Кровавая луна - Ю. Несбё

— Полагаю, нет.

— Именно! Быть пьяницей не означает быть идиотом или слабоумным. В конце концов тебе удаётся не пить, когда ты трезвый, так почему ты не можешь остановиться, когда ты пьян до нужной степени. Всё в твоей голове, брат!

Было ещё правило — в дополнение к установке черты — считать количество выпитого и решить, в какие дни будет полное воздержание. И принимать налтрексон5 за час до принятия алкоголя. Отсрочка на час особенно помогала, когда тяга возникала внезапно. Он придерживался данного режима три недели и пока не сорвался. Значит, что-то в этом было.

Харри опустил ноги на пол и встал с кровати. Ему не требовалось открывать холодильник, он и так знал, что пива в нём не было. Метод «Управление умеренностью» предполагал максимум три порции алкоголя в день. В его случае это упаковка из шести банок пива из «Севен-Элевен» в конце улицы. Он посмотрел в зеркало. За три недели с момента побега из «Тварей» он успел нарастить немного мяса на кости. А также седую, практически белую, бороду, которая скрывала его отличительную черту, багровый шрам. Однако было сомнительно, что этого хватит, чтобы мужчина из «Камаро» не узнал его при встрече. Харри наблюдал за основным домом и садом, пока натягивал потрёпанные джинсы и футболку с надорванной горловиной и надписью «Let Me Do One More» — названием песни группы «Иллюминати хоттис». Воткнул в уши старые беспроводные наушники, ноги — в сланцы, заметив, что грибок сотворил невероятный шедевр на большом пальце его правой ноги. Он вышел в переплетение трав, кустов и палисандровых деревьев. Остановился и посмотрел в обе стороны Дохени Драйв. Казалось, всё в порядке. Он включил песню «Pool Hopping» группы «Иллюминати хоттис», которая поднимала ему настроение с тех пор, как он впервые услышал её вживую в «Зебулон Кафе». Но пройдя по тротуару пару метров, в боковое зеркало одной из припаркованных машин он заметил отъезжающую от обочины машину. Харри продолжил идти, слегка повернув голову для проверки. Машина медленно двигалась за ним с той же скоростью на расстоянии десяти метров от него. За то время, что он прожил в Лорел-Каньоне, его дважды останавливала полиция просто за то, что он передвигался пешком и, следовательно, считался подозрительной личностью. Но это был не крейсер полиции, а старый «Линкольн», и, насколько Харри мог различить, в машине находился лишь один человек. Широкое бульдожье лицо, двойной подбородок, маленькие усики. Чёрт, надо было взять «Глок» с собой! Но Харри не мог представить себе нападение посреди улицы в разгар дня, так что он продолжил идти. Незаметно выключил музыку. Перешёл улицу перед бульваром Санта-Моники и вошёл в «Севен-Элевен». Остановился и стал ждать, сканируя взглядом улицу. Но «Линкольна» нигде не было видно. Возможно, это был будущий покупатель дома, медленно курсирующий по округе и рассматривающий недвижимость на Дохени.

Он прошёл между рядов к холодильникам с пивом в задней части магазина. Услышал, как открывается дверь. Остался стоять с одной рукой на ручке стеклянной двери, но не открывая её, чтобы видеть отражение. И вот он. В дешёвом клетчатом костюме и фигурой, вполне соответствующей его бульдожьему лицу: небольшой, компактный и толстый. Но его полнота могла скрывать скорость, силу и — Харри почувствовал, как сердце бьётся чаще — опасность. Он видел, что мужчина позади него был безоружен. Пока безоружен. Он оставил наушники в ушах, посчитав, что у него может быть шанс, если мужчина будет думать, что элемент неожиданности на его стороне.

— Мистер…

Харри сделал вид, что не слышит, и наблюдал, как приближающийся мужчина остановился прямо за ним. Почти на две головы ниже Харри, он протянул руку, возможно, чтобы постучать ему по плечу, возможно, с совершенно другой целью. В планы Харри не входило выяснять. Он обернулся боком и быстро обхватил рукой шею мужчины, одновременно открывая стеклянную дверь другой рукой. Рванул назад, сбил мужчину с ног, тем самым повалив на полки с пивом. Харри ослабил хватку на шее и навалился всем весом на дверцу, вдавливая голову мужчины в полки с пивом. Бутылки начали опрокидываться, руки мужчины были зажаты между дверцей и косяком. Глаза на его бульдожьем лице расширились, и он крикнул что-то из-за дверцы, затуманив своим дыханием холодное стекло внутри холодильника. Харри слегка отпустил дверцу так, что голова мужчины соскользнула на нижнюю полку, затем навалился снова. Край дверцы холодильника давил ему прямо на горло, он выпучил глаза. Перестал кричать. Глаза вернулись в норму. А стекло больше не запотевало от его дыхания.

Харри постепенно снизил давление на дверцу. Мужчина безжизненно соскользнул на пол. Он явно не дышал. Харри надо было быстро расставить приоритеты. Жизнь мужчины или его собственная. Он выбрал свою собственную и запустил руку в карман клетчатого костюма толстяка. Выудил оттуда бумажник. Открыл и увидел фото мужчины на визитке: польское имя и — что более интересно — крупные буквы сверху — «Частный детектив, лицензированный Калифорнийским бюро безопасности и расследований».

Харри взглянул на безжизненно лежащего мужчину. Это было неправильно, так коллекторы не работали. Они могли нанять частного детектива, чтобы найти его, но не чтобы установить контакт или избить.

Харри вздрогнул и пригнул голову, заметив другого мужчину между полками. В футболке «Севен-Элевен» и поднятыми в сторону Харри руками. В руках был сжат револьвер. Он видел, как колени мужчины трясутся, мышцы на лице бесконтрольно подёргиваются. Он также видел то, что видел этот мужчина. Бородатый парень, одетый как бездомный, держит бумажник парня в костюме, на которого явно только что напал.

— Не стреляй… — сказал Харри, кладя бумажник вниз, поднимая руки вверх и вставая на колени. — Я постоянный покупатель. Этот человек…

— Я всё видел! — проговорил мужчина визгливым голосом. — Я выстрелю! Полиция уже едет!

— Ок, — ответил Харри, и кивнул в сторону толстяка. — Но позволь мне помочь этому парню, окей?

— Пошевелишься — я выстрелю!

— Но… — начал было Харри, но замолчал, увидев взведённый курок револьвера.

В последовавшей тишине были слышны только гудение холодильника и далёкий вой приближающихся сирен. Полиция. Полиция и неизбежные последствия, которые она влечёт: допрос и обвинения. Это не хорошо. Совсем не хорошо. Харри давно должен был покинуть Штаты, и у него не было документов, не позволивших бы им вышвырнуть его из страны. После того, как бросят его в тюрьму, конечно же.

Харри глубоко вздохнул. Взглянул на мужчину. В