Схватка профессионалов - Анатолий Антонов

Коммандос действовали по всем правилам военного искусства, использовали все меры предосторожности и, видимо, не собирались давать возможному противнику ни единого шанса на победу. Саша покосился на «Калашникова» в своих руках и только вздохнул. Связываться с таким противником Саша не пожелал бы и врагу.

Между тем двое «пятнистых» у тягача, подойдя вплотную к дверям, одновременно распахнули их и взмахнули руками. В дверные проемы заднего отсека и кабины грузовика полетели два черных предмета. «Пятнистые» тут же вновь захлопнули двери и быстро отскочили в стороны. Через пару секунд в обеих кабинах раздались приглушенные хлопки взрывов и сверкнули ослепительные вспышки.

В ту же секунду оба солдата, бросившие светошумовые гранаты, рванулись к дверям кабин. В руках у боевиков теперь уже были пистолеты-пулеметы. «Пятнистые» рывком распахнули обе двери и через валивший из кабин дым открыли огонь.

«Да, — подумал Саша, — эти ребята не спешат и привыкли действовать наверняка».

Крупнокалиберные пули жужжащим роем наполнили задний отсек и кабину грузовика. Однако живых там уже никого не было. Пули калибра 9 мм впивались в неподвижные тела двух людей в черной форме, лежащих на сиденьях в водительской кабине. В заднем отсеке на полу неподвижно лежали еще двое «черных». Тем не менее оба «пятнистых» стреляли, не останавливаясь, и тщательно прочесывали пулями обе кабины. В воздух летели во все стороны осколки пластмассы, брызги крови убитых и клочья какого-то тряпья.

Отстрелявшись и опустошив обоймы своих пистолетов-пулеметов до конца, «пятнистые» перезарядили их и тут же быстро полезли внутрь. Один из них забрался в водительскую кабину, а второй — в задний отсек.

Через пару минут они вылезли обратно и стали внимательно осматривать тягач снаружи. Лежащие на дороге солдаты, которые осуществляли их прикрытие, поднялись и заняли позиции «с колена» по обеим сторонам дороги.

Саша все так же неподвижно лежал на горячем асфальте у дымящегося автобуса. Он даже и подумать не мог куда-то двигаться, опасаясь привлечь к себе внимание.

Вдруг он увидел, как из черного дыма, затянувшего серебристый трейлер, медленно появился большой хромированный бампер, как у внедорожника. Так оно и оказалось. Сверкающий бампер и на самом деле украшал переднюю часть джипа. Он выбрался на освещенную солнцем дорогу и остановился у глубокой воронки от ракеты.

Джип показался Саше довольно большим. Черная краска его чисто вымытого кузова ярко блестела на солнце. Даже издалека Саша узнал самый большой внедорожник в мире — Ford Excursion.

Дверь машины со стороны водителя приоткрылась, и из внедорожника, не спеша, вылез высокий мужчина атлетического телосложения в таком же, как и у всех остальных «пятнистых», светлом камуфляже. По тому, как отреагировали на его появление остальные коммандос, Саша понял: это был их командир. Хотя они и не стали отдавать ему честь, но как-то непроизвольно выпрямились и напряглись. В это время из-за прицепа грузовика вышел еще один «пятнистый». Он быстро прошел вдоль прицепа, подошел к только что вылезшему из внедорожника человеку и принялся что-то ему торопливо докладывать.

— Товарищ полковник, в прицепе обнаружено взрывное устройство, — сказал обратившийся к командиру боевик. — Оно активировано и готово к взрыву. Отключить его или извлечь из прицепа мы не можем. До срабатывания взрывного устройства осталось десять минут и около сорока секунд. Там мы нашли одного из сопровождающих. Он что-то хотел вам сказать. Говорит, что может его отключить, но, как это сделать, скажет только вам.

Выслушав его доклад, командир тут же повернулся и вместе с этим бойцом исчез в дыму за прицепом. Что там происходило дальше, Саша уже не видел.

А в это время командир «пятнистых» подошел к приоткрытой задней двери прицепа и заглянул внутрь. Там дыма почти не было, так как двери были приоткрыты.

Командир увидел лежащего на полу прицепа одного из боевиков «черных». По всей видимости, тот был убит, под его телом скопилась уже довольно большая лужа крови.

Чуть дальше в прицепе стоял черный «Хаммер», наподобие тех, которые используются в армии США. Только этот «Хаммер» был изготовлен с полностью закрытым кузовом, типа «фургон». На полу прицепа рядом с «Хаммером» командир заметил еще несколько тел боевиков в черном обмундировании. Почти сразу за вездеходом стояла какая-то пусковая установка довольно сложной конструкции, а прямо над ней в потолке прицепа широким отверстием зиял открытый люк.

