Двор порока и смерти - Алексис Колдер

сменились общей болтовней, пока Клейтон продолжал осматривать окрестности. Он шел, пока не достигал стены, затем поворачивал, медленно продвигаясь вперед, пока не достигал другой. Он почти не продвинулся с начальной точки.

— Если он не сможет видеть, то не узнает, где находится портал.

Я посмотрела на мерцающий огонек в центре лабиринта. Для всех нас это был маяк света, очевидный пункт назначения. Но если бы он ничего не мог видеть, он бы даже не знал, прибыл ли он туда, куда должен был направиться. Станет ли это для него очевидным, когда он подойдет ближе?

Клейтон опустил клинок, позволив ему волочиться по грязи рядом с собой на ходу. Он уже устал от своего продвижения, или решил, что никаких непосредственных угроз нет.

— Подбери оружие, — крикнула я. — Не теряй бдительности.

Я была почти уверена, что он меня не слышит, но мои внутренности скручивало от беспокойства, когда я просто смотрела, как он ослабляет бдительность, продолжая двигаться вперед.

— Он движется в правильном направлении, — с надеждой сказал кто-то.

Действительно, он продвигался к центру лабиринта. Мгновенный проблеск надежды согрел мою грудь. Что, если существа, которое должно было обитать в лабиринте, по какой-то причине там не оказалось? Что, если оно спало или просто не было голодно?

Я осмотрела линии лабиринта в поисках любых признаков движения или чего-нибудь, что выглядело бы так, будто в нем могло находиться что-то живое. Независимо от того, сколько раз я визуально прослеживала пути, единственным живым существом, которое я видела, был человек, пробиравшийся ближе к центру.

Я потянулась к руке Белана и сжала ее. — Что, если он это сделает? Что, если он выживет?

Охранник рядом со мной не ответил, но я практически чувствовала исходящее от него напряжение. От всех нас с Афона, сидящих на закрытых скамейках.

Внезапно толпа взорвалась. Дикий рев одобрения окружил нас, и я отпустила руку Белана и вскочила на ноги, перегнувшись через перила, чтобы получше рассмотреть, что вызвало такую реакцию.

Движение на противоположной стороне лабиринта.

Что-то массивное, почти сливавшееся с темной землей вокруг. Когда оно замерло, оно настолько идеально вписалось в окружающую обстановку, что я не смог его найти. Затем он снова зашевелился, и я начала различать его очертания.

Существо было массивным. Оно было вдвое больше Клейтона. Оно двигалось как человек, с большими, покрытыми шерстью ногами и широким мускулистым торсом. Мохнатые лапы раскачивались взад-вперед, когда существо неуклюже двинулось вперед, направляясь к ничего не подозревающему человеку. В слабом свете блеснули когти.

Затем чудовище свернуло на тропинку, направляясь к нам, и я разглядела его морду. Голова была как у быка, массивная и рычащая, с золотыми глазами, которые сияли, как звезды в небе.

По моей спине пробежали мурашки.

Это было существо из легенды. Монстр, который прогрызал кости и наслаждался пожиранием человеческой плоти. Существо, которого больше всего боялись на всем острове Конос.

— Он понятия не имеет, к чему идет, — тихо сказал Белан.

Я с трудом сглотнула и снова обратила свое внимание на ничего не подозревающего человека. Меч Клейтона все еще висел на поясе, и он немного ускорил шаг, но его шаги не казались обеспокоенными. Казалось, он принял лабиринт как угрозу. Он волочил пальцы за собой, перенося вес и поворачиваясь, как только приближался к тупику. Если у него и были какие-то опасения по поводу охотящегося на него монстра, он этого не показывал.

Но монстр был уже в пути, ориентируясь в лабиринте так, словно знал каждый поворот наизусть. Вероятно, так и было.

— Я не могу на это смотреть. — сказал кто-то позади меня, ее слова прозвучали в перерывах между тяжелыми вдохами.

— Повернись! — закричал кто-то еще.

Монстр подбирался все ближе, и выбор Клейтона, казалось, привел его прямо к нему.

Я больше не могла слышать трибуны. Рев толпы был слишком сильным, и все разговоры потонули в какофонии.

Рука Белана сжала мою, и мы крепко сжали друг друга, наблюдая и выжидая. С каждым шагом Клейтон приближался к пути монстра. Даже если бы он смог каким-то образом добраться до центра, чтобы добраться до портала, он ни за что не выжил бы при столкновении с этим зверем. Не имело значения, был ли он слеп в лабиринте, не имело значения, насколько хорошим было его оружие. Ему понадобится целая команда бойцов, чтобы получить шанс.

Дышать становилось все труднее. Толпа обезумела, их радостные возгласы достигли уровня, который я считала невозможным. Я оторвалась от неизбежной бойни, чтобы оглядеться. Трибуны были полны людей, которые на первый взгляд выглядели почти как люди. Но если бы я пригляделась чуть внимательнее, то смогла бы разглядеть заостренные уши, рога, разнообразие цветов кожи и волос, которые намного превосходили все, что я видела на Атосе. Синий, зеленый, фиолетовый, серый, оранжевый… цвета были бы прекрасны, если бы я не знала, насколько опасен каждый из них.

Затем я обнаружила, что ищу Райвина. Он сидел, ссутулившись, в массивном кресле. Трон, который, вероятно, предназначался для короля, когда он посещал представления. Его тело было расслабленным, выражение лица скучающим. Он видел это сотни раз. Может быть, даже больше. Просто для него все было именно так.

Ему было все равно, если умрет еще один человек, да и зачем ему это?

Общий вздох, затем смена аплодисментов отправили меня обратно в лабиринт как раз вовремя, чтобы увидеть, как Клейтон осознал, что он не один.

Белан что-то прокричал мне в ухо, но шум был таким сильным, что я не смогла разобрать, что он сказал. Я взглянула на него, но, заметив, что его глаза расширились от ужаса, вернулась к наблюдению за лабиринтом.

Клейтон поднял свой клинок, размахиваясь с точностью, которая подсказывала мне, что он, вероятно, мог видеть хотя бы немного. Существо замахнулось на него, заставляя Клейтона уворачиваться и двигаться, избегая первых нескольких ударов. Человек попытался атаковать, делая выпады и размахиваясь, но так и не попал в монстра. Существо из лабиринта всегда было на шаг впереди него, способное извернуться или переместиться ровно настолько, чтобы избежать каждого удара.

С каждой попыткой атаковать Клейтон становился все медленнее. Он всегда