Как заниматься самообразованием - Рубакин Николай Александрович

Но какую бы книгу вы ни читали, ставьте прежде всего самому себе вопрос: действительно ли все понятно вам в той книге, которую вы читаете? Отделяйте непонятное от понятного, познанное от непознанного, достоверное от недостоверного, точное от неточного, то, что есть, от того, что кажется. Идите в глубину, прежде всего в глубину. Тогда перед вами сам собой возникнет целый ряд вопросов. Любая книжка наведет вас на мысли о целом ряде явлений, происходящих и в вас и вокруг вас.

КАК ЧИТАТЬ КНИГИ

Главным орудием при самообразовательной работе является книга, а самая работа в значительной степени, хотя отнюдь не вполне, сводится к чтению. Поэтому к предыдущим вопросам примыкают такие: как читать? Чего требовать от читаемой книги? Чего искать в ней, стремясь достигнуть намеченной цели с наибольшим результатом и с наименьшей затратой времени, сил и средств?

Всякая книга действует или может действовать и на интеллектуальную, и на эмоциональную, и на волевую сторону читателя, и на деятельность его. Разумеется, все эти виды книжного влияния бывают различны у разных книг и для разных читателей и в разной обстановке, но все они — несомненный факт. Далее, нельзя не отметить еще двух очень важных сторон читательства: одно дело — содержание книги, то, что она действительно дает по замыслу, намерению автора ее, и совсем другое дело — то, что читатель берет из нее.

В чем же, в таком случае, главное значение книжного влияния? Не столько в том, что читатель выносит из книги, сколько в том, что он сам переживает во время ее чтения, — в том, что он передумывает, читая ее, в том, какие чувства, настроения, стремления, мечты и т. д. зарождаются при этом в читательской душе и стремления к каким именно действиям. Но все это происходит не столько под влиянием книги, сколько совместно с нею, одновременно. Говорят нередко: «Книга наводит на мысль». Это правильнее, чем говорить: «Книга внушает мысль». Правда, иная книга производит настоящий взрыв в душе. Но ее роль, даже и в таком случае, это роль искры, прилетевшей в пороховой погреб. А что именно делает эта искра — это зависит от того, что еще до этого времени было в том погребе, куда эта искра прилетела.

Не смущайтесь особенно тем, что вы берете из данной книги не все, что она содержит, и не то, что она другим людям дает. Смущайтесь только тогда, когда вы, читая книгу, не проделываете своим умом и всей своей душой при этом крайне важной и нужной и чрезвычайно полезной для вас работы: и дум своих не продумываете и чувств своих не переживаете, и никуда-то, никуда не стремитесь, и ни о каких действиях не мечтаете… Тут идет речь не о том, чтобы вот сейчас поддаваться действию книги в том именно направлении, которое она нам указывает, а в том, чтобы самому себе все указать, — своими средствами, своим умом.

Если есть в книге что-либо действительно налезающее, так только одно, а именно — факты, т. е. нечто такое, чего нельзя не принять и чего нельзя не признать. Но ведь, если о признании или непризнании фактов не спорят, то все-таки спорят — и еще как! — о толковании, объяснении фактов. Но что такое факты? Как мы уже отметили выше, это и есть жизнь. Значит, даже говоря о том, что для человека, стремящегося к знаниям и пониманию, прежде всего необходимо знание именно фактов, все-таки не приходится забывать, что и здесь главная суть дела заключается не только в их познании, но и в обдумывании и проявлении (действии).

Настоящее знание — это не только яркое, жизненное знание, оно, кроме того, и точное знание. А чтобы добиваться таких знаний путем самообразования… надо мыслить, вникать, понимать, проверять; надо выработать в себе уменье делать это. А уменье мыслить — это своего рода искусство, и каждая читаемая книга заставляет учиться ему и практиковать в нем.

