Коммандер Граймс (Сборник) - Бертрам Чандлер

- Встретимся на суде, когда вам предъявят обвинение в пиратстве, сэр! гневно воскликнул Граймс.

- Это очень любопытный пункт законодательства, мичман, - отозвался Крейвен. - Особенно с учетом одной записи в бортовом журнале. О том, что вы предприняли попытку бунта.

Глава 10

Нельзя сказать, что в камере было неуютно - но обстановка действовала угнетающе. Стены были обиты мягким материалом: случалось, что во время рейса у пассажиров обострялись всевозможные фобии и мании, в том числе агрессивные. Эта обивка служила скорее целям безопасности, нежели комфорта. Граймса пока не считали сумасшедшим - по крайней мере, с точки зрения медицины, а посему предоставили самому заботиться о своих телесных нуждах. В его распоряжении был маленький туалет. Строго в определенное время раздавался звонок, и в специальном люке, утопленном в мягкую стену, появлялся контейнер с едой. Также ему разрешили читать - правда, выбор литературы был ограничен. Судя по всему, ее присылала Джейн Пентекост. В основном это были памфлеты некоей организации, именующей себя "Партией независимости Приграничья". Призывы к оружию, больше похожие на истерические вопли, действовали удручающе - но еще большее уныние наводили колонки статистики. Экономика никогда не входила в число его любимых дисциплин.

Он спал, в назначенное время ел, медленно и тщательно производил гигиенические процедуры, что напоминало отправление какого-то странного ритуала, читал - вернее, пытался читать. И все время прислушивался к звукам и ощущениям. Он должен был знать, какие маневры в данный момент совершает судно.

Вскоре после его ареста остановили Движитель Манншенна. Это вызвало обычное чувство дезориентации во времени и пространстве. Потом прозвучал предупредительный сигнал об ускорении, - в камере был интерком - и Граймс, хотя это могло показаться ненужным, пристегнулся ремнями к койке. Вот заработали направляющие гироскопы, и он ощутил действие центробежных сил судно ложилось на новый курс. Глухо заурчал реактивный двигатель, появилась искусственная гравитация. При иных обстоятельствах такой расход реактивного топлива можно было назвать по меньше мере безрассудным.

И вдруг стало тихо. Снова исчезло тяготение, и почти тут же пронзительно взвыл Движитель. Граймс не помнил, чтобы когда-нибудь этот звук был таким тонким, а тошнотворное чувство дезориентации длилось так долго.

А потом долгие дни - ничего.

Он съедал пищу, которая появлялась в окошке. Каждое утро - часы позволяли отслеживать смену дня и ночи - он принимал душ и наносил на лицо крем-депилятор. Он попробовал заниматься гимнастикой, но в камере, где все поверхности были мягкими, в невесомости, без тренажеров это оказалось затруднительным. Попытки снова обратиться к литературе вызвали лишь тошноту: в сравнении с этой писаниной телефонный справочник показался бы шедевром беллетристики. Граймс не считал себя общительным человеком, но отсутствие собеседников - и вообще людей - его удручало.

В какой-то момент Граймс почувствовал, что начинается новый маневр. Тоскливое однообразие длилось слишком долго, и любая перемена была в радость. На этот раз не было ни урчания направляющих гироскопов, ни рева реактивного двигателя - лишь заунывно пел Движитель Манншенна. Звук становился то выше, то ниже: механик менял уровень темпоральной прецессии. Десятки секунд, секунды, микросекунды...

Затем и это прекратилось.

Корабль слегка вздрогнул - один раз, второй.

Граймс словно наяву увидел пуск двух швартовых ракет - одна с носа, вторая с кормы. Каждая снабжена мощными электромагнитами, а за ними тянутся фатомы* тонкого, но чрезвычайно прочного троса. Такое оборудование стояло почти на всех торговых судах, хотя применялось редко - в отличие от военных кораблей. Но Крейвен - капитан запаса, а значит, имеет богатый опыт подобных маневров.

______________ * Фатом или морская сажень - примерно 1,83 м. (Прим. перев.)

По корпусу корабля вновь пробежала дрожь - на этот раз весьма заметная.

Значит, рандеву состоялось. Еще раньше "Дельта Ориона" и "Эпсилон Секстана" синхронизировали уровни прецессии. Теперь суда связаны друг с другом спасательными тросами и вместе несутся сквозь бесконечную тьму.

И еще это значит, что выжившие уже почти наверняка на борту "Делии О'Райан". Их вытаскивают из провонявших потом и кровью скафандров, а они рассказывают Крейвену и офицерам о нападении и о том, что за этим последовало. Граймс представлял их себе так ясно, словно это происходило у него на глазах. А сварщики и механики сейчас копошатся вокруг пробоин, из горелок вырывается ослепительное пламя, отрезая не слишком ценные панели и приваривая заплаты. В точности как в "Инструкции по ликвидации повреждений". Несомненно, в свое время капитан Крейвен тоже уделил этому опусу должное внимание.

А что с грузом ФИКС, за которое Граймс отвечает перед своей службой? Корабль то и дело вздрагивал - это работали транспортеры и краны. Линдисфарн - первый пункт маршрута "Дельты Ориона", а оборудование Исследовательской службы - основной груз. Но что он, мичман Джон Граймс, может сделать?

Ничего, ровным счетом ничего. И есть ли у него законные основания противодействовать капитану? В этой маленькой лужице он всего лишь маленькая лягушка... а Крейвен объяснил, кто здесь самая большая лягушка, и объяснил вполне доходчиво. Надо было больше внимания уделять галактическому законодательству... Правда, Граймс подозревал, что подобную ситуацию вряд ли сможет разрешить даже профессиональный юрист.

Его не оставляло смутное предчувствие: в самом ближайшем будущем - пока еще туманном - ему понадобятся все телесные и душевные силы. Граймс пристегнулся к койке и решил хотя бы во сне забыть о тревогах. В Академии он прослушал (хотя и не слишком внимательно) курс психологии, а посему знал, что это не более чем стремление вернуться в материнскую утробу. Но перед тем как плавно погрузиться в неглубокий сон, он пожал плечами и подумал: "Ну и что?"

Он проснулся словно от толчка.

У его койки стояла Джейн Пентекост и смотрела на него сверху вниз.

- Заходи, - сказал он. - Стучать не обязательно. Полюбуйся, какая у нас нищета. А вообще это Дом Свободы: можешь обзывать кота ублюдком и, кажется, плевать на ковер.

- Не смешно, - ответила она.

- Верю. Даже я, когда впервые это услышал, смог удержаться от катания по полу и смеховой истерики.

- Не стоит так злиться, Джон.

- Да неужели? Наверно, ты бы пела от восторга, оказавшись в этой ватной клетке?

- Не думаю. Но ты сам напросился.

- Если "напрашиваться" означает выполнять свой долг - пытаться его выполнить... Ладно, как там наш капитан-пират? Уже отчалил, вооружившись до зубов краденым оружием?