Газета Завтра 9 (1058 2014) - Газета Завтра Газета

Владилен Красильников. Вы связываете архитектуру с политикой, и, в общем-то, это естественно. Я не силен в политике, но имею здесь свои взгляды. Вопрос - почему возникла эклектика, довольно сложный. При Александре III мы вернулись к русским истокам, и на этой базе возник интерес к классике. Ведь что такое эклектика? Умение сочетать разные стили в одном здании. Сложнейшая вещь, требующая огромного вкуса. А вкус не подлежит воспитанию и осмыслению, он - от Бога. Есть грамотные, знающие люди, но безвкусные.

Я всегда советовал своим студентам ездить в Италию, поскольку там нет безвкусных объектов. А вот Германия, с точки зрения художественного вкуса, бездарная страна. Мне в какой-то степени в жизни повезло. Свое детство я провел в Сочи, где перед войной были построены приличные здания, над возведением которых трудились достойные мастера.

Но вернемся к архитектурным стилям Почему они меняются? Модерн возник как реакция на эклектику. И я считаю его стилем, требующим высокого вкуса. На мой взгляд, он не мог получить широкого распространения именно потому, что людей, обладающих высоким вкусом, единицы. Модерна много в Италии, Мюнхене, да, пожалуй, и все.

"Завтра". Я недавно был в Саратове, и увидел там большое количество провинциального модерна. Может быть, немножко нелепого, кустарного

Владилен Красильников. Совершенно верно, это архитектура начала XX века. Тогда это было модным, как, например, бывает мода на костюмы.

"Завтра". Получается, что этот стиль задает один гений? Он сделал модерн, а мог бы создать неоготический, или сразу перейти к конструктивизму?

Владилен Красильников. Вопрос трудный. Модерн изначально создавался театральными художниками. Я глубоко убежден, что стиль создают не архитекторы, а художники. Ведь мы, архитекторы, завязаны со всякими сложностями, такими, как технологии, стоимость. Правильнее даже будет сказать, что модерн начался с театральных костюмов и декораций.

В основу конструктивизма положен кубизм, который возник в 10-х годах в Италии, как направление в живописи. Некоторые люди того времени воспринимали его как революционный стиль. Это русский авангард возник в качестве как бы революционного стиля, призванного отвергнуть все старое, чтобы начать с нуля. Была даже придумана фраза, что история начинается только с победы пролетарской революции, а все предыдущее было предысторией. Кто-то сказал, что пролетарский стиль - это экономия, и началось: дома-коммуны, новый быт Все это очень ярко описано в романе "Мы" - стеклянные дома, ходящие строем люди

"Завтра". Именно тогда появились клубы - явление конструктивистской эры. Когда исчезли церкви, рабочие должны были собираться в своих пролетарских храмах.

Владилен Красильников. Совершенно верно. Их чаще всего даже строили на месте разрушенных храмов или так, чтобы заслонить храм. И такая ситуация сохранялась до начала 30-х годов, когда Сталин понял, что необходимо чем-то гордиться, кроме военных успехов. Не последнюю роль здесь сыграл и Желтовский, у которого есть работы в стиле конструктивизма, например, ТЭЦ напротив Кремля. Я одно время работал у него в мастерской. К нему на консультацию приходил даже наш главный конструктивист И.Леонов. Законы архитектуры ведь общие для вех стилей - пропорции, соотношения, а дальше начинается вкус.

В начале 50-х годов, когда Хрущев пришел к власти (а я был свидетелем этому), ему нужно было самоутвердиться. На мой взгляд, ему было необходимо избавиться от Сталина, отвергнуть его. Но то, что придумал Никита Сергеевич в архитектуре - не конструктивизм, а функционализм. Архитектура исчезла, и мы до сих пор находимся в этом плену.

При Брежневе ситуация немного стала меняться. Я недавно был в Вене на выставке "Советский модернизм", посвященной зданиям, построенным в СССР в 60-90-е годы. И был несказанно удивлен, что, оказывается, на Западе ничего про это не знают. Увиденное было для них откровением. Принято считать, что в те годы у нас был железный занавес. Но на этой выставке я понял, что он был не с нашей, а с их стороны. И я отметил это в своем выступлении: "Мы читали ваши книги и журналы, приезжали к вам, знали Корбюзье, а вот вы про нас ничего не знали!" Полагаю, что это было сделано умышленно.

