Ублюдок - Павел Барчук

свои иллюзии половину жизни провел на лесоповале. Вон он точно мог сделать так, что предметы исчезали. Особенно дорогие. Особенно из чужих квартир. В свое время даже боялся, что в училище из-за него не возьмут. А я лично, например, к иллюзиям не имею никаких способностей.

Остаётся рассчитывать только на Рогатых. В конце концов, они эту кашу заварили, пусть выкручиваются. Может, придумают что-то.

– Прямо сейчас покажите… – Добавила графиня, с корнем вырывая надежду, будто у нас есть время для того, чтоб придумать способ, которым получится ее надурить.

Вот тут проняло нас всех. Кроме Аракчеевой, естественно. Та просто продолжала пялиться в мою сторону с выражением ожидания на своем красивом лице.

Твою ж мать… И что делать? В голову, как назло, упорно лез пацан со шрамом на лбу. Тот самый, из популярного фильма. Много лет назад смотрел его из-за Ленки. Она убивалась по киноэпопее и требовала участия в ее интересах. Ну, зашла блажь у бабы. Типа, не хочу вникать в то, что для нее дорого. Не знаю, почему, но в голове настойчиво крутился образ героя этого фильма. Может, потому что магия. Ему-то нормально было, хоть палочку дали. А тут сидит тетка с рогами и требует волшебства. Чем? У меня только одна палочка, и пока я даже не уверен, что она волшебная. Ну, все… Сейчас нам будем всем тут… Кабзда.

Круто было бы выкрикнуть ту фразу из фильма. Чтоб сначала яркий свет, а потом поскакал…

Моя мысль не дошла до своего логического конца. Причина была уважительная. Гостиная, где мы находились, имела выход на террасу. Огромная терраса с высокими французскими окнами и открытым входом. Вот ровно в тот момент, когда я вспомнил сцену, где пацан гонял по лесу светящееся животное, произошло следующее.

Тюль, которую колыхал ветер, медленно разошлась в стороны и в гостиную вошёл… олень. Млять… Настоящий олень. Он не спеша приблизился к Аракчеевой, цокая копытами по паркетному полу. Замер напротив графини, изучая ее грустными глазами. А потом тряхнул головой и спокойно пошел к стене. Причем, топал вперёд, не останавливаясь. Я думал, сейчас врежется башкой в преграду. Тупой Олень, какой-то. Но животное оказавшись возле стены, просто вошло в нее, как нож в масло. Отвечаю. Просто вошло в стену и исчезло.

– Что это было? – Прозвучал тихий вопрос со стороны главы тайной канцелярии. Она выглядела настолько офигевшей, будто олень, прежде чем исчезнуть, нагадил прямо на дорогой паркет.

– Иллюзия… – Патриарх и сам был, мягко говоря, немного удивлен. Немного, потому что, в отличие от Аракчеевой, просто умел лучше держать себя в руках.

– Княжич, как Вы это сделали? – Графиня повернулась ко мне.

– Кто?! Я?! – Тут же на плечо легла тяжёлая рука Николая и сжала его так, что прострелило до самого копчика. Похоже, он намекает, будто олень и правда мой.

– Вы, Никита Саввович. Конечно, Вы. Никто ведь не умеет создавать иллюзии из воздуха. Причем, настолько реальные. Обычно мы лишь накладываем нужный образ на предметы. Помните, да? – Бормотал Николай за моей спиной, продолжая сжимать плечо. – Что ж Вы себя не жалеете. Разве можно столько сил впустую…

– Господа... – Графиня поднялась на ноги, – Княжич прошел проверку. Иллюзия имеет отчётливые следы его Силы. Приношу свои извинения. Мое ведомство выяснит, кто пытался опорочить род Морозовых. Я вам это обещаю. Ждём Никиту Саввовича в Имперской Академии сегодня. В силу того, что ваш род все же не дворянский, и это будет первый его представитель в заведении, которое славится своими традициями, Княжичу придется пройти ряд испытаний. Сами понимаете... Разрешите откланяться.

Дамочка кивнула головой, словно настоящий гусар, а потом вышла из гостиной, цокая каблуками классических туфель, как тот самый олень. Жаль, не в стену. Я бы не против, чтоб она припечаталась своей высокомерной рожей.

И Николай, и Патриарх молчали, не двигаясь с места, пока звук шагов Аракчеевой не исчез окончательно. Только после этого Седой перевел взгляд на меня.

– Ты как это сделал, убогий?

Глава 6

 – Кто?! Я?!

Повторяю одно и тоже. Как долбаный попугай. Но другой реакции пока нет. Ладно, Аракчеева эта их поверила. Она ни черта не знает. Но эти двое в курсе, от меня не то, чтоб оленя, драного хомячка не дождешься.

– Вы чего? Совсем? Как бы я это сделал?

– Вот и мне непонятно… Как? – Патриарх поднялся резко с кресла, а затем подошёл совсем близко. Опустился на корточки, при этом уставившись мне в глаза.

Что за дебильная у них манера? Нарушать личное пространство. И все время заглядывать прямо в лицо? Я попытался отодвинуться, но дальше спинки кресла никуда не денешься.

– Смотри сюда! – Приказал Морозов.

Несколько минут он тупо что-то разглядывал в моих зрачках Похоже, не нашел ничего, кроме самих зрачков. Если вспомнить, как тщательно люди старались не сталкиваться взглядами с тем же Николаем, это – способ залезть в башку человеку. Однако, судя по кислому лицу Патриарха, у него это снова не получилось.

– Интересный ты человек, Егор… Твои мысли – пустота. Слышно только лёгкий шум на заднем фоне. Могу допустить, что это – последствия болезни. Но ведь сейчас с головой все в порядке. Благодаря удивительному "чуду"...

Седой усмехнулся. Намек был даже не тонкий. Он вполне открыто дал понять, что чудеса – тема левая и он в нее не верит. Особенно, в отношении меня. Нормально, да? Мужик с рогами на голове, чьи предки родились от настоящего демона. Уж не знаю, каким образом это происходило. И знать не хочу. Извращенцы. И вот он мне сейчас про чудеса тут рассказывает.

– Так вот… По всем законам Силы, я должен тебя слышать, а все равно – тишина. – Продолжал свою речь Патриарх, – Теперь этот олень… Чтоб ты понимал. Ничего подобного лет триста не бывало. Принцип существования любой иллюзии – это маска, образ, который мы накладываем на нужный предмет. Из воздуха ее невозможно сделать. И уж тем более, без основы. Создать такое мог бы только Герцог Ада. Ты же не Герцог Ада?

Морозов спросил, но сам тут же усмехнулся и покачал головой. Ясное дело. Это звучало глупо.

– Нет. Ты не Герцог. – Ответил он сам. От меня ответа никто не ждал, поэтому я вообще помалкивал.

– А вот кто ты такой, Егор… На самом