Нить судьбы - Анна Тарасова

— Ты знала, чем грозит тебе нарушение закона об инициалах?

— Да, господин, — тихо произнесла девушка.

Она не ждала ни помощи, ни спасения, лишь надеялась на легкую смерть.

— Зачем ты пошла на это?

— Я хотела жить вечно. Димитрий мне обещал обращение.

— Метка инициала дает тебе дополнительную сотню лет к жизни.

— Мне этого мало! Я хотела стать вампиром!

— Ты слишком слаба для обращения, — с жалостью проговорил понтифик, — Жерар, ты пострадал от ее действий. Сам определишь ей наказание или мне отдать ее Дитриху?

Вампир дернулся. Самостоятельно наказывать любимую за измену? Но Палач вряд ли будет к ней милосерден.

Он склонился перед понтификом.

— Сам!

И повернулся к своей женщине, теперь уже бывшей.

— Я поклялся защищать тебя своей жизнью и кровью в обмен на твою преданность. Ты нарушила обещание и за это умрешь. Тебя закроют в подземелье до конца твоих дней.

Понтифик кивком головы подтвердил оглашенное наказание.

— Нет! Жерар, нет! Пожалуйста! — Маргарита умоляла бывшего покровителя всю дорогу, пока ее выводили из зала, вырываясь из рук своих охранников и оборачиваясь к Жерару.

Тот оставался холоден и неприступен. Он даже не посмотрел вслед.

Второй раз за сегодняшний день Лина слышала мольбы о милосердии.

Маргариту было жаль, очень жаль. Веселушка-хохотушка, бессменная секретарша и любимая женщина Жерара!

Как же так? Всего лишь за желание жить вечно? Стать вампиром? Быть может провести эту вечность рядом с ним? За что?

Лина решила хотя бы попробовать. Она закрыла глаза, попыталась начать концентрацию, но вдруг ее сбоку толкнули довольно больно в плечо. Девушка потерла место удара и машинально подняла голову в сторону понтифика. Тот угрожающе смотрел на Лину и, заметив, что та обратила на него внимание, коротко и едва заметно качнул головой. Нельзя. Запрещено. Это вмешательство в законы клана.

Лина поняла и, с досадой отвернув голову в сторону, так же коротко кивнула.

Подавленная Лина вышла из здания.

Она ни с кем не разговаривала, ни с кем не встречалась взглядом.

Девушка не предполагала, что проведенная над несчастной Марго казнь будет так жестока. Умоляющие о милосердии крики девушки до сих пор отдавались эхом в ее голове.

На улице уже стояла глубокая ночь, стрелки часов показывали половину первого.

Стоя рядом со входом в резиденцию, Вероника и Максим обсуждали прошедший суд, особенно часто вспоминали несчастную секретаршу. Марго все жалели, но осуждали.

Вероника оглянулась, увидела Алину, поманила к себе.

— Ну как тебе зрелище? — поинтересовалась она у девушки, когда та подошла ближе.

Лина вздохнула.

— Познавательно.

— И это все? — удивился Максим.

— А ты чего хочешь, чтобы я прям тут возрыдала и забилась в истерике? — поморщилась девушка и сложила руки на груди, — Смотреть на это мне лично было неприятно.

Она все еще переживала увиденное и поэтому высказывалась более резко, чем обычно.

— Девочки, — донесся сзади голос Полины, еще одной сотрудницы офиса, — Ой, простите, и мальчик, — она заметила Макса, — что обсуждаем?

— А что, есть какая-то еще тема для обсуждения? — едко заметила Лина.

Полина укоризненно покосилась на девушку.

— Прости, — та повинилась, — я немного…

— Да ладно, — махнула та рукой, — понимаю. Мы все сейчас такие.

Она хотела еще что-то добавить, но посмотрела назад, в сторону дверей и замолчала. Локтя Алины коснулась чья-то рука. Девушка оглянулась. Сзади стоял Марк.

— Нам есть что обсудить, радость моя, пойдем, — он настойчиво потянул девушку за собой.

Лина вопросительно обернулась, Полина кивнула ей головой, мол, иди, а Вероника и Макс не сводили глаз с Марка.

Девушка отвернулась от группы смертных и покорно пошла за понтификом. Тот спустился с лестницы, дождался, пока с ним поравняется Лина, и предложил ей свою руку. Девушка молча уцепилась за подставленный локоть и они медленно пошли вперед по улице, тихо разговаривая.

Вероника опомнилась первая:

— Если своими глазами не увидела — не поверила бы!

Макс слегка ущипнул ее за бок и женщина еле слышно взвизгнула.

— Не сплю! — парень потер свои глаза.

Полина удивленно посмотрела на своих товарищей.

— Вы что, серьезно не знали?

Вероника перевела на нее обалдевший взгляд:

— Честно скажу — не верила. Только не он.

Женщина задумчиво посмотрела вслед паре.

— Да, я тоже. Но не хотела бы оказаться на ее месте.

Макс с Вероникой переглянулись и оба одновременно согласно кивнули головами.

— Ты поняла, зачем я пригласил тебя на этот суд? — он искоса глянул на Лину, придерживая ее пальцы на своем локте. Девушка постоянно стремилась высвободиться.

— Ну, мероприятие было познавательным, — заметила она осторожно.

— В чем? — настаивал на продолжении вампир.

— Марк, я в школе? А ты — учитель? — она совершенно не хотела разговаривать о Маргарите. Да и остальные разобранные сегодня случаи как-то не хотелось обсуждать.

— В какой-то мере да, — он остановился и развернул к себе девушку, Лина подняла на него взгляд. — Ты должна четко понимать, что значит быть инициалом.

— Тебе не кажется, что ты поздновато спохватился? Обычно условия договора оговаривают перед его заключением, а не после.

Она вырвала руку из его пальцев и пошла вперед по улице. Освещение было неровным, и через несколько шагов девушка вышла из круга света в темноту. Марку показалось, что она исчезла из этого мира, как будто и не было. Мгновенно испугавшись, он за пару шагов догнал Лину и остановил за плечо.

— Стой!

Девушка обернулась к нему.

Марк вздохнул и продолжил объяснять:

— Жерар просил сделать суд над Марго закрытым. Я не позволил. Специально для тебя.

Она нахмурилась, но промолчала, не перебивая.

— Ты должна четко понимать, в каком мире ты теперь живешь, — он откинул жестом с плеча прядь волос, — Это в человеческом обществе есть целый свод законов, оговаривающий различные наказания за преступления. У нас наказание всегда только одно — смерть.

Лина кивнула головой.

— Да, я понимаю. Я давно поняла, что человеку в вашем мире живется гораздо сложнее, чем в моем. У нас есть хотя бы попытка оправдаться.

— Марго на самом деле была виновата!

— Марго была человеком! А Димитрий — вампир! — Алина сама не заметила, как начала защищать погибшую.

— Она прекрасно знала, с кем связывается! И знала, чем ей грозит эта связь! — резко ответил Марк.