Приглашение к искушению - Дженнифер Крузи

— Какой гад! — с присущей ей непосредственностью воскликнула Эми.

— Я сама была во всем виновата, — призналась Софи. — Ведь наша мать меня всегда предупреждала, что надо держаться подальше от парней из «хороших, благополучных семей». Они ведут себя вежливо и достойно только с девушками своего круга, а на таких, как я, смотрят свысока.

— Твоя история, Софи, многое объясняет, — задумчиво произнесла Клиа. — Например, мне стало понятно, почему ты так холодно держалась с нашим Фином Такером.

Услышав имя мэра, Софи нахмурилась и с подозрением взглянула на хозяйку:

— И почему же?

— Потому что он из приличной, благополучной семьи, а ты таким мужчинам не доверяешь и в каждом видишь своего Чада.

Перед мысленным взором Софи возникло лицо Фина Таке-ра, и, увы, она не могла не признаться, что мэр действительно очень хорош собой. И фигура, и рост, и внешность… Да, от таких действительно следует держаться подальше!

— Клиа, так ты приехала домой для того, чтобы вернуть Фрэнка? — спросила она, желая переменить тему.

— Нет, я приехала не за этим. Ты же видела Фрэнка: сейчас он не производит неизгладимого впечатления. Он… сильно изменился.

— Мы догадались, — тихо заметила Эми. — Так для чего все-таки ты собираешься сниматься в этом фильме?

— Я должна не только напомнить бывшим поклонникам моего таланта о себе, но и продемонстрировать всем, что я прекрасно выгляжу, полна сил и энергии и меня рано сбрасывать со счетов, — с улыбкой объяснила Клиа. — Когда я обсуждала будущий фильм с Лео, его заинтересовала моя идея, и он даже предложил снимать фильм как продолжение «Всегда завтра».

— Насколько я помню, в конце фильма твоя героиня умерла?

— Это не важно. Если мы захотим сделать продолжение, то легко ее оживим! Главное другое: напомнить людям о себе, вызвать их интерес. Так что вы должны тщательно следить за тем, как я выгляжу в кадре!

— Правильно установим свет, и ты будешь неотразимой красавицей, — заверила Эми актрису.

— Спасибо, — поджав губы, промолвила Клиа, решив не реагировать на столь сомнительный комплимент.

— А я бы на твоем месте сняла мистический триллер! — заявила Эми. — Что-нибудь такое кровавое, из нашей юности. Можно придумать замечательный сюжет, а Фрэнка из фильма выбросить. Поехать в Айову, разыскать того мерзавца Чада, в начале фильма убить его, а ближе к середине покончить и с Деррином или нанести ему какое-нибудь физическое увечье! Софи, как тебе мое предложение?

— Предложение грандиозное, но мчаться в Айову и разыскивать Чада для того, чтобы поквитаться, мне неинтересно. Прошло уже восемнадцать лет, — с грустью в Голосе ответила Софи, вглядываясь в надвигающуюся ночную темноту.

— А по-моему, нам все-таки нужен триллер! — не унималась Эми. — Можно даже пригласить сниматься в нем этого красавчика мэра.

— Ты с ума сошла? — испугалась Софи. — Пока мы снимаем фильм, нам надо держаться подальше от этого мэра и не привлекать к себя ничьего внимания, а уж его особенно!

— Я пошутила, — ответила Эми. — Хотя мэр очень хорош собой!..

Софи глубоко вздохнула, закрыла глаза и про себя повторила: «Мэр очень хорош собой… К сожалению».

В то время как на ферме Уиппл делились воспоминаниями юности и увлеченно обсуждали будущий сценарий видеофильма, Фин Такер торопился к дому своей матери, расположенному на холме в престижной части города. Он еще издали заметил, что на ступенях крыльца его ждет девятилетняя дочь Дилли и машет ему рукой.

— Папа, ты опаздываешь! — укоризненным тоном произнесла Дилли, и мэр отметил, что говорит она с теми же интонациями, что и его собственная мать. — Обед давно на столе.

— Извини, дорогая. — Он виновато улыбнулся. — А ты принимала сегодня витамины?

— Разумеется, принимала. А вот Джейми Баркли не пьет никакие витамины!

— И впоследствии очень пожалеет об этом! — Фин взбежал на крыльцо, поцеловал дочь в макушку и спросил: — А Джейми Баркли — это девочка или мальчик?

— Девочка. Ее семья в понедельник переехала в дом, расположенный на нашей улице. И знаешь, папа, родители Джейми отпускают ее гулять одну! Мне кажется, я тоже уже достаточно взрослая, чтобы всюду гулять одной! А уж ходить от нашего дома до твоего книжного магазина точно. — Дилли подняла голову и тряхнула светлыми вьющимися волосами.

— Даже и не думай! Я говорил тебе об этом много раз: только когда ты получишь водительские права.

— Очень долго ждать!

— Зато это будет самый счастливый день в твоей жизни. — Но поскольку Фин не планировал разрешать своей дочери получать водительские права раньше, чем ей исполнится двадцать один год, то и думать о столь далеком времени ему не хотелось.

— Я уже взрослая, — заявила Дилли. — И даже знаю кое-что про детей.

— То, о чем тебе рассказала бабушка?

— Бабушка! — усмехнулась Дилли. — Что она может знать? А вот Джейми Баркли поведала мне много интересного! — В голосе дочери прозвучало нескрываемое восхищение новой подругой.

— Мне кажется, ты забыла: с незнакомыми или малознакомыми людьми вступать в разговоры нельзя, — укоризненно промолвил Фин и пристально взглянул на дочь.

— Знаешь, мне пришла замечательная идея, — сказала Дилли, не отреагировав на замечание отца. — Давай посидим здесь, и я тебе все расскажу.

Отец и дочь сели рядом на ступени крыльца, потому что в таких богатых домах, расположенных на холме, в каком жили Такеры, было не принято выносить кресла на открытую веранду. Почему-то это считалось дурным тоном.

— Я думаю, мы с тобой могли бы жить у тебя в книжном магазине, — высказала свою замечательную идею Дилли.

Фин внимательно посмотрел на свою худенькую дочь, на которой были надеты белая тенниска и желтые шорты, и ответил:

— Там нам будет неудобно и тесно, ведь на втором этаже магазина фактически одна комната, пригодная для проживания. А у тебя столько вещей, Дилли.

— Я могу большую их часть оставить дома. Папа, ты только представь, как было бы здорово, если б мы поселились у тебя в книжном магазине!

Фин, глядя на ее хорошенькое личико с большими глазами и четко очерченными пухлыми губами, подумал: «Как хорошо, что у меня есть Дилли!»

В свое время мэр Такер категорически не хотел жениться и, уж конечно, не собирался становиться отцом, но теперь, по прошествии девяти лет, всегда думал о том, как ему посчастливилось иметь дочь. Сейчас он даже не представлял своего существования без нее.

— Мы жили бы с тобой вдвоем, уединенно, никому не мешая, — мечтала Дилли.

— Но, по-моему, и в этом доме нам неплохо живется. У нас четырнадцать комнат, и никто не мешает друг другу.