В поисках Атлантиды - Энди Макдермотт

— Дело не в том, что вы сделали, док, а в том, что можете сделать. Тот малый в «бентли», Старкмен, в прошлой жизни был моим напарником. Вместе работали, пока не разлетелись. Операции по всему миру.

— Он говорил, что работает на фонд Фроста, на Кристиана Фроста, — сказала Нина.

Чейз расхохотался.

— А я точно знаю, что нет.

— Как так?

— Потому что это я работаю на Кристиана Фроста. Хотите с ним встретиться?

Глава 3

Норвегия

— Взгляните, док, — сказал Чейз. — Довольно неплохо, правда?

— Что да, то да, — согласилась Нина, рассматривая через иллюминатор поразительно красивую местность, которая раскинулась внизу.

Дом и штаб-квартира фонда Кристиана Фроста располагались у Равенсфьорда, в трех милях от побережья Норвегии к югу от Бергена. Фьорд, давший имя этому району, делил его обширные пространства на две части. На южной стороне находился комплекс служебных зданий, архитектура которых идеально вписывались в окружающую местность. От них дорога вела к стройному, в виде пологой арки мосту, переброшенному через фьорд. Возвышаясь над этим мостом — даже над всей местностью, как она поняла, — стояло еще одно большое, аккуратное здание, своим цветом и линиями совершенно сливаясь со скалами, на которых покоилось.

— Это дом Фроста, — сказал Чейз.

— Это дом? — выдохнула Нина. — Он огромный! Я думала, это еще одно служебное здание!

— Чуть больше вашей квартиры, а?

— Совсем чуть-чуть.

Служебный самолет «Гольфстрим V», раскрашенный в цвета фонда Фроста, сделал вираж над фьордом. Нина заметила еще несколько ультрасовременных строений у основания скалы, а затем и частный аэродром на северной стороне.

— Все это принадлежит Кристиану Фросту?

— Да, довольно много. Он управляет отсюда всеми своими делами и почти никогда не выезжает. Думаю, он не любит путешествовать.

Нина в последний раз посмотрела в иллюминатор и откинулась на спинку кресла. «Гольфстрим» начинал снижение.

— Здесь, наверное, приятно жить. Правда, далековато.

— Если ты миллиардер, весь мир сам идет к тебе. Вот как мы, например.

Самолет приземлился и подкатил к крохотному терминалу. Нина, ступив на бетонную полосу, поплотнее запахнула пальто.

— Холодновато? — спросил Чейз.

— Смеетесь? Я привыкла к нью-йоркским зимам. Никакого сравнения с этим!

На самом деле, даже если не считать промозглого ветра с побережья, температура была близка к нулю, но теперь ей приходилось терпеть.

— Ладно, мы скоро будем там, где намного теплее.

Нина вопросительно посмотрела на Чейза, но тот лишь усмехнулся.

— Вот наша тачка.

К самолету подкатил белый джип «гранд-чероки». Из него вышел мужчина с короткими светлыми волосами и бычьей шеей. Мышцы так распирали его, что хорошо сшитый темный костюм едва не трещал по швам.

— Доктор Уайлд, — сказал он, демонстрируя немецкий акцент. — Я — Йозеф Шенк, руководитель службы безопасности мистера Фроста здесь, в Равенсфьорде.

Нина пожала протянутую руку. Несмотря на то что его пожатие было легким, она почувствовала, что при желании он мог бы переломать каждую косточку ее ладони.

— Рад познакомиться.

— Спасибо. — Нина обратила внимание, что Чейз и Шенк смотрят друг на друга, как боксеры перед схваткой. Они были одинаково сложены, и ей подумалось, что у них одинаковое — а может, и по разные стороны линии фронта — военное прошлое.

— Джо, — приветствовал Чейз.

— Мистер Чейз, — ответил Шенк, открывая перед Ниной заднюю дверь джипа. — Прошу вас, доктор Уайлд. Я отвезу вас к мистеру Фросту.

Нина забралась в салон. Чейз, с легкой насмешкой бросив «молодец», последовал за ней и захлопнул за собой дверцу. Глаза Шенка сверкнули. Он обошел внедорожник и сел на водительское место.

— В чем дело? — спросила Нина.

— Он до мозга костей человек компании, — быстро пояснил Чейз, чтобы Шенк не слышал. — Не любит наемников, думает, что я собираюсь ободрать его босса.

— А вы собираетесь? — не удержалась Нина.

— Я профессионал, — ответил Чейз, на мгновение посерьезнев. — И всегда выполняю свою работу.

Шенк сел, и машина тронулась. Нина увидела несколько ангаров с западной стороны полосы. У самого большого из них стоял громадный самолет; логотип фонда Фроста — контур трезубца в букве «о» инициала — на борту был выполнен только наполовину. Крошечные фигурки на специальных лебедках суетились над ним.

— Ух! Здоровенный самолет.

— Грузовой «Ан-380», — сказал Шенк. — Последнее приобретение для воздушного флота мистера Фроста.

Нина оглянулась на длинную полосу. С востока за ней поднимались крутые горы.

— Надеюсь, у него хорошие тормоза! Те горы кажутся чуть ближе, чем хотелось бы.

— Он может взлетать только в западном направлении. Это, конечно, неудобно, но, к счастью, когда его запустят в эксплуатацию, он будет летать по всему миру, а не стоять здесь.

Джип выехал с аэродрома и миновал мост. Нина ожидала, что они повернут на запад, к служебным зданиям, но машина покатила по извилистой дороге к дому на скале. Вблизи его чистые, элегантные линии казались еще великолепнее.

Шенк припарковался и повел Нину и Чейза в дом.

— Сюда, пожалуйста.

Комната, в которую он их провел, произвела на Нину неизгладимое впечатление. Дальняя стена была закруглена, из огромного окна открывалась обширная панорама: от гор вокруг аэродрома за фьордом и служебных зданий, лежащих внизу, до Северного моря.

Комната поражала не только видом, открывающимся из окна. Она сочетала в себе роскошную гостиную и картинную галерею. Скульптура Генри Мура, картина Пикассо, бережно защищенная от прямого солнечного света, Пауль Клее, еще несколько картин, которые она не узнала с первого взгляда, но явно не менее ценные.

— Удивительный дом, — с благоговением произнесла она.

— Спасибо, — ответил женский голос. Нина обернулась и увидела входящую в комнату высокую красивую блондинку. Ее блестящие волосы свободно спадали ниже плеч. По виду она была одного с Ниной возраста или немного моложе. Величественность, с которой она держалась, оттенялась модной одеждой — облегающий белый топик, который заканчивался на животе и открывал идеально загорелую талию, столь же облегающие черные кожаные джинсы и сапожки на высоких каблуках. Подойдя, она осмотрела Нину с головы до ног, словно не совсем понимая, что с ней делать.

— Доктор Уайлд, — сказал Шенк, — это Кари Фрост, дочь мистера Фроста.

— Рада знакомству. — Нина протянула руку, и Кари крепко тряхнула ее.