Передумывать те думы, которые изложены в книге, сводить их к, фактам, к жизни, проверять их — это и есть второе дело, которое должно делаться при самообразовательной работе. Нет такой книги, которая не помогала бы такой гимнастике мозга, полезной самой по себе. Хорошие же, т. е. умные, книги помогают и учат ей в особенности.

Ясность мысли предполагает уже ясность знания, и одно без другого невозможно. Далее, мышление необходимо потому, что приводит в порядок полученные и получаемые знания фактов.

История теорий, история мнений — один из лучших способов разбираться в них. А так как мнения и теории встречаются в каждой отрасли знания, то история каждой науки является необходимой принадлежностью в деле самообразования. Знакомство с этим сильно облегчает выработку своего собственного мнения, а к этому-то и должна вести самообразовательная работа.

Приобретая знания посредством чтения, надо стараться приводить их в систему, т. е. в порядок.

Но что значит — система или порядок знаний?

Сколько людей, столько может быть и систем. У каждого может быть своя особая, кому какая нравится и кому какая нужнее и удобней. Главная задача всякой — не делать пропусков, не оставлять пробелов, особенно же самых существенных. Каждый отдел всякой системы — это лишь частица необходимых знаний. Иначе говоря, все дороги, все системы ведут к одному и тому же. Придумывай всякий свою или же выбирай по своему вкусу, — только следуй-то ей до конца. Тогда и получится то, что нужно. Система необходима только самим тобой придуманная да продуманная. Никогда ни к чему не ведет насильное напяливание чьей-нибудь чужой системы; пусть она и хороша, только не для всякого.

Вдумывайтесь в то, что вам интересно, ставьте вопросы, расчленяйте их на разные другие, второстепенные вопросы, проделывайте и с этими последними то же самое, так, чтобы каждый расчлененный вопрос стоял перед вами, властно требуя ответа, — и таким способом вы получите систематическое образование, с какого бы вопроса вы ни начали.

Суть образования заключается не столько в том, с чего начинать, сколько в том, чтобы систематически «путешествовать по Вселенной». Если есть действительно серьезный интерес хоть к какому-нибудь вопросу, для вас в данное время жгучему и важному, задумайтесь над ним посерьезнее хоть на одно мгновение, и вы уже почувствуете, что вам недостает образования вообще, и целый ряд знаний не гложет не показаться вам притягательным и манящим в светлую даль. Сама работа, самый ход ее заставит вас наметить более или менее определенную последовательность в ней. Вы сами поймете, например, что нельзя браться за изучение высшей математики без знакомства с низшей, за изучение медицины без знакомства с устройством человеческого тела. Возьмите любую книжку по высшей математике или медицине — и вы сейчас же отскочите от них, почувствовав недостаток своих знаний. По самой непонятности своей эти книги покажутся вам неинтересными.

Последовательность занятий, во всяком случае, — понятие очень относительное, и если некоторые читатели, по своему складу ума, настойчиво требуют последовательности во всех деталях общего плана занятий, читатели другого склада, ничего не теряя ни в качественной, ни в количественной стороне знаний, довольствуются самыми общими указаниями на этот счет.

Многие читатели думают, что систематичность — это прежде всего систематичность в самом ходе занятий, и проклинают себя за то, что они работали над самообразованием несистематично; между тем самая суть систематичности заключается не столько в том, в каком порядке усваивать знания, сколько в том, как приводить в порядок знания, уже приобретенные. Систематичность прежде всего должна быть в голове. Схема же должна говорить о том, что в каждом окружающем явлении есть такие-то стороны. В природе и жизни все слито со всем и все влияет на все. Человек, у которого знания приведены в систему, имеет возможность в каждом явлении жизни систематически различать целый ряд сторон, иными словами, систематически расчленять каждое явление для того, чтобы лучше познать его, глубже и детальнее вникнуть в него… Одно из могущественных орудий культурного ума — систематическое, глубокое вникание в окружающую жизнь.