Также я рассказывал об одном необычном строении в Крыму - круглом доме, расположенном на косогоре. Никакой инвестор никогда не построил бы ничего подобного - слишком уж мал выход полезной площади. А в Советском Союзе подобное было возможно. И это является прямым укором современности.

"Завтра". В брежневские времена начали строить архитектурные объекты: театры, стадионы. Появился брежневский, несколько тяжеловатый стиль. Он оторвался от пятиэтажек и начал формировать неоимперскую архитектуру.

Владилен Красильников. Произошло возвращение к Сталину, поскольку Леониду Ильичу необходимо было закрепиться. В чем трагедия того времени? Мы работали по заказу строителей. А что такое строитель в Москве? Уж я-то это хорошо знаю. Основные силы бросались на ВПК: космодромы, заводы, а мы строили из чего попало. Металл нам разрешали применять только в том случае, если пролет больше восемнадцати метров. Во всех остальных случаях - железобетон и типовые балки. Попробуйте из этого создать театр!

Если через несколько десятилетий от зданий, которые мы строили в те годы, останутся руины, то они будут совершенно не похожи на римские.

"Завтра". Я вспоминаю Леву Катаева - талантливейший человек! Но как он прожил жизнь в архитектуре? У него же совершенно не было возможности реализовать себя

Владилен Красильников. Он был моим близким другом. Лева Катаев - великий рисовальщик, художник. А вот пробивать что-то для него было делом трудным и непосильным. Его главная трагедия в том, что он хотел строить для России, а она не имела на это денег. В Москве в те годы еще строили, а вот в других городах - нет. Объекты во Владивостоке, в Вологде, в Петрозаводске, в Палехе Все они не были закончены. И это огромная драма для архитектора.

Затем перестройка, разрушение старого, новая философия, архитектура становится никому не нужна

"Завтра". С другой стороны, появился богатый заказчик, владеющий огромными деньгами, буржуа, которому нужны виллы

Владилен Красильников. Понимаете, пришли люди со стороны, лишенные вкуса, ничего не понимающие в искусстве; и возникла ситуация, чем быстрее будет завершено строительство, тем проще получить прибыль. Кроме того, наблюдается засилье Запада: консультанты, финансисты, архитекторы. Отчасти мы виноваты в этом сами: ругали отечественных строителей, что, мол, они никуда негодны. И что? Стали приглашать иностранных. Поначалу они работали как положено, но постепенно стали диктовать свои условия, привели с собой своих архитекторов.

Сейчас мы вернулись в архитектуре к началу хрущевского периода. Например, дом мы набираем из того, что требуют строители. Возьмем стеклянный фасад. Мы его не придумываем, а берем из каталога. То же самое происходит и с плиткой. И все это стоит три копейки. Пройдет десяток лет, и все это рассыпется. Вот и итог. А художественного замысла нет никакого - нам никто не ставит никаких задач.

"Завтра". Дома, выросшие в Москве во время строительного бума - с башенками, аркадами, с нагромождениями разнообразных форм, призванных оживить мертвые фасады, - что это?

Владилен Красильников. Это отражение вкуса хозяев. Проведите опрос на тему: нравятся ли современные дома нашим согражданам? Большинству - нет. В моей книге есть подборка ответов французов, когда их спрашивали об архитектуре Парижа. И почти все ответили, что любят исторический Париж, а не современные безликие коробки.

"Завтра". Когда рухнула брежневская неоимперская архитектура, ее сменила гламурная, буржуазная, наглая, безвкусная эклектика. Я ездил в ту пору на Рублевку и наблюдал, что и как строят: коттеджи в мавританском стиле, кусочек Парфенона, готика. Эта эра завершается? Путин демонстрирует стремление к неоимперской политике. Можно ли ожидать, что на смену канелюрам и аркадам придет хотя бы подобие "большого стиля"?

Владилен Красильников. Не могу сказать. Сейчас мы переживаем Сочи. Ведь то, что там построено, к достижениям современного зодчества вряд ли будет иметь отношение. Это коммерческая архитектура, сделанная на потребу. Раньше в Олимпиадах участвовали исключительно любители, а два десятилетия назад разрешили профессионалам. Сейчас это коммерческое предприятие с огромными доходами. И исчезла потребность в архитектуре.

В 70-х годах в Мюнхене и Японии были возведены здания, определившие направленность мировой архитектуры того времени. Во всех же последующих Олимпиадах мы видим скорее дизайнерские упражнения художников, оформляющих интерьеры. Сейчас новое веяние: архитекторов просят сделать фасад, а интерьер делают другие. Такого никогда прежде не было.