История татар Пензенского края. Том 3 - Ряшид Ханяфиевич Алюшев

резолюции признавалась необходимость проведения улучшения в области налогообложения, а также справедливое распределение налоговой тяжести между плательщиками в зависимости от экономической мощности крестьянского хозяйства. Колхозы оказались в более выгодном положении, поскольку им полагались налоговые льготы в виде 25 % скидки с дохода. На основании этого закона ЦИК и СНК СССР было принято другое постановление (от 21.10.1927 г.), согласно которому полностью или частично освобождались от налога маломощные крестьянские и коллективные хозяйства. Политика расширения льгот коллективным и середняцким хозяйствам была продолжена и в последующее время. Различными льготами поощрялось расширение посевных площадей, развитие технических культур и животноводства. Значительная часть поступлений по сельскохозяйственному налогу передавалась в местные бюджеты. Были также предусмотрены льготы и пенсии для малоимущих крестьян и других социальных категорий населения.

Список учителей и их иждивенцев Алеевской школы 1 ступени (ГАПО, Ф-р. 1336, оп. 1, д. 57)

Так, из протоколов собраний Алеевского сельсовета видно, что Юманкулова Зулейха (60 лет) подала заявление в сентябре 1929 г. о назначении пенсии ее семье в связи гибелью сына Саифуллы в 1918 г. в боях за Красную Армию. Нарбеков Исмаил (70 лет) просил назначить пенсию, поскольку оба сына – один в «царскую войну», а второй пропал без вести в Гражданской войне на стороне Красной Гвардии. Отмечалось, что у него есть еще дети, 11 и 14 лет, которых не может прокормить в связи с утратой трудоспособности. Кроме избы у него ничего нет. Мухамеджанов Хусяин (65 лет) просил о пенсии из-за бедственного семейного положения. Его сын Ибятулла пропал без вести в 1919 г., и который находился добровольно в отряде красных партизан. У Шабаевой (Абдулиной) Загиди (57 лет) сын Садык погиб во время подавления контрреволюции в 1920 г. У нее две дочери, 16 и 14 лет, муж недавно умер, просила также о материальной помощи. В крайне трудном положении находилась Абдулина Загидя (ГАПО, Ф-р. 1336, оп. 1, д. 56).

Согласно постановлениям и инструкциям ЦК ВКП(б) и СНК СССР, в январе-феврале 1930 г. в районах сплошной коллективизации был отменён закон об аренде земли и запрете применении наёмного труда. Отныне разрешалось выселение кулацких семей. В 1932 г. политика массового раскулачивания была официально отменена, однако на практике остановить набравший обороты этот процесс было затруднительно из-за сопротивления снизу. Еще в июле 1931 г. было издано постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о прекращении массового выселения кулаков за исключением «выселения в индивидуальном порядке», а 25 июня 1932 г. ЦИК СССР вышло постановление о прекращении репрессий «по инициативе снизу», и которое указывало на перегибы на местах. По Конституции СССР 1936 г. всем кулакам были предоставлены избирательные права.

Павловский райоблком в лице тов. Никонорова обязывал сельсоветы, в том числе Алеевский сельсовет и сельсобес принимать непосредственное участие по социальному обеспечению и помощи райсобесам: а) в помощи инвалидам гражданской и империалистической войны, больным и демобилизованным красноармейцам, семьям погибших, сиротам, а также изыскать средства тем, которых определяет государство на социальное обеспечение; б) приобрести для них места в санаториях, на курортах, в специальных лечебных учреждениях, а также на изготовление протезов рук и ног; в) устройство инвалидов и других обслуживающих лиц в колхозы, артели инвалидов, промкооперацию, путем внесения за них соответствующих паев и покупки необходимого инвентаря; г) оказание помощи детям инвалидов и их семей, открытие детских садов, покупки одежды, обуви, учебников и т. д.; д) направление на врачебные комиссии, а также регистрации ходатайств о назначении пенсий.

Следующее (под грифом «Совершенно секретное») постановление Павловского исполкома требовало от Алеевского сельсовета обратить внимание на то обстоятельство, что в некоторых селениях района наблюдается отказ от земли некоторыми группами землепользователей. «Сельсоветам необходимо обратить внимание на это явление и изучить причины отказа. Наблюдается в некоторых случаях, как сельсоветы привлекают к судебной ответственности отказавшихся от земли бедняков и середняков. Необходимо руководствоваться следующими указаниями:

1) Если от земли отказываются рабочие промпредприятий и фабрик и в семье не имеют трудоспособных членов или тягловую силу то эти земли необходимо прирезать к близлежащему колхозу, которые немедленно должны освоить эти прирезки.

2) Если те же рабочие имеют трудоспособных членов семьи, то необходимо развить агитмассовую работу за вступление их в колхоз или, в крайнем случае, за полную запашку и засев, не принимая административных мер воздействия.

3) Если отказ от земли идет от бедняцко-середняцких дворов, которые тяготеют к промышленным предприятиям, фабрикам и заводам, а также районам строительства, то по отношению к ним не принимать административно-судебной ответственности.

4) При отказе кулацких хозяйств в целом или отдельных их членов должны применяться все виды мер административно-судебного воздействия, предусмотренные законом. Обязать их к полному засеву преподанных твердых подворных планов.

5) К зажиточным дворам со стороны сельских советов должны применяться административные меры для временного использования тягловой силы и семян для полного засева их площадей.

6) Обратить внимание на агитационно-подрывную работу кулаков и подкулачников и приложить все усилия к выявлению конкретных лиц, привлечь их к уголовной ответственности за срыв плана и противодействия к посеву».

В результате социалистического преобразования сельского хозяйства крестьянство в конечном счете было, наконец, избавлено от кулацкой эксплуатации. В СССР победил колхозный строй, постепенно исчезли и условия, порождавшие кулачество. Но материальная база в с. Алеево оставалась слабой. В 1932–1933 гг. в селе числилось 140 колхозников, а всего дворов было 249, численностью 1307 чел. Из 77 голов лошадей, находившихсяв двух колхозах, у единоличников числилось 50. Через год у единоличников осталось 22 голов лошадей, а в колхозах – 54 лошади. Причем в колхозе им. Ильича числилось всего 25 рабочих лошадей из 34, поскольку 9 голов пало за год. Основная масса бывших кулаков была расселена в пределах тех же административных районов и впоследствии они были приняты в колхозы. Остальные переселилась в города. В сентябре 1938 г. артели бывших кулаков были преобразованы в сельскохозяйственные артели с обычным порядком управления.

Из архивных материалов мы видим, что председателем сельсовета в 1934 г. был 36-летний Хаметов Я. Ю. (1933–1938 гг.); учителями: Ракчеева Г., Ямбаева Н., Абдуряхимова А., Вялитов Х. Избачом работал Давыдов Зякярья (ГАПО, Ф-р. 1336, оп. 1, д. 57).

Другой декрет Совнаркома «О Рабоче-Крестьянской Красной Армии» предусматривал: добровольный набор; запись добровольцев не моложе 18 лет; доверять оружие только наиболее стойким и преданным рабочим, крестьянам и солдатам; срок службы – по подписке не менее 6 месяцев. 23 февраля 1918 г. было опубликовано воззвание СНК «Социалистическое отечество в опасности!» В 1919–1934 гг. непосредственное руководство войсками осуществлял Революционный военный совет, в 1934 г. был образован Народный комиссариат обороны СССР.