Аль! Пу-пух… - Руслан Алексеевич Михайлов

швырнуло вперед. Удар о каменную книгу на коленях старца также не был чем-то новым. Вот только за долю секунды до попадания снежка, как мог бы поклясться наблюдавший Хохотун, страницы книги вроде бы подернулись мерцающей дымкой. Словно туман искристый поплыл по страницам. Проплыл… и исчез…

А Орбит Новос вскочил.

Круто развернулся.

И взглянул на не дающих ему покоя двух игроков. И взглянул так, что те невольно отшатнулись, Кинг сделал шаг назад, непроизвольно спрятав руку с очередным снежком за спину. Лицо Орбита пугало — напряженное до предела, застывшие сузившиеся в бешенстве глаза, плотно сжатые губы. Выражение глаз… не передать… это чистая ледяная ярость, странное безмолвное обещание чего-то очень нехорошего. Сгорбленная фигура с податыми вперед плечами неподвижно стояла в сугробе и казалась брошенной на снег гранатой с выдернутой чекой. Вот-вот рванет…

Но взрыв не раздался. Постояв еще немного, Орбит развернулся и мягко опустился на прежнее место. Опять застыл перед стоящей в нише статуей. Замер в оцепенении, не сводя глаз с припорошенных снежком страниц.

— Писец… — сипло выдохнул Хохотун. — Фига се…

— Н-на! — со странно тонким клекочущим криком Кинг бросил снежок. — Т-ты…

Кингу было безумно стыдно. Только что он трусливо сделал шаг назад. Да еще и боязливо спрятал снежок за спину — как нашкодивший мальчишка, боящийся гнева взрослых. Но это лицо… это страшное замороженное лицо с неподвижным грозным взглядом… ему почудилось, что перед ним стоит буйный безумец. Вооруженный безумец — воображение успело дорисовать в руке Новоса то ли окровавленный нож, то ли кусок стекла… Сейчас, когда наваждение спало, опомнившийся Кинг будто взбесился. И принялся швырять снежки один за другим. Стоящий рядом Хохотун в недоумении смотрел на спятившего приятеля.

— Эй! — крикнул он. — Тормозни!

— Не лезь! Понял?! Не лезь! Зашибу! — донеслось в ответ.

Кинг с остервенением метал снежок за снежком в спину Новоса.

— Как-как? — переспросил Хохотун изменившимся голосом.

В очередной раз вздрогнув, отчего брошенный снежок отклонился от цели и ударил в стену, Кинг пришел в себя и, не глядя на Блоксо Хохотуна, пробормотал:

— Сорри. Сам видишь?

— Вижу что? Пошли отсюда. Мы ему мешаем.

— Да и плевать! — снова завелся Великий Кинг. — Плевать! Плевать! Пусть скажет одно слово! Любое слово! Пусть хоть к чертям меня пошлет! И я сразу уйду! Эй! Скажи что-нибудь! Скажи! Скажи!

Орбит Новос молчал. Дергаясь под ударами снежков, медленно скрываясь во все растущем сугробе, он молчал. Пошевелился лишь раз — достал небольшую бутылочку согревающего средства и сделал глоток. Погода морозная. Если не согреваться — заледенеешь. Глядя на его отрешенное лицо, никак нельзя было поверить, что только что Новос вскакивал во вспышке безумной ярости. Такое лицо скорее подойдет буддийскому монаху, застывшему в многочасовой медитации перед стеной.

— Одно слово! Скажи одно любое слово! — продолжал кричать Кинг, что никак не мог остановиться.

И самое плохое — он не понимал, почему не может прекратить эту ставшую несмешной забаву. Просто не может остановиться, и все. Он просто не может проиграть этой безмолвной безразличной спине.

Следующий снежок летел точно в цель. Но Новоса не коснулся. Разлетелся мелкой снежной пылью в стальной ладони. Отразивший снежок игрок чуть шагнул, загородил собой сидящего у статуи парня. Опустив руки, глянул на Великого Кинга и Блоксо Хохотуна.

— Прекращайте, — пророкотал уверенный голос.

Лица не разглядеть. Не самый дорогой, но вполне приличный железный шлем скрывает голову широкоплечего игрока. Поверх видавших виды доспехов наброшен белый плащ с меховой оторочкой. Игровой ник не прочесть — информация скрыта, над шлемом нет ни единой буковки или цифры.

— Отвали, — окрысился Кинг, пригибаясь и сгребая снег. — Свали к чертям! Прямо щас!

Орбит Новос никак не отреагировал на прикрывшего его игрока. Даже не взглянул. Все его внимание обращено к каменным страницам.

— Здесь можно метать снежки, — попытался решить делом миром Хохотун. — Это Арена Снежков. Просто веселье.

— Веселье? Непохоже. Заканчивайте, парни.

— Отвали! — повторил Кинг. — Имя чего скрыл? Боишься?

— Это временный бафф «Безымянный герой» второй степени, — ровно ответил незнакомец в доспехах. — Получил за выполнение задания. Ну что? Закончили? Сидит парень и сидит. Может, молится за здоровье наше. Чего ему мешать? Прекращайте.

Ответом стали два снежка. Один летел в незнакомца и тот его легко отбил. Другой свечой взлетел в серое небо и отвесно упал, угодив Новосу по макушке. Победивший в короткой дуэли Кинг растянул губы в злорадной усмешке. Не удержавшись, засмеялся и Хохотун — очень уж нелепо дернулся доброхот, понявший, что уберег себя, но не того, кого должен был защищать.

— Ладно, — кивнул получивший урок воин. — Ладно.

— Ладно, — прозвучало от Кинга.

— Ладно, — поддержал приятеля Блоксо, зачерпывая снег. Вот теперь можно и повеселиться — соперник достойный.

Следующие минуты были заняты ожесточенной битвой. Гудящие и свистящие снежки разве что светящиеся следы за собой не оставляли — с такой силой и быстротой метали их два игрока. Воин в доспехах прочно удерживал позицию. И ему удавалось отбивать большую часть снежков — причем благодаря умелой тактике, а не быстроте и ловкости. Незнакомец просто предугадывал следующий прием Хохотуна и Кинга. И с каждой минутой ему это удавалось все лучше, с каждой минутой количество снежков, прошедших сквозь его защиту, уменьшалось. Вскоре из десяти снежков только один попадал в цель. Еще пять минут — и только один из двадцати.

— Прекращайте, — повторил незнакомец во время короткой передышки.

Она требовалась агрессорам — те применили приемы «снежная баня» и «снежный перекресток», что потребовало от них немало движений. Утомились. Восстанавливали бодрость.

— Отвали, — повторил Кинг, упрямо закусивший губу.

Припав на колено, он готовил снежки, уминая их с чрезмерной силой. Рядом сидел в снегу задумчивый Хохотун. Он единственный, кто во время боя обращал внимания на Орбита Новоса. И Хохотун мог поклясться, что еще раз видел мерцающие страницы. И что пара ниш вроде как вздрогнула… равно как и статуи. Он больше не сомневался — Новос сидит перед статуей не просто так. Это не блажь. Не причуда. Но расспросить не удастся — Кинг закусил удила. Снежный бой продолжится.

— Эй! Замерзший! Молчаливый! Чтоб у