Еще дальше, за пусковой установкой, ближе к кабине, на полу прицепа стояли ряды аккуратно сложенных ящиков. Они были разных размеров, сделаны из досок и покрашены зеленой, серой и коричневой краской.

Сверху ящики, чтобы не сдвигались, были тщательно закреплены прочной крупноячеистой сеткой. Поэтому, даже несмотря на аварию, ящики сдвинулись с места совсем немного.

— Он здесь, командир! — Один из «пятнистых», находящийся в прицепе, увидел подошедшего к прицепу полковника и подошел к дверям прицепа. Он протянул полковнику руку.

Забравшись в прицеп, полковник пробрался между стенкой прицепа и «Хаммером» и увидел еще одного боевика в черной форме. Тот лежал на полу за пусковой установкой, рядом с ящиками. На его груди медленно расплывалось красное пятно крови. Рядом с ним стояли с пистолетами-пулеметами в руках двое коммандос и смотрели на раненого.

— Так что он хотел мне сказать? — спросил командир «пятнистых».

— Он говорит, что прицеп заминирован, и часовой механизм уже запущен, — почтительным голосом доложил ему один из коммандос.

— Мне об этом уже доложили. Где взрывное устройство? — спросил командир.

Вместо ответа боевик протянул руку, и командир увидел на стенке прицепа небольшой пульт управления, напоминающий клавиатуру компьютера, над которым был расположен маленький дисплей, на нем маленькими красными цифрами горели минуты и секунды таймера. Таймер и точно был уже запущен.

— Спросите у него, как остановить этот таймер. — В голосе командира послышался металл, а выражение его лица было такое же невозмутимое и холодное, как и раньше.

— Мы спрашивали, — пожал плечами боевик, — но он не говорит. — Боевик кивнул на раненого. — Он говорит, что скажет об этом только вам. Мы побоялись на него слишком сильно «давить». У него серьезное пулевое ранение в грудь, он и так в любой момент может загнуться.

Командир опять поморщился, но ничего не сказал. Немного подумав, он склонился над раненым и спросил:

— Скажите мне, как выключается этот таймер?

Раненый глубоко вздохнул. Из его рта на подбородок текла тоненькая струйка крови.

— Вы должны мне помочь, — еле слышно сказал он. — Я не военный… Я гражданский… Я инженер и просто сопровождал этот груз… — Раненый говорил с перерывами, и было видно, что ему тяжело дается каждое слово. — Меня ранили… Но я не оказывал сопротивления… Я…

— Как отключить таймер? — повторил командир.

— Вы должны мне помочь… Обещайте мне… — Раненый закашлялся, и струйка крови из его рта потекла сильнее.

Командир посмотрел на таймер. Теперь на нем оставалось уже меньше восьми минут.

— Мы окажем вам всю необходимую помощь. А теперь скажите мне, как отключить этот таймер.

— Я… Я скажу вам… — Раненый опять закашлялся, и струйка крови у него изо рта стала еще толще. — Наклонитесь, мне тяжело… говорить. — Теперь он уже почти шептал.

Командир повернулся к боевику:

— Подожди меня снаружи.

Боевик послушно повернулся кругом и направился к дверям прицепа. Он боком протиснулся мимо «Хаммера», приоткрыл двери и спрыгнул вниз, на обочину. Снаружи по-прежнему было очень дымно, видимость с каждой минутой все ухудшалась и ухудшалась.

Напротив грузовика с обеих сторон дороги горел ковыль, но в непосредственной близости огня уже не было. Здесь все, что могло гореть — а в основном это была сухая трава, — выгорело до корней, и огонь стал распространяться в другие стороны, уходя все дальше в степь.

Боевик крепче сжал в руках свой пистолет-пулемет и настороженно огляделся по сторонам. В дыму он чувствовал себя не очень уверенно и опасался возможного нападения.

Когда совсем рядом с ним грохнул одиночный выстрел, он так вздрогнул, что чуть не нажал на спусковой крючок своего пистолета-пулемета. И только через мгновение он понял, что это стреляли в прицепе. Боевик сразу догадался, что произошло. Тем не менее он взял на изготовку свой пистолет-пулемет и, обернувшись лицом к прицепу, отступил на пару шагов от него. Мимо «Хаммера» протиснулся их командир.

Он направился к дверцам прицепа, на ходу засовывая в наплечную кобуру свой пистолет. Потом спрыгнул на шоссе и, вытирая брызги крови со своего лица, хладнокровно сказал бойцу: