Свободное владение Фарнхэма - Роберт Хайнлайн

– Барбара?

– Да, да!

– Вы в порядке?

– Я-то в порядке, да с Хью плохо. По-моему, он мертв. – Спокойно. Как только я найду свои брюки, я зажгу спичку – если конечно мне удастся перевернуться с головы на ноги. Я стою на ней.

– Хьюберт! ХЬЮБЕРТ!

– Да, мамочка! Подожди. – Грэйс продолжала вскрикивать. Дьюк как мог пытался успокоить ее, одновременно проклиная темноту. Барбара немного освоилась со своим положением, попыталась слезть с груды баллонов, ударилась обо что-то подбородком и, наконец, ощутила под собой ровную поверхность. Что это такое она понять не могла. Поверхность была наклонной.

Дьюк воскликнул:

– Наконец-то! Вот они! – вспыхнула спичка. Пламя было ярким, так как воздух перенасытился кислородом.

– Голос Джо произнес:

– Лучше ее погасить. А то может случиться пожар. – Тьму прорезал луч фонарика.

Барбара позвала:

– Джо! Помоги мне с Хью!

– Сейчас. Только сначала попробую наладить свет.

– Может быть, он умирает.

– Все равно без света ничего не сделаешь.

Барбара замолчала и снова попыталась прослушать сердцебиение – наконец-то нашла его и всхлипывая, обхватила голову Хью.

В мужском отсеке вспыхнул свет. Но и до Барбары его доходило столько, что она, наконец, получила возможность оглядеться. Пол убежища теперь находился под углом градусов в тридцать. Она, Хью, стальные баллоны, бак с водой и все остальное громоздилось бесформенной кучей в нижнем углу. Бак дал течь и теперь вода залила весь туалет. Если бы пол наклонился в другую сторону, они с Хью были бы похоронены под кучей железных баллонов и затоплены водой.

Через несколько минут до нее добрались Джо и Дьюк, с трудом преодолев перекосившуюся дверь. В руке у Джо была переносная лампа. Дьюк сказал Джо: – Как же мы его понесем?

– Его нельзя трогать. Вдруг поврежден позвоночник!

– Все равно, нужно его отсюда унести.

– Никуда мы его не понесем, – твердо сказал Джо. – Барбара, вы передвигали его?

– Только клала его голову себе на колени.

– В таком случае, больше его не шевелите, – Джо принялся осматривать своего пациента, касаясь его мягкими движениями рук. – Больших повреждений как будто нет, – наконец решил он. – Барбара, если можете, посидите в том же положении до тех пор, пока он не придет в себя. После этого я смогу проверить его глазные яблоки, чтобы определить; сильно он контужен или нет, как у него с координацией движений и все такое прочее.

– Конечно, я посижу. Еще кто-нибудь пострадал?

– Ничего заслуживающего внимания, – уверил ее Дьюк. – Джо считает, что сломал пару ребер, а я немного повредил плечо. Мать просто откатилась к стене. Сестричка сейчас ее успокаивает. Сестра тоже в полном порядке, если не считать синяка на голове. На нее свалилась консервная банка. А вы сами-то как?

– Только ушибы. Мы с Хью как раз играли в солитер для двоих и пытались не растаять от жары, когда нас накрыло. – Она попыталась представить, как долго протянет эта ложь. Но Дьюк, кажется, принял ее очень спокойно. Джо был в одних трусах. Она добавила:

– А как кот? С ним ничего не случилось?

– Если не ошибаюсь, доктор Ливингстон, – серьезно ответил Джо, – избежал повреждений. Но он очень расстроен тем, что его тазик с песком перевернулся. Так что в настоящее время он чистится и проклинает все на свете.

– Я рада, что он не пострадал.

– А вы заметили что-либо необычного в этом взрыве?

– Чего именно, Джо? Мне только показалось, что он был самым сильным из всех. Намного сильнее предыдущих.

– Да. Но не было никакого грохота. Просто один большой, огромный взрыв, а потом… ничего.

– И что это значит?

– Не знаю, Барбара. Так вы можете еще немного посидеть? Я хочу попытаться восстановить освещение и определить ущерб. Заодно и посмотрим, что можно привести в божеский вид.

– Я буду сидеть, как каменная. – Ей показалось, что Хью задышал спокойнее. В тишине она услышала биение его сердца. Тогда она решила, что ей больше не от чего быть несчастной. К ней пробралась Карен с фонариком, осторожно передвигаясь по наклонному полу.

– Как там отец?

– Все так же.

– Скорее всего, ушиб голову, как и я. А ты как? – Она фонариком осветила Барбару.

– Все хорошо.

– Слава богу! Я рада, что ты тоже в чем мать родила. Никак не могла найти свои трусики. Джо так старается не смотреть в мою сторону, что на него просто больно глядеть. Все-таки странный он какой-то!

– Я совершенно не представляю, где моя одежда.

– Одним словом, единственный из нас обладатель трусов – это Джо. А что с тобой случилось? Ты спала?

– Нет. Я была здесь. Мы разговаривали.

– Х-м-м… Обвинение утверждает обратное. Не волнуйся, я никому не открою твою страшную тайну. Мама ничего не узнает – я сделала ей еще один укол.

– А тебе не кажется, что твои выводы слишком поспешны?

– Делать выводы – мое любимое развлечение. И я уверена, что мои непристойные предположения верны. Очень жаль, что я спала этой ночью. Тем более, что эта ночь, скорее всего наша последняя. – Она придвинулась к Барбаре и чмокнула ее. – Я тебя очень люблю.

– Спасибо, Карен. Я тоже люблю тебя.

– Прекрасно. Тогда давай не будем хоронить себя заживо, а порадуемся лучше тому, какими мы оказались отважными ребятами. Ты сумела осчастливить отца тем, что дала возможность разыграть шлем. И если ты смогла сделать его еще счастливее, то я этому только рада. – Она поморщилась. – Ну, ладно. Пойду разбирать припасы. Если папочка очнется, позови. – Она вышла. – Барбара!

– Да, Хью? Да!

– Не так громко. Я слышал, что говорила моя дочь.

– Слышал?

– Да. Она джентльмен по натуре. Барбара? Я люблю тебя. Может быть у меня не будет другой возможности сказать тебе это.

– Я тоже люблю тебя.

– Милая.

– Позвать остальных?

– Подожди немного. Тебе так удобно.

– Очень!

– Тогда позволь мне немного отдохнуть. А то я совсем ошалел.

– Отдыхай, сколько хочешь. Кстати, попробуй пошевелить пальцами ног. У тебя где-нибудь болит?

– О, болит у меня много где, но к счастью, не слишком сильно. Подожди-ка… Да, вроде все мои конечности в порядке. Теперь можешь звать Джо.

– Особенно спешить некуда.

– Но лучше все-таки позови его. Кое-что нужно сделать.

Вскоре мистер Фарнхэм полностью оправился. Джо потребовал, чтобы он продемонстрировал свою невредимость: оказалось, что и в самом деле кроме большого количества синяков мистер Фарнхэм во время взрыва не получил ничего более серьезного – ни переломов, ни сотрясения мозга. Барбара втайне от всех пришла к заключению, что Хью приземлился на кучу баллонов, а она упала на него сверху. Впрочем, обсуждать это предположение она ни с кем не стала.