Я - Дракон! - Александр Сапегин

— Хорошо, извини! Но давай сразу. Я не ящерица и не пердун, ты не старуха.

— Только попробуй меня еще раз так назвать, я тебе язык узлом завяжу! — остывая, проворчала эльфийка.

— А еще говорят, что Рау сама невозмутимость. «Ледышками» кличут, — не преминул поддеть Карегар. Буря миновала, и он опять улегся на каменном ложе, положив голову на левую переднюю лапу. Ягирра примостилась на сгибе локтя его правой руки-лапы, получилось этакое глубокое теплое кресло, и погладила дракона по надбровной дуге… Сколько раз они так оставались наедине и беседовали, чаще просто молчали, Карегар не брался сосчитать. Ему нравилось общество своенравной женщины, ей он, похоже, тоже. Иногда Ягирра засыпала в объятии кресла-лапы, тогда Карегар боялся даже дышать, чтобы не разбудить уснувшую травницу.

— Дураки говорят, а ты как старый ворон повторяешь.

Карегар изогнул шею и посмотрел на собеседницу.

— Что смотришь? — Ягирра переплетала косу.

— Знаешь, — начал Карегар. — Я тебя уже тысячу лет воспринимаю как… — тут он замялся, не зная, как продолжить.

— Язык проглотил? Говори уж, после «старухи» я любую гадость переварю!

— Как жену… — закончил фразу дракон и сунул голову под крыло. Если бы он мог краснеть, то цвет его чешуи с черного сменился бы на пунцовый.

— Да-а-а, — протянула Ягирра. — Долго думал? А говорят, драконы маразмом не страдают! Мне же попался маразматик, люди добрые, посмотрите на этого старого черного дурака! Мало я тебя полотенцем била?

— Вот-вот, — Карегар приподнял крыло и говорил из-под перепончатого покрывала, словно искал у крыла защиты. — Гоняешь меня, как деревенская баба гулящего мужа. Крылом без твоего дозволения уже лишний раз махнуть не могу! Там не летай, тут стадо не напугай, здесь девки купаются: не подсматривай! Как там люди говорят: загнала под каблук!

Травница согнулась в приступе безудержного смеха. Карегар тяжело вздохнул и вернул голову из-под крыла на левую лапу. Что он мог еще сказать, если Ягирра пахла, как дракона, а те в своих гнездах бывали оч-чень м-м-м своенравны… и слово «каблук» у них заменялось «хвостом». Другую бы он давно уже придавил, не чувствовал Карегар пиетета перед человеческой или эльфийской жизнью, и жил бы себе спокойно, но вся его ярость пасовала и превращалась в виляющего хвостиком щенка перед этой женщиной.

— Вот насмешил! За такое даже «старуху» тебе прощаю!

— Ой спасибо, еще скажи, зачем разбудила?

Ягирра тут же оборвала смех и серьезно глянула на дракона, тот тут же почувствовал себя виноватым, неизвестно, правда, в чем, но виноватым однозначно.

— К Поклон-склону летал? — спросила она.

— Ну охотился.

— А «истинным» зрением тебе лень пользоваться?

— Да ты скажи, в чем моя вина?

Ягирра покачала головой:

— Деревенские бабы ягоды в перелеске собирали, а тут ты со своей охотой. В общем, от вида твоих забав сноха Трога Сосны, Трия, там же и родила. Все понятно, ты хозяин и владелец долины и гор вокруг нее, но мог же ты утащить этого лося к своей пещере, а не отрывать ему, живому, голову? А что потом было? Смотрел бы ты истинным зрением, то увидел бы людей, и трижды подумал своей головой, перед тем как лося разделывать!

Карегар потупился, незадача. НО! В конце концов он не ручная ящерка, ему иногда охота свежей крови, а то, что люди шляются где попало, так это их проблемы, а не его! Впрочем, Ягирре его мысли знать незачем. Меньше знает — крепче спит.

— Кто родился? — проявил такт дракон.

— Мальчик, в честь тебя решили назвать. Будет в долине еще один Регар!

— Да их и так уже штук пять. У Брога дочка Регара, пацанов я уже не считаю!

— Радовался бы! Люди тебя любят! Долину называют «долиной Карегара»!

Дракон вздрогнул, последние слова травницы больно задели его, подняли со дна памяти старые воспоминания.

— Она уже звалась так, давно. — Он аккуратно ссадил с локтя эльфийку.

Перед глазами дракона стояла залитая черной кровью пещера и мертвые дети. Драконочкам не было и трех лет, дочек усыпили пыльцой черной лилии, а потом отрубили головы. Он нашел убийц. Лесные эльфы не успели уйти далеко. Больше они никого убить не успели. Карегар налетел на лагерь ушастых, как яростный ураган. С другой стороны на эльфов напала Ирру. Жена вернулась с охоты и, увидев разоренное гнездо, бросилась в погоню. От лагеря не осталось даже головешек, ветер разметал жирный пепел… Ирру от горя помутилась рассудком и через два дня сгорела в яростной атаке драконов на Великий Лес. Эльфы, оказывается, напали не только на его долину… Карегар остался жив, но после атаки потерял способность творить магию, скатившись до уровня заштатного человеческого мага-шептуна. Война уничтожила драконов как народ. Великий Лес перестал существовать, превратившись в мертвые пустоши, но оставался Светлый Лес, пока еще оставался… Что будет потом, Карегар старался не думать. Лес и Иланта были обречены… Это было как болезнь, которую не замечают, а когда ее обнаруживают, то лечить уже поздно…

С Иланты ушли последние «истинные». Они оставили один «малый» рабочий портал, снабдив его «закрывающим» контуром, остальные запечатали. Что произошло на Нелите, осталось тайной, почему «истинные» и немногие ушедшие с ними драконы не вернулись? Ночное око богини Нель не спешило делиться тайной. «Малый» портал оказался с сюрпризом — открыть его можно было только с Нелиты. Следящие маячки должны были фиксировать все попытки открытия портала, но до сих пор ни одной не было. Лежал такой маячок и в пещере у дракона, он ни разу не засветился зеленым. Внутрь портала никого не пускал охранный комплекс заклинаний, настроенный на истинных. Раз в несколько месяцев Карегар летал к порталу, как будто от этого он откроется и из ворот начнут выходить драконы. Но в душе продолжала жить надежда, что когда-то так и произойдет…

Война закончилась почти три тысячи лет назад, с тех пор он долго был один. Пока однажды в долину не пришла Ягирра, сумевшая растормошить одинокого дракона и заново привить ему желание жить. С тех пор многое изменилось, но «долиной Карегара» его дом не назывался почти три тысячи лет…

— Прости, — тихий голос травницы заставил его очнуться и отринуть на время застарелую боль.

— Прошлого не вернуть, но скажи людям, чтобы они не звали долину так… Скажи, я просил… — Карегар переступил с лапы на лапу и по-собачьи дернул шеей.

— Хорошо.

Из пещеры раздалось тонкое попискивание.

— Что это? — удивилась Ягирра. Карегар дернул кончиками крыльев (этот жест у драконов заменяет пожатие плечами).

— Не знаю, пойду посмотрю.