Эскорт - Александр Белаш

И принимает его за живого. Беспокоится о нем.

В невольное любование пляской пламени вкралась теплая нежность, за которую Форт втайне был признателен Эш, — о нем кто-то подумал как о человеке.

Он долго маялся с этой неразрешимой проблемой: «Кто я? Копия ума в копии тела или я — настоящий?..»

Мозг работал, формулируя ответ на поставленные задачи. Поиск линий напряжения в полыхании плазмы. Структура. Отсек стал схемой, где богатство всплесков огня выглядело изогнутыми решетками, словно Форт видел арматуру сквозь бетон.

Вот пункты, на которых замыкается часть линий. Два ящика, продолговатый и квадратный, стоящие рядом.

Форт с восторгом, который дает только риск, шагнул вперед. Дуги метнулись, огибая его, — он был чужим в системе плазменных вихрей, они не приняли его в свою игру. Тем лучше. Две сверкающие петли пролетели над шлемом, заплясали на стене, как бы нащупывая за множеством преград громадный «бублик» торнака. Хм, а вот это не к добру. Если есть утечка из тороидального накопителя, автономные плазмоиды и огни-плясуны будут резвиться, пока не истощат торнак. Но с чего они сосредоточились у ящиков?..

Шаг. Еще шаг. Статика волнами гуляет по скафандру. Он заострил зрение — «Модуль тип 80-2. Органические останки». Привет тебе, о молчаливый пассажир! Зачем плазма тебя полюбила? Вокруг ящиков гудело, словно в неисправном двигателе. А где черное яйцо? Спряталось в объемах грузов?

— Эш, проверь — мы можем управлять питанием движков? Когда покидали рубку, доступ к энергосистеме был.

— Сейчас, капитан. Погодите немного… сейчас… — в голосе звучала спешка, но не растерянность. Старается.

— Да. Можем.

— Перекачай энергию с торнака 3 на остальные. Сдается мне, я нашел, откуда подзаряжается яйцо. Тут вообще цирк плазменной активности. Пора с этим кончать.

— Но…

— Что такое?

— Я думаю… это займет много времени. Около суток. Мы же в скачке…

— Чем скорее мы начнем, тем раньше кончим. Давай, действуй. Перебой кабеля скорее всего функциональный — его забивают эти вспышки. Обесточим яйцо — и восстановим связь.

— Я не уверена, — между тем голос Эш был настойчив. — Капитан, надежнее выйти из скачка и погасить движки. Без поддержки полей плазмоид исчезнет. У нас достаточно ресурсов для повторного скачка.

— Ты обсуждаешь мой приказ? — спросил Форт, разглядывая квадратный ящик, такой красивый и такой безучастный в призрачном кипении света. Багажная марка. Вес брутто — 74,5 кг. Объем… Весовая и объемная пошлины уплачены. Категория С — инертный груз. Предметы, дорогие сердцу Кэна Мерфанда.

— Нет, нет. Я предлагаю безопасный вариант.

— Пока с движками нет связи, это невозможно.

— Но я прошу, — интонации стали почти молящими, — я прошу вас учесть мое мнение. Капитан!..

Форт потрогал замки багажного ящика. По перчатке забегали синие искры. Опечатано? На станции «Скайленд-4»? Багаж досматривался лишний раз? Ну да, составляли опись… Уважение к закону, господа, не позволяет нам… А внештатная ситуация позволяет. Важно одно — не оставлять следов на самописце.

Что это? Замки заварены!

Форт отстегнул резак и примерился к замкам. Ящик, ты мне скажешь, что у тебя внутри! Плазменные турбуленции закружились гуще, руки утонули в карминной дымке. Резак завыл, выбросив жгучий клинок, — и вдруг замолк.

Аномалия, чтоб ее… Счастье, что тело послушно, — его строили в расчете на куда большие нагрузки.

— Капитан, вы слышите?! — надрывалась Эш.

— Да, без помех, — бодро ответил он, хотя треска в ушах заметно прибавилось. — Я принял к сведению твое мнение. Вариант не годится. Выполняй мой приказ.

И механическая прочность тела завидная. Форт ударил по замку.

— Капитан, что вы делаете!!?

— Осматриваю помещение.

— Коллега Эш, остановись! — это уже возглас Далан. Вслед за ее выкриком послышалась какая-то невнятная возня и вопли. Плазменный пожар и бунт на корабле — прекрасно!..

— Капитан, я задержала Эш. Не могу допустить, чтобы она пошла в ствол.

— Отпусти меня! Пусти, слышишь, ты, образина!!

— Я некрасива только с твоей точки зрения.

— Уродская коряга! Убери лапы! Капитан, не смейте!! Нельзя!!

— Мне кажется, коллега Эш больна. Она так нервничает, так дергается!.. Нет причин для ее нервозности! Следует ли отнести ее к автомедику?

— Непременно. И обязательно проверь его опции — настроен ли он на ихэнов.

— Должен быть. Единая медицинская конвенция предусматривает, что…

— Нет! Нет!! Не-е-е-ет!!..

Форт раскрыл квадратный ящик. Он был полон красным свечением, плотным, как жидкость. Между пластами витого наполнителя лежали неровные куски камня, облитые толстым слоем застывшего стеклопластика. А где же дорогие сердцу веши?.. Сканер видел лишь обломки, разделенные похожим на мочало волокном.

«Дурдом, — подумал Форт. — Где узнать адрес клиники для артонов?.. Радиация — в пределах нормы для изверженных пород. Ни черта не понимаю. Но это барахло явно как-то участвует в шоу с продырявленным торнаком. Магнитные свойства? Ноль».

Он протянул руку к ближайшему каменному осколку — и свечение погасло. Совсем, словно он задел и повредил кабель питания проектора, транслирующего плазменный спектакль.

«О-па! Кажется, представление окончено».

— Нет… нет… — рыдала обессилевшая Эш.

«Но как она узнала, что я делаю?..»

— Далан!

— Я вся слушаю.

— Я временно отстраняю бортинженера от исполнения обязанностей. По болезни. Окажи бортинженеру необходимую помощь.

— Не надо мне помощи!

— Коллега Эш, нам виднее. Мне не бросается в глаза, что ты совсем исправна.

Поднявшись, Форт еще раз оглядел отсек 14. Будто и не бесилась здесь рассеянная плазма. Он захлопнул крышку ящика. Вот как, достаточно было внести минимальное возмущение в поле, питавшее многообразные плазмоиды, и они растворились.

Надолго ли? Навсегда ли? «Сервитер» как был, так и остался судном, способным порождать внутри себя плазмоиды. Все его мощности по-прежнему готовы свернуть шальной выброс плазмы в черное яйцо. Теперь любое изменение режима можно расценивать как опасное.

И ящик с минералом, который притягивает плазму… Надо выяснить, что это за дрянь, а потом — принять меры. Разобраться с Эш. Не скачок, а прямо скачка с препятствиями!

Одