Короли улиц - Саша Южный

В понедельник Вечер пришел на тренировку, немного опоздав. Пришлось разбираться с клиентом, который купил у Душевного сразу пять граммов кокса для вечеринки, которую устраивал в честь своего восемнадцатилетия, но расплатился только частично, дав в залог мамин перстень из белого золота с большим топазом. Мамаша обнаружила пропажу неожиданно быстро, чего восемнадцатилетний балбес никак не ожидал. Теперь он просил вернуть перстень, но денег для покрытия долга у него не было. Он просил отсрочки до следующей пятницы. Душевный отказался вернуть залог без денег. Тогда этот прыщавый хмырь пообещал сообщить в милицию. Душевный сказал, что пошел за перстнем, а сам направился к Вечеру.

— Часто берет? — спросил тот.

— Регулярно. И много. Наверное, на кого-то еще. Одному ему столько не всосать. Может, скидывает кому со своей наценкой.

— Выходит, клиент стоящий, — отметил Вечер.

Душевный кивнул.

— Где он? — спросил Вечер.

— Да в скверике тут неподалеку оставил.

— Пошли, — сказал Вечер, доставая со шкафа коробку с мечом.

К скверу они подошли уже в сумерках.

— Вон, — указал Душевный в сторону фигуры, смутно видневшейся на лавочке.

— Как его зовут? — спросил Вечер.

— Руслан.

— Иди заговори ему зубы, я сейчас буду.

Душевный направился к лавке.

Вечер, чуть обождав, с мечом подкрался с тыла и быстрым движением завел клинок под горло парню.

— Сиди тихо, Руслан, — предупредил он. — А то порежешься. Сколько ты должен?

— Двести пятьдесят баксов.

— Когда отдашь? — Вечер плотней прижал меч к горлу парня.

— В следующую пятницу.

— Реально?

— Реально.

— Договорились. Но смотри, Руслан, если не отдашь, вот этой самой штукой тебе два пальца отсекут. Договорились?

— Да, — невольно отстраняясь назад от меча, произнес Руслан.

— Отдай ему перстень, — сказал Вечер Душевному и затем снова обратился к парню: — Сиди тихо, не оборачивайся, если не хочешь, чтобы тебе прямо сейчас что-нибудь отсекли.

Вечер неслышно отошел назад и через кусты выбрался на асфальт.

Когда он входил в зал, там уже шла разминка.

После тренировки Вечер достал из коробки меч и показал его тренеру. Тот взял клинок в руки, покачал, проверяя балансировку, сделал несколько выпадов, а затем принялся рубить воздух вокруг себя. Их окружил народ.

— Настоящее оружие, — сказал тренер, отдавая меч Вечеру. — Недешево стоит. Где взял?

— Подарили на день рождения, — ответил тот, убирая меч в коробку.

Когда Вечер спускался вниз по лестнице, возле него возник Машинский.

— Макс поговорить с тобой хочет, — сказал он, — Сядь к нам в машину.

Вечер даже не удивился. «Клиент созрел», — подумал он.

Макс сидел уже в машине. Вечер молча устроился рядом с ним на переднем сиденье, Машинский скрючился в три погибели сзади.

— Как тебя зовут? — поинтересовался Макс, трогая машину.

— Вечер.

— Шутка?

— Вполне серьезно.

— Ладно. Что будем делать, Вечер?

— А что нам делать? — деланно удивился Вечер. — Силами мы уже померились. Теперь знаем, что на равных. Поедем, я тут хорошее место знаю. У бармена под прилавком для своих всегда найдется бутылка отличного вина. Посидим. — Вечер повернулся к Максу: — Ты это имел в виду?

— Ну, в общем-то, да.

В «Парадоксе» было шумно. Вечер, посадив Макса с Машинским за столик, направился к стойке, на ходу здороваясь с присутствующими в баре югами.

Парадокс заметил Вечера, подмигнул ему и кивнул в сторону Макса с Машинским:

— Тоже твои друзья?

— Враги, — твердо произнес Вечер. — Мне рисануться перед ними нужно. Для дела.

Парадокс внимательно посмотрел на него и нырнул под стойку. Выставляя перед Вечером две бутылки «Ай Сереза», он поправил бабочку на рубашке и произнес:

— Больше врагов не приводи.

— Договорились, — ответил Вечер, кладя на стойку деньги.

Часом позже, когда бутылки опустели, Макс, морда которого уже заметно порозовела, спросил:

— Послушай, Вечер, как это у тебя получается?

— Что именно?

— Ну, у тебя в друзьях взрослые парни, они старше даже нас с Машиной. Как я понимаю, это серьезные люди. У тебя водятся деньги, немалые для твоего возраста, ну и прочее… сам знаешь что.

Вечер знал. Макс намекал на мертвеца в его машине. А чтобы такое для тебя сделали, надо быть не последним человеком.

— А у меня есть друг. Когда трудно, я зову его на помощь, — ответил он.

— Какой еще друг? — не понял Макс.

Вечер, сделав паузу, достал из кармана пакетик с кокаином и положил перед Максом.

— Вот он. Ты никогда не пробовал? Зря. Один вдох, и тебе все нипочем. Сразу получаешь высвобождение скрытых в себе возможностей и прочего, о чем нам говорит тренер в зале. Только по его методу ты их до седых волос будешь высвобождать, а тут сразу. Хотите попробовать?

— Кокс, что ли? — Макс с Машинским переглянулись.

— Он самый. Отличного качества.

Видя, что они колеблются, Вечер придвинул к Максу пакет.

— Не хотите сейчас, можете потом. Здесь на четыре дорожки. По одной вам вполне хватит.

— Сколько? — спросил Макс.

— Дарю, — ответил Вечер.

Во вторник ожидание у моря погоды неожиданно закончилось. На стрелку с югами приехал сам Сафа. Его кортеж, состоящий из пятисотого «мерседеса» и джипа «мицубиси», остановился перед дверями «Парадокса» в шесть вечера. Телохранитель Сафы Майк, огромный негр русского происхождения, выбрался из «мерседеса» и, тяжело переваливаясь с ноги на ногу, вошел в кафе. Он приблизился к столику, за которым сидел Чепер, положил на стол несколько фотографий Кузнеца, на одной из которых тот был сфотографирован вместе с другими югами, и спросил:

— Ваш питомец?

Отрицать очевидное не было смысла, и Чепер молча кивнул.

— Тогда за вами должок перед братвой с базара, — сказал Майк. — Труп должен был быть один. С вашей стороны тоже ведь один был. А их два. Один лишний. И что теперь делать?

Чепер пожал плечами.

— Пошли, — сказал Майк. — Сафа поговорить хочет.

Чепер поднялся. Вернулся он минут через двадцать и, обведя глазами югов, сообщил всем:

— Базарные требуют выдать им Кузнеца.

— Кузнеца теперь с собаками не отыщешь, — сказал кто-то.

— Тогда труп за труп. Мы должны кого-то выдать взамен, — произнес Чепер, и в зале сразу поднялся невообразимый шум.

Кто-то предлагал тут же идти громить базарных, кто-то — послать Сафу подальше.

Чепер слушал молча. Потом, когда рев немного поутих, он заявил:

— Мы на кукане. Это ультиматум базарных, под которым поставил свою резолюцию Сафа. Он с базарными ждет нас через час за городом, за второй лесополосой. Не забывайте, мы берем у него кокс. Если он перекроет кран, то мы останемся без доходов. Начинать войну бессмысленно. За Сафой не одна сотня бойцов. Нас передавят как курят. Выбирайте: либо мы отдаем кого-то из нас, либо остаемся без кокса и ждем репрессий. — Чепер обвел всех темными глазами, наполненными странным блеском. — Выбирайте, — снова повторил он. — Как скажете, так и будет. Сафу скоро коронуют, — добавил Чепер. — Тогда в городе выше него будет только бог.

— А может, откупиться? — предложил Узбек.

— Базарные не хотят. А может, и сам Сафа… — Чепер не закончил.

Юги долго и тяжело молчали, потом тишину нарушил один из братьев Островерховых:

— У нас нет другого выхода.

Остальные продолжали молчать. «Выходит, все согласны», — понял Вечер.

Чепер подождал еще немного, посмотрел на часы и произнес:

— Через десять минут выдвигаемся.

Когда выходили на улицу, Вечер услышал, как кто-то спросил:

— А как они узнали, что это Кузнец?

— Попросили у ментов оперативную разработку, — ответили ему. — А просьбу эту прислали в пухлом конверте.

Они стояли двумя длинными шеренгами лицом к лесополосе, за которую медленно опускался огромный, наливающийся красным шар солнца. Метрах в десяти от них, ближе к деревьям, расположилось пять машин блатных. В середине — «мерседес» Сафы.

— Выстроились, как перед расстрелом, — обронил Узбек.

И Вечер вдруг подумал, что если сейчас люди Сафы достанут из джипов пару автоматов, то не один из югов не уйдет. За спиной степь.

— Ну, — спросил Сафа, — кого отдашь?

— Я не бог, чтобы чужой жизнью распоряжаться, — ответил Чепер.

— Тогда по жребию, — сказал Сафа и посмотрел на Майка.

Тот достал коробок спичек и спросил:

— Сколько вас?

— Сорок восемь, — ответил Чепер.

Негр долго отсчитывал сорок восемь спичек, потом надломил одну и сунул в общую кучу. Он перемешал ее, затем подровнял на капоте, зажал в толстой лапе, похожей на здоровый кусок глины, и протянул вперед:

— Прошу. Кто короткую спичку вытянет, тому и отдуваться.