История одного ограбления… - Гарри Веда

Я даже не стал язвить в ответ. Я вообще не стал ничего делать. Потому, что не мог. Я и дышал-то с трудом. Причем, верить или не верить — вопрос не стоял. Как можно верить в подобный бред.

— Впрочем, для большинства душ, такая ситуация все-таки сулит много хорошего. Вот, скажем, молодой ученый бьется над решением какой-нибудь сложной научной задачи. Но гибнет. Автокатастрофа там, или еще что неожиданное… если при жизни он очень, вот просто всей душой, мечтал совершить свое открытие — он его совершит. И сможет им полноценно распоряжаться. Удача на каждом шагу. Вопросы?

А что, я уже получил ответы?

— А при чем здесь я?

— Тебя там не контузило, в перестрелке? Для каждой такой личности создается свое окружающее пространство, все события и история будущего. А поскольку, каждый сам себе создает свой мир — он может наловчиться управлять этим процессом. На любом уровне. Даже не искать и не подтаскивать стул. Стул может сразу стоять в нужном месте.

В ушах зазвенело. Если грохнусь в обморок — это будет очень идти моему образу гангстера.

— Вы хотите сказать, что я мертв?!..

— Лично с тобой все гораздо сложнее. Не начинай стрелять, только… меня не убьешь, а посуду бить — бессмысленно.

Я молча вытащил магазин, отщелкнул патрон из ствола и бросил пустой пистолет на пол перед собой.

— Это было лишнее. Ты такой символист… Ладно, слушай… Ты вообще не человек… — Она пытливо смотрела на меня, стараясь не пропустить ни одной эмоции. — Сейчас попробую объяснить… Твое сознание наблюдает вокруг себя один временной отрезок из истории человечества. На самом деле — ты существуешь в совсем ином. В будущем. Относительно сегодняшнего момента. В то время будут созданы очень быстрые компьютеры. И к ним — операционная система на основе Искусственно Созданного Интеллекта. А побочным эффектом станет появление виртуальной личности в глубинах компьютерных микросхем. Причем, люди об этом и не подозревают. Личность — как бы душа этого интеллекта. Но, поскольку, возникла она вследствие естественной цепочки событий — она является природной, натуральной, и, значит, подвержена тем же законам, что и все существующее на земле. В момент выключения компьютера эта душа гибнет. И в момент смерти срабатывает тот же самый чудесный эффект — жизнь продолжается. Несколько мгновений до исчезновения электропитания, но для нее самой — проходят годы. Так вот ты и живешь эти свои годы. А перед выключением хозяин играл в компьютерную игру про ограбление банка. Вот аберрации и возникли, видимо. Там, в игре, если главный герой приблизится с оружием к персонажам, охраняющим деньги — срабатывает скрипт и они начинают атаковать. Что ж… — Оракулша развела руками. — Натура у тебя целеустремленная и логичная — в основе ее микросхемы и программы. Чему же удивляться… Но есть и обратная сторона — именно поэтому у тебя все спорится. Даже идиотическое случайное ограбление удается. Я тебя разочарую — не потому, что ты такой умный и оригинальный. В своем мире — все умные и оригинальные, сеют доброе, вечное и красивое. Каждый в собственном понимании, разумеется. Ты дыши, дыши… думаешь, раз неживой — можно окончательно расслабиться?..

Я шумно выдохнул. Потом быстро наклонился, загнал магазин, передернул затвор и, резко выбросив руку вперед, выстрелил колдунье промеж глаз.

Ничего не изменилось. Она продолжала улыбаться, еле сдерживая смех.

— Я же говорила, что смысла нет. Не трать патроны — тебе еще с деньгами улепетывать.

Наверное, со стороны я представлял очень комичное зрелище. Я ощупывал себя, высовывал и прикусывал язык. Пересчитывал пальцами зубы и царапал щеки почти до крови. Даже залез проверять в штаны.

Мысли бились в истерике. Что я? Почему чувствую то, что чувствую… пытался уловить хоть что-то странное в собственных ощущениях.

А как же мои мысли? Они имеют какой-то вес? Или они никому, кроме меня не нужны… Почему меня замечают?.. А… верно… никто не замечает — всех я сам и выдумал.

А зачем это все тогда? Получается, никакой цели нет… Можно прямо сейчас остановить этот процесс — и ничего не изменится.

Я в тюрьме.

И выйти досрочно не могу.

Нет. Я в кино.

Я — играю в кино, но команды режиссера «стоп» очень долго не услышу. Буду томиться. Стараться быстрее выкричать свою роль до конца. Нужно ведь вперед! Нужно освободиться! Даже сладкая жизнь — всего лишь тюрьма для духа!

Но… вперед — означает умереть. Я доигрываю роль — а что потом? Я и так уже все, а теперь еще и последние рельсы закончились. Не-е-е-ет… Я буду доживать, смакуя каждое мгновение… В каждом кусочке, капельке, искорке пролетающего я буду находить смысл и удовольствие…

А какая разница МНЕ?! Я вообще пойми кто! Ладно человек — его последние мгновения — награда живой душе. За то, что не дожила. За то, что не прошла отведенное на веку, за все, что не сполна… А МНЕ, компьютерной выдумке, не имеющей ни единой материальной клеточки, информационному выродку, обычному тепловому сгустку — МНЕ за что почести? Какая разница, как это НИЧТО проживет свои последние процессорные такты…

— Слышь, ковбой, не истери! — Мать резко оборвала мой декаданс. — Тебе лично не пофигу, что там у тебя в первопричинах? Ты червь, что в людском обличье, что в электронном. И смысл бытия, его цели и общая главная задумка — не твоего плеча задача. Живи себе… Просто знай, что, если захотеть того или иного — и то, и иное, и еще куча всего, что только ни пожелай — будет. Ты можешь быть успешен, богат. Быть автогонщиком, путешественником. Киноактером. Совершать открытия и создавать шедевры. Даже просто прожигать жизнь…

По идее, сейчас должны были бы грянуть литавры.

Она сидела передо мной, по сути обыкновенная женщина. Но выглядела совсем не по-человечески. Слова, которые так легко срывались с ее губ, могли заставить взвыть от восторга любого пропащего подонка. К какого рода ангелам ее теперь относить?

Она покачала головой. Будто копалась в моих мозгах так же просто, как и выносила их своими россказнями.

— Запомни главное — получится только то, к чему на самом деле, внутри, готова твоя САМОСТЬ. И в меру того, насколько развита твоя личность. Если ты туп — никаких открытий не совершишь. И никакой ренты не будет, если у тебя и при жизни не было шансов путешествовать. Впрочем, плохо все равно не будет. Чудо отмерит тебе ровно по твоему достоинству. И недодаст ровно на величину совершенных грехов. Грех ведь штука такая… как бы ты к нему ни относился, какой бы грязной ни была твоя душа — в самой ее середке, на сердцевинке, которой никогда не утратить мягкость — отпечатывается все, совершенное тобой. И оно вернется. С той же силой и с тем же знаком. Чтобы ты отработал должки в свои последние, счастливые годы. И если величина грехов велика — так все их, годы, и потратишь на искупление.