Стать победителем - Юрий Иванович

– Да вот думаем: а зачем нам, собственно, этот щит? Мы ведь в полной темноте можем рассмотреть врага, а сил и выносливости у нас больше, чем у кого бы то ни было.

Опытная, прославленная воительница стала краснеть от гнева:

– Что за глупые разговоры? Чего это вы о себе возомнили? Да любой нормальный человек, а уж тем более сражающийся с аспидами рода человеческого просто обязан укреплять свое тело всеми возможными способами! Думаете, коль вам до этой поры везло, то и дальше победы будут даваться легко и с наскока? А фигушки! Да только пару раз схлестнетесь со зроаками в рукопашной – сразу меня поймете! – И уже с издевкой, с едким сарказмом добавила: – Смотрите на них! Кривятся они!

Катерина сообразила, что надо возразить в ответ:

– А как же самочувствие? Целый год мы будем тощими, слабыми, с приступами тошноты и аллергии. Какие могут быть сражения при этом?

– Ха! Как ни странно, даже похудев и с плохим самочувствием, но вы будете сражаться гораздо лучше, интенсивнее и результативнее. Состояние срастания со щитом ни в коем случае не влияет плохо на запал боя и движения человека в экстренных ситуациях. Проверено, доказано, обосновано.

– Но Дроон говорил, что мы и так…

– Мне плевать, что вам говорил Олкаф и кем считаете вы себя сами! Если у вас имеются некие врожденные способности, то это не значит, что шанс их удвоить надо игнорировать по причине неуместной брезгливости. Поэтому еще раз и очень жестко настаиваю: следить в оба и, как только появляется возможность, прикладывать все силы для поимки крысы-пилап. Во времена моей трагической молодости многие представители рода Грозовых могли бы и выжить в жестоких поединках, уйти от погони или раньше убить своих врагов – будь они носителями первого щита. А тоже, как и вы, все считали себя непобедимыми. Как итог: у меня теперь никого нет, кроме вас. Так что прекращаем всякие споры на эту тему и приступаем к поискам древнего прохода.

Трио Ивлаевых синхронно вздохнуло, но спорить с Апашой, возомнившей себя их опекуншей и главой рода, не стали. Хотя каждая про себя подумала примерно одинаково: «Если эти крыски такая уж большая редкость, то и нам они вряд ли попадутся. Так зачем ругаться на эту тему заранее?»

Зуава тем временем достала ветхую, удивительно как не расползшуюся от времени карту, бережно разложила ее на валуне и одним только строгим взглядом поманила девушек ближе.

– В прошлый раз, будучи здесь несколько лет назад, я успела исследовать вот этот край горного кряжа. – Она пальцем водила над картой, обозначая квадраты прошлых поисков. – Теперь мы начнем вот с этой точки. Здесь скала в виде орлиного клюва, чуть поднимемся по урочищу и ее увидим. От скалы начинаем продвигаться влево, исследуя каждую щель, расселину или отнорок. Прежде чем куда-то заползти, ждем появления остальных и четко показываем свое направление и пространство поиска. Если ход простирается слишком далеко или превращается в лабиринт, помечаем знаками все повороты, перекрестки и возвращаемся наружу после продвижения по времени не более чем десять минут. Подобные места следует исследовать в одной команде.

– Мы видели горных шакалов, – напомнила Катерина, – а Олкаф упоминал про каких-то медведей.

– Насчет медведей, – улыбнулась Апаша, – так это я сама слухи давно и упорно распространяю: меньше будет желающих соваться в пещеры. Медведи дальше к югу есть, в лесах в центре Ничейных земель их полно. А вот с шакалами советую вести себя очень осторожно. Они на людей нападают редко, но если вдруг нарветесь на их обитель, то, не вступая в схватку, лучше сразу отступить. Как правило, они не преследуют человека, а остаются и дальше на своей территории. Но если их долго дразнить или начать убивать у самой норы с детенышами, то они издают вой призыва, на который может сбежаться целая стая иных, обезумевших от злости шакалов. Вот тогда и самый умелый воин будет не в силах совладать с зубастой и когтистой сворой. Да и мы все четверо можем не справиться.

Напоследок зуава подробно пояснила все самые эффектные удары против шакалов и даже медведей, посоветовала не бить хищников факелом, а стараться просто ослепить. Иначе при ударе огонь погаснет, и человек, если он один, оказавшись в полной темноте, становится легкой добычей даже пары-тройки шакалов.

Коней оставили в пустынном, но довольно удобном гроте в самом конце урочища. Главное, что тех теперь нельзя было обнаружить с воздуха, ведь появление здесь кречей-разведчиков могло оказаться самым опасным и нежелательным для квартета. Тогда как от мелкой напасти и даже более крупного хищника боевые красавцы керьюги и сами вполне могли отбиться копытами. Конь зуавы, более огромный и массивный, вообще имел боевой опыт более пяти лет и со своей хитростью и сообразительностью мог не только с неосторожным человеком справиться, но и со зроаком. По крайней мере, так утверждала его хозяйка. Пристяжные лошади, груженные овсом и массой иного полезного для лазания по скалам имущества, были поставлены в самую глубину грота. И только затем все четыре искательницы сокровищ двинулись на поиски вожделенного прохода.

Понятное дело, что девушки, по своей молодости и наивности, рассчитывали добиться успеха если не в первой найденной щели, то уж во втором проходе или в третьей пещерке точно. Но ничего, кроме нескольких бескровных встреч с одиночными шакалами, не произошло. Зато намучились изрядно, вывалялись в пыли, взмокли, растрепали несколько прически, и теперь волосы непокорно выбивались из-под беретов.

Поэтому когда через четыре часа продвинулись несколько севернее, поставили коней в новом гроте и устроили себе обед, Апаша своих нечаянных родственниц решила подбодрить:

– Ну и чего вы такие хмурые и кислые? Мне тут пришлось два дня на коленках ползать при поисках, а мы сейчас то же самое пространство обыскали всего лишь за несколько часов.

– И никакого толка! – в сердцах воскликнула Катерина.

– Только вымотались и стали похожи на шахтеров, – проворчала Вера.

Им вторила Мария, отстраненно пытаясь размять в руках полоску жесткого вяленого мяса:

– Точно! Если кто нас увидит, испугается больше, чем медведей. И вообще, вдруг прохода никогда не было, а легенду про сокровища кто-то выдумал?

Зуава осуждающе покачала головой:

– Поражаюсь! Мы на таком ответственном деле, а они думают о своей внешности и соблазнительности! Вот детство у вас еще играет!.. Малышки мои, сокровища есть, не сомневайтесь. И когда на вас будет одно из древних колье нашего рода, то вас любой признает поцарницей, будь вы при этом хоть три года немытые.

Все три Ивлаевы на такое сравнение только недовольно замычали с набитыми ртами, потому что мясо жевалось очень трудно, а выплюнуть его было жалко. В то, что они в любом случае выглядят не хуже поцарниц, как в этом мире называли принцесс, они и так верили. Но сама мысль долго оставаться без мытья и сравнение с малышками возмущали их до глубины души. Только вроде помирились с Грозовой, а она уже присвоила себе право считать их младшими, полностью подчиненными по праву старшинства в семье.