лотти привезла. И пироги, и колбаса и вообще много всего. Что у тебя за дела такие?

Бен покачал головой.

Эта Милли нахмурилась, губки обиженно надула. И на Бена, потом на меня.

— Это ты с ним, да? — спросила она. — Новенький? Который на дуэли дрался. Что у вас там?

И так на меня глянула, словно сейчас испепелит на месте.

— Новенький, — согласился Бен. — Тони Армандо.

— Милагрес, — девица улыбнулась и руку мне протянула, правда улыбка вышла слегка хищной, особой радости не обещающей. — Ты тоже на боевом?

Я сдуру потянулась руку пожать — это же так естественно. Но Бен успел первый, обхватив Милагрес за талию, развернул и потащил в сторону с таким видом, словно вообще никакой протянутой руки не заметил, словно все идет как надо.

— Пошли за Морейрой, — небрежно предложил он. — Тони, а ты пока вещи отнеси, я сейчас приду.

Мили усмехнулась и, пользуясь случаем, прильнула к Бену боком, потянулась, что-то шепнула ему на ухо. Он тихо усмехнулся.

У меня где-то кольнуло невольно…

Так…

Эта Мили наверняка из природников. А значит, мне от нее и ее подружек мне стоит держаться подальше. И если на вид и издалека, вероятно, совсем не каждый может меня раскрыть, то прикосновение дает больше возможностей. Так что жать руку точно не стоило. Бен сейчас меня спас. Вот так помог снова…

Нельзя расслабляться. Нельзя терять бдительность ни на минуту. Если Бен раскусил меня так легко и быстро, то и другие могут. И это студенты, а уж о преподавателях что и говорить?! Поэтому ошибаться совсем нельзя.

По-хорошему, мне вообще стоит поменьше с людьми общаться, никаких вечеринок. Тихо пришла, позанималась магией и ушла. Чтобы никто на меня внимания не обращал. И сейчас лучше всего тихо пойти к себе и лечь спать. И не высовываться.

Только эта Мили вот совсем девочка-девочка, у нее все на месте, и… В чем дело-то? Почему меня это задевает? Если Бен взялся мне помогать, это не значит, что я имею на него какое-то право. У него была какая-то жизнь до меня, и дальше будет. И друзья, и вечеринки, и… девушки.

Но я о чем-то не о том думаю.

И вообще, я здесь учиться, а не за этим. А то если так, то может быть этот Дуарте был прав, не стоило и начинать.

Вся в этих мыслях я вернулась к себе в комнату. Нужно было делать что-то, а не просто так сидеть. Поэтому я постелила постель, разобрала вещи. Очень похоже, что в них действительно копались, все сложено не так. Не сказать, чтобы у меня был порядок, а теперь просто напихано, но как-то не так лежало. Я посмотрела, но вроде не пропало ничего. Платья тут… Надо придумать, как можно объяснить. С Беном посоветоваться.

Но Бен никак не возвращался.

Или рано еще? Он не может так быстро дойти до Рико и поговорить. Да и вообще.

Не нужно мне никуда ходить, лучше сейчас тихо лечь спать. Разумнее и безопаснее.

И я почти убедила себя в этом, настолько, что сняла ботинки, потом штаны, оставшись в одних коротких подштанниках, влезла под одеяло. Все. Спать буду.

Только почему-то обидно, почти до слез.

И вот как раз тут и вернулся Бен. И совсем точно увидеть меня под одеялом не ожидал.

— Селедка, ты чего?

Мне вдруг захотелось зажмуриться и провалиться сквозь землю.

— Я что-то очень устала, лучше буду спать, — сказала почти уверенно, только в конце голос чуть дрогнул. — А ты иди.

Он нахмурился, пытаясь что-то понять. Потом подошел ко мне и присел рядом на корточки, заглядывая в лицо.

— Так, бросай это, — сказал он серьезно. — Не знаю, что ты там себе придумала, но точно бросай.

Я мотнула головой. Ужасно захотелось одеялом с головой накрыться и спрятаться, потому что казалось — Бен видит меня насквозь. Но я не стала, конечно. Наоборот, села