Обещание тигра (ЛП) - Хоук Коллин

Кишан, казалось, чувствовал мое облегчение от того, что он рядом, и когда мы так гуляли, я почти забывала, что с нами Хаджари. Рядом с Кишаном я чувствовала себя безопасно. Так же я чувствовала себя в саду. И это было не потому, что он был сильным, причина крылась в чем-то другом. Я лишь на третий день поняла, что рядом с ним я чувствую надежду. Никто, будучи рядом с Кишаном, не ног не ощутить его устойчивость, словно он корнями держался за землю.

Словно у деревьев, его корни уходили глубоко в землю, и я грезила, что если он обнимет меня, то сможет спрятать меня своими ветвями, укрыть от всего мира. Ничто не могло пошатнуть его равновесие. Он ничего не боялся. Когда он общался с солдатами, я видела, что они уважают его и полностью ему доверяют.

Более того, я была так близко к тому, чтобы испытывать к нему те же чувства.

И как-то слишком быстро Дэчень сообщила, что готов караван, что отвезет меня на встречу с Диреном. Когда я устроилась в экипаже, я подняла занавески, ища лицо Кишана, но он не пришел проводить меня. Я говорила себе, что это только к лучшему, и приготовилась к долгому путешествию к дальнему краю империи.

Когда я встретила Дирена, я была поражена его красотой. Он был больше похож на мать, чем на отца. Его глаза были поразительно синими, и хотя они были добрыми, я скучала по теплу золотого взгляда Кишана. Мы долго говорили. Он был вежливым, хорошо воспитанным, таким, какого полюбит любая женщина. И хотя я внимательно следила за ним все то время, что мы были вместе, я ни разу не увидела на его шее шнурок, указывающий на то, что он носит часть амулета, что искал мой отец.

Как и ожидалось, он был недоволен сложностями в отношениях с армией моего отца, но он ни разу не обвинил меня в этом, как и не обсуждал дипломатическую сторону нашего союза. Он только сказал, что ждет нашей свадьбы, что надеется, что мы будем счастливы вместе.

Нужные документы были подписаны, и он вежливо убедился, что у меня будут все удобства на обратном пути, но когда он прижал губы к моей ладони на прощание, я чувствовала лишь сожаление. Он был хорошим, даже замечательным человеком. Тем, кто так сильно отличался от моего отца, как ночь от дня. И от этого мне еще сложнее было выносить свою причастность к планам отца. Вернувшись, я не пробыла и дня во дворце без визита отца, но в этот раз встреча была официальной.

Шесть

Предательство

Посланник принес во дворец весть, что Дирен согласился на свадьбу, за несколько дней до моего прибытия, и в предвкушении объявления об этом уведомили моего отца. Утром после моего возвращения меня вызвали в зал императора. Кишан чуть не сбил меня по пути туда.

Он был зол, не самая редкая эмоция, вызванная присутствием моего отца, но когда он заметил меня, лишь коротко скользнул взглядом и отвернулся. Словно он больше не мог смотреть на меня, и эта мысль пронзала меня болью от тысячи иголок. Меня так поглотило это чувство, что я забыла о присутствии отца.

Локеш приблизился, когда Кишан быстро покинул комнату.

- Джесубай. Приятно видеть, что ты здорова, дорогая, - сказал он, словно был рад меня видеть. Но за этой маской его глаза маниакально блестели, и я могла видеть предзнаменования ужасных грядущих событий.

- Отец, - сказала я, склонив голову. – Надеюсь, путешествие прошло спокойно?

- Так и есть. Мои поздравления. Ваша помолвка принесет праздник обоим царствам.

- Да, - ответил Раджарам. – Мы будем праздновать ночью.

Отец крепко схватил меня за руку, и складки одежды скрывали это.

- Очень хорошо, - сказал он. – Может, позже мы обсудим, когда ваш сын будет готов закрепить союз?

- Уверяю вас, помолвка с Джесубай будет для сына на первом месте, - сказала Дэчень. – И, уверена, как только позволят обстоятельства, он вернется домой и сыграет свадьбу.

Локеш одарил Дэчень слащавой улыбкой, что плохо скрывала ухмылку.

- Тогда встретимся ночью, а пока я уделю время своей дочери.

Спокойное выражение лица Дэчент стало хмурым, она поднялась с трона.

- Если вы не возражаете, я бы хотела пообщаться с ней днем. Мне нравятся наши беседы.

- Конечно, - Локеш слегка поклонился, и потом развернулся и покинул комнату, уводя за собой меня. Он ничего не говорил и даже отпустил Хаджари, пока мы вышли из дворца, удаляясь подальше от солдат, охранявших его. Когда он убедился, что мы достаточно далеко, он отпустил меня и встал спиной ко мне, словно разглядывал землю и сад неподалеку. Уперев руки в бока, он медленно развернулся, его взгляд пробежал по всему вокруг нас, а потом остановился на мне. И меня поразило выражение его лица. Он был… счастливым.

- Хорошо сработано, - сказал он.

- Приятно слышать, что ты рад, отец.

- Каким-то образом ты добилась большего, чем я ожидал. Похоже, твоя красота все же чего-то стоит.

Я никогда не видела отца в таком настроении. Он едва не танцевал от восторга.

- Ты не только подписала договор о браке со старшим принцем, но и его младшего брата в себя влюбить успела. Он почти молил меня выбрать его вместо Дирена. Я, конечно, настоял, что Дирен станет тебе лучшей парой. Я не хочу никаких сомнений в твоем будущем статусе.

Кишан хотел меня? В сердце развязался маленький узелок надежды. На мгновение я вспомнила, как император обнимал свою царицу, и подумала, может ли существовать хоть крошечная возможность того, что Кишан когда-нибудь меня так обнимет.

Отец перебил мои мысли.

- Дэчень ты тоже понравилась. Я и не мог рассчитывать на лучшую ситуацию. А потому наш план изменился. Ты отравишь этой ночью младшего принца и его отца, а потом выйдешь замуж за старшего. Если я смогу использовать его, я дам ему выжить. Он показал себя довольно надежным военным начальником.

Убить Кишана? Он хотел, чтобы я убила его?

- Нет! – закричала я и закрыла ладонями рот, и его проницательный взгляд остановился на мне.

- Что ты сказала? – спросил он низким угрожающим голосом.

Стремясь защитить не себя, но Кишана, я сказала единственную вещь, что могла отвечь его.

- У младшего принца есть, по меньшей мере, один амулет. Я его видела. Ты не можешь его убить, пока мы не узнаем, где другой.

Отец замолчал и, осмелев, я шагнула к нему и положила ладонь на его руку.

- Кишаном можно… управлять. Может, я смогу узнать, где второй фрагмент. Честно говоря, я не уверена, что у меня будет такое же влияние на Дирена, он добрый, но не смотрит на меня с тем же огнем, как Кишан.

- А ты хитрее, чем я о тебе думал, Джесубай, но ты ведь все же моя дочь. Хорошо, используй свои уловки, чтобы узнать, где второй амулет, и сообщи мне об этом немедленно.

- А что насчет императора?

- А что с ним?

- Если я убью его, на нас лягут подозрения. С принцами справиться будет проще, если усыпить их бдительность.

Отец замер, его тело напряглось. Он не привык, чтобы я говорила с ним в такой манере, но он и не запрещал мне отвечать, а еще я все еще была ему нужна для его целей. Синие искры осветили кончики его пальцев. Я видела их уголком глаза, но знала, что лучше не реагировать на его силу. Он обуздал себя и сказал:

- Что ж, пока что пусть вся семья Раджарамов живет. Работай над младшим принцем, пока Дирен не приедет, и жди дальнейших указаний.

Склонив голову, я сказала:

- Как тебе будет угодно.

- А теперь возвращайся во дворец и поведи день рядом с царицей. Расскажи ей о моих… достижениях, - он отвернулся, показывая, что я могу идти, и я поспешила отправиться во дворец.

Этой ночью мы ужинали вместе, одной большой счастливой семьей, и хотя Кишан совсем на меня не смотрел, отец почти постоянно кидал на меня взгляды. Хаджари стоял за спиной моего отца, в его глазах читались угрозы, которые он намеревался исполнить, едва застанет меня одну. Он был тем человеком, которого я убила бы без угрызений совести.

Отец собирался уезжать завтра. Когда на рассвете в мою дверь постучали, я решила, что это он, но, к моему удивлению, это была Дэчень, и она была одна.