Стальной ворон. Книга 1 - Екатерина Стадникова

— Кто додумался ставить книги в два ряда на одну полку? — ворчала она себе под нос.

Толстые и не очень томики так плотно жались друг к дружке, что девочке с трудом удавалось вытаскивать их, а потом возвращать обратно.

«Молотком она их туда забивала, что ли?», — продолжала возмущаться Тень, когда взгляд уперся в потертый корешок, сиротливо притаившийся за внушительных размеров энциклопедией. «Если это не рычаг, то, как говорит в таких случаях Наставник, покрасьте меня в зеленый и назовите шпинатом», — Эмьюз задержала дыхание и прислушалась. Спящий дом молчал.

Тогда девочка постаралась вытянуть непонятную книжку. Не тут-то было! Томик словно присох!

— Не на ту напал! — Она кошкой скользнула обратно в комнату, а вернулась вооруженная ножом для бумаг.

На всякий случай Эмьюз еще раз попробовала расшатать упрямый корешок, освободив достаточное пространство для маневра. Убедившись, что он не хочет двигаться ни вперед, ни назад, ни даже вбок, девочка с силой воткнула блестящее лезвие между обложкой и стенкой шкафа. В тот момент она совсем не думала о том, что нож тоже может сломаться. Нехитрое орудие не выдержало и согнулось, но вместе с ним сдалась и книга. Звук рвущейся ткани показался неприлично громким. Сердце подпрыгнуло и застряло в горле.

Секунды таяли, но Росарио не появлялась. Дрожащими от накатившего волнения пальчиками Эмьюз извлекла вожделенный трофей. Вернув потревоженные книги на места так, чтобы тетка не сразу догадалась о пропаже, девочка поспешила спрятаться за дверью спальни.

Только странная находка совсем не торопилась делиться своими тайнами. На обложке красовался хитрый замок.

«Как жаль, что я не Клаус», — Тень вертела в руках изувеченный томик. — «Если у Тэсори есть ключ, она все равно его не отдаст. А за испорченную обложку и так влетит. Терять тебе нечего».

Взбудораженные мысли роились в горячей голове, а на лбу выступил пот. Эмьюз решительно направилась к столу. Любопытство без труда победило страх. Девочка положила несчастную книгу на край стула, придавив коленом, и вставила гнутый нож между страницами у самого корешка.

— Клер бы меня убила, — стараясь побороть напряжение, прошептала мисс Варлоу.

«О! Тетка убьет наверняка, если узнает», — сообщил внутренний голос.

— Ключевое слово «если», — Эмьюз перехватила неудобную рукоятку ножа двумя руками.

Несколько минут сосредоточенного сопения, и вот уже от одного конца корешка до другого появилась дыра с неровными краями. Девочка резко выдохнула и распахнула уничтоженную книгу, игнорируя бесполезный замок.

А внутри ждал настоящий сюрприз.

— Никакая это не книга, — Эмьюз зажала рот ладонью, чтоб не ахнуть.

В пустых страницах кто-то заботливо вырезал аккуратный прямоугольник, на дне которого покоилась черная плашка, так похожая на ту, из-за которой расстался с жизнью безвестный «жук».

«Неужели Тэсори солгала Сэру Коллоу?» — колотилось в висках.

Тень без колебаний достала каменный кругляшок. Непонятно откуда берущийся вес тут же потянул руку к полу. Ошибки не было. Нечто подобное Эмьюз нашла в поезде.

«Прежде чем обвинять тетку во лжи, попытайся найти простое объяснение», — предложил внутренний голос. — «Как тебя учили? Танцор верит только фактам».

Девочка бесцеремонно вывернула обложку и хорошенько потрусила. Из пожелтевших страниц немедленно вывалилась свернутая пополам записка.

Такого отвратительного почерка Эмьюз еще не встречала. Едва различимые буквы больше напоминали бездумно намалеванные штрихи. Девочка сунула плашку с остатками тайника под матрас, подцепила со стола карандаш и принялась раз за разом обводить нити слов, пытаясь по собственным движениям разобрать написанное.

Эмьюз страшно спешила. Ведь в любой момент Тэсори могла проснуться. Глупо приписывать тетке связь с преступниками раньше времени, но сомнения скрыть едва ли удастся.

Отложив листок, Тень выпрямилась и облегченно вздохнула.

«Роси! Раз ты это читаешь, значит все же сунула нос в мой так называемый дневник, а меня нет рядом, чтобы по этому самому носу тебя щелкнуть. Но я щелкну, не сомневайся. Единственное, что тебе нужно знать теперь: ни при каких обстоятельствах не дай проклятой хреновине попасть в руки нашего мальчика. Это его уничтожит», — текст обрывался.

Чувства перемешались. С одной стороны, даже хорошо, что тетка ни о чем не подозревает (кого еще могут называть «Роси»?). Но с другой, как поступить с новым знанием, Эмьюз не представляла. По логике вещей… автором записки является Леди Фолия, а упомянутый мальчик — Джулиус Коллоу! На этом мысли с ужасом бросались врассыпную.

Тут, опять же, Коллоу давным-давно не мальчик, и сам кого хочешь уничтожит… только вдруг эта плашка сделает с ним что-нибудь совсем страшное? А если Дивные знают, за чем охотятся, то дядюшка Джулиус в смертельной опасности.

— Соберись! — копируя манеру Сэра Коллоу, приказала себе Тень.

Эмьюз сорвалась с места. Она мерила шагами расстояние от кровати до шкафа с учебниками и обратно, стараясь придумать сносный план действий. «Именно эта плашка может уничтожить дядюшку или любая другая? У него же уже есть одна», — девочка остановилась и ожесточенно замотала головой. — «Про такое вообще лучше не думать».

Не сумев побороть сосущее беспокойство, Эмьюз сгребла со стола зеркальце.

— Джулиус Коллоу, — сдавленно пискнула она.

Мгновения тянулись чудовищно медленно. Наконец поверхность стекла ожила.

— Здравствуй, Эмьюз. — Дядюшка потер глаза.

Знакомое лицо показалось бледнее обычного.

— С вами все в порядке? — отчаянно краснея, выпалила девочка.

— В общем, да, а что? — улыбнулся Коллоу.

Действительно, «а что»? Ответ: «Ну, тогда ладно. До свидания», — никак не подходил. Предстояло выкручиваться.

— Мне приснился сон. Страшный сон, про вас и ту плашку, — довольно убедительно соврала Эмьюз. — В нем этот кусочек камня вас убил. Все было настолько реально, что я испугалась.

— Сон в прошлом, я жив. Не волнуйся, — попросил Джулиус. — И плашка не каменная, а металлическая.

— Может, вы ее просто уничтожите? — с надеждой поинтересовалась мисс Варлоу.

— Нет, — дядюшка покачал головой.

— А если плашка опасна? — Беспокойство вернулось с новой силой.

— Это мы и пытаемся выяснить, — он с трудом сдержал зевок. — Дорогая моя девочка, давай завязывать с разговорами на сегодня. Я чудовищно устал.

— Простите, — промямлила Эмьюз.

— Ничего, — заверил Джулиус. — Еще увидимся.

Когда отражение Сэра Коллоу пропало, она уже знала, что ничего не скажет тетке. Во-первых, за испорченную книгу от Росарио непременно влетит, даже если это вовсе и не книга. Во-вторых, сама Тэсори так зла на дядюшку Джулиуса по непонятной причине, что с большой долей вероятности с радостью вручит тому плашку. Сначала стоит разобраться с источником болезненной неприязни, а пока замести следы и провести собственное маленькое расследование.

— Синий, — позвала девочка. — Пусть книжки есть плохо, но съешь одну для меня.

Монстр очнулся и приветливо завилял хвостиком-ремешком.

— Мне нужно, чтобы ее никто не нашел, — пояснила Эмьюз, доставая останки тайника.

Очертания сундука поплыли, а комната погрузилась во тьму, единственным источником света в которой оставался мимик. Монстр шумно дышал, приоткрывая зубастую пасть, и ждал. Мисс Варлоу протянула хитрую книгу вперед. Синий с проворством лягушки выхватил неугодную улику своим толстым пупырчатым языком. Щелкнули челюсти, и наваждение рассеялось.

— Забыла про записку, — спохватилась Эмьюз, но быстро добавила: — Так и быть, ее я съем сама.

За завтраком тетка вела себя, как обычно. Она мирно шелестела газетой, с удовольствием прихлебывая чай. Если Росарио и заметила что-то подозрительное, то не подавала вида.

— Ты чего сегодня такая тихая? — вопрос тетки застал врасплох.

— Я задумчивая, — поправила Эмьюз.

— Тебя что-то беспокоит? — не отставала та.

— Ваш «семейный» альбом. — Нужно же было с чего-то начать. — На фотографиях все счастливы, а теперь… Почему нельзя, как раньше?

— То время навсегда ушло, — мадам Тэсори опустила газету. — Между счастливым прошлым и днем сегодняшним слишком много обид.

— Робин сказала, что Бог хочет, чтобы люди прощали даже врагов. Ты ведь веришь в него, правда? Почему не слушаешься? — Этот аргумент девочка берегла для себя, на случай какой-нибудь ну очень серьезной ссоры с теткой.

Росарио поднялась на ноги и обошла стол.

— Я не идеальна, — вздохнула она, усаживаясь рядом. — Когда возлагаешь на человека большие надежды, разочарование оставляет в душе незаживающие раны. Они-то и не дают простить.