Согретая льдами. Книга 2 - Лидия Вьюжная

смогу подумать. Но не над предложением рогатого, а над планом побега. Потому что во все, что сказал Люцерий, поверит только псих.

Только бы Рик не лез в этот мир. Пусть у него хватит благоразумия заняться делами нашего мира, а не спасать мою задницу, которая находит приключения на каждом шагу.

В задумчивости я все-таки потянулась за чаем. А чем будет хуже? Хоть нервы успокою и с холодной головой примусь за дело.

Люцерий следил за мной, больше не говоря ни слова. Кажется, он и правда дает время подумать.

Никогда не пойму этого мужчину. Но то, что он наглый обманщик, — не забуду никогда. Злопамятная, знаете ли.

Тело расслабилось. Собственные мысли заставили улыбнуться. У меня все получится. Я не сомневаюсь.

В голове стало легко и мирно. Злость и досада больше не одолевали. Хотелось откинуться на мягкую кровать, укрыться теплым одеялом и провалиться в безмятежный сон…

— Что-то я устала, возможно, переутомилась…

— Все хорошо, куколка. Другой мир не так легок для путешествий, я провожу тебя, — подавая мне руку, ответил Люцерий.

Глава 8

Впереди стоял величественный красавец, который разобьет сердце любой девушке. Белые, как снег, волосы. Синие, словно глубины океана, глаза. Блестящий костюм, отражающий миллиарды льдинок. И сияющий меч, готовый разрезать своим светом любой мрак.

— Рик, — с радостным криком я бросилась в объятия мужчины.

Моего мужчины.

Как же я соскучилась.

Он подхватил меня, закружил в воздухе, а потом нежно поцеловал, вкладывая всю свою любовь и привязанность. Один лишь поцелуй зарождал тысячи бабочек в животе, заставляя желать большего.

— В этом платье ты особенно прекрасно выглядишь, снежинка, — улыбнулся любимый мужчина.

— Что? — я с удивлением отступила и начала оглядывать себя.

Белое платье в пол, расшитое золотыми нитями. На руках перчатки из тонкого кружева. А сзади длинная…фата⁈

— Я ничего не понимаю, — прошептала я, продолжая оглядывать себя и наряд.

— Сегодня день нашей свадьбы, любимая, — Рик притянул меня к себе. — Видимо, совсем переволновалась. А я ведь говорил, что стоит поспать.

Как я могла забыть о нашей свадьбе? Такой день ни одна девушка не пропустит. Что-то тут не так.

Но меня старательно уводили от последней мысли настойчивым поцелуем, затягивая в новый круговорот чувств.

— Это не может быть правдой, — разрывая поцелуй, я отстранилась от любимого, чтобы собраться с мыслями.

А может ну ее эту логику⁈ Я здесь, Рик тоже. У нас свадьба.

Одну руку я поднесла к голове, ощущая, что если не придержать, то она взорвется от новости. А другой рукой выставила дистанцию между мной и…женихом⁈

— Конечно, ты права, — ухмылка поползла по лицу Рик, искажая привычное выражение лица. — Какая у жертвы может быть свадьба?

Вокруг возникали люди, заливающиеся злобным смехом и тыкающие в меня пальцем. Тут и там раздавались реплики о том, что я наивная, глупая, влюбленная бедняжка, которая сама пришла на алтарь.

Я попятилась, стараясь избавиться от этой картины, но краски только набирали цвет. Людей стало так много, что они обступили меня по кругу, не давая выбраться и убежать.

Тут и там мелькали злобные, искаженные ненавистью лица незнакомцев. Я их даже не знаю! Откуда такая агрессия?

— Рик, что происходит? Это сон⁈ — в истерике озираясь, прокричала я. Мне хотелось быть громче всех этих голосов.

Почему они не могут заткнуться?

— Я тебя использовал, снежинка. Твоя сила сделает меня сильнее, я стану единоличным правителем целого мира!

— Это не ты, Рик. Это не можешь быть ты! — продолжала кричать я, срывая фату и перчатки.

— А кто я? Благородный рыцарь, который спас и полюбил жалкую девушку, которая так и намеревается умереть, и не подозревает о своей силе и могуществе? Я — король! И рядом должна быть королева, а не жертва. Ты никогда не сможешь стать равной мне.

Отвращение и жестокость так и искажали знакомое лицо. Он будто выплевывал каждое слово, которое было обращено ко мне.

Я продолжала пятиться, стараясь убежать от этого ужаса, пока не уперлась во что-то твердое. Рик наступал, приближаясь стремительно и бесповоротно.

Чьи-то руки схватили меня сзади, опрокидывая на что-то холодное и твердое. Стол? Откуда на улице взяться столу? Бред. Все это — сплошное безумие.

— Привяжите ее. Время забрать то, что принадлежит мне.

Мои руки и ноги связали. Рик с циничной ожесточенной улыбкой навис надо мной, извлекая меч из ножен.

— Нет, что-то в тебе все-таки есть. Но твоя сила намного привлекательнее.

Меч коснулся моей оголенной кожи у шеи, постепенно рука Рика направляла его ниже к груди, прочерчивая до смерти леденящую дорожку.

— Нет, Рик, пожалуйста. Я же люблю тебя, — слезы катились рекой, превращаясь в льдинки, а голос дрожал.

— Не стоит это делать. На меня не действует, — иронично хмыкнул Рик.

Мужчина поднялся, занося меч над моей грудью в вертикальном положении.

Вот и все. Закончилась красивая сказка.

Девятнадцать лет — слишком короткий срок для жизни. А умереть от руки любимого человека — самая большая трагедия.

Меч, как в замедленной съемке, начал приближаться к моей груди. Я закрыла глаза, чтобы не видеть лицо убийцы. Не хочу запоминать Рика таким. Он не мог так поступить со мной.

— Снежа, — раздался знакомый крик, и я полетела со стола на землю.

То, чем была привязана к столу, в миг разорвалось. Запястья и щиколотки резануло болью. Но это все мелькало лишь на дальних задворках разума.

Сзади раздался еле сдерживаемый хрип и хруст. Как в тумане я приподнялась, чтобы увидеть, как Рик пронзил насквозь Люцерия. Черная кровь хлынула по алтарю.

Точно! Меня уложили на алтарь… Действительно, как жертву.

Не о том думаешь!

Голос разума заставил сконцентрироваться на мужчинах. На чистых инстинктах я бросилась к Люцерию, чтобы оттащить его от бездушного Рика. Ведь король мира пепла только что спас мне жизнь от моего же любимого…

Рик досадливо посмотрел на тело мужчины перед ним и на своей меч. Я ощутила всеми клетками своей души, что он не остановится и завершит свое дело, а значит времени мало.

Схватив Люцерия, я стянула его с алтаря и сконцентрировалась на магии. Ну же! Помоги мне сейчас!

Второй взмах меча, стремительно приближающееся лезвие. Нервы рвутся ниточка за ниточкой.

Давай же!

— Снежа, — выдох Люцерия наполнился хрипом. — У тебя получится.

Рука короля легка на мою, пачкая в черной крови…

Это последнее, что я увидела, прежде чем зажмуриться и в последний раз воззвать к своей неподатливой силе.

Злобные голоса стихли.

Безумный стук сердца заставляет меня открыть глаза. Вокруг тысячи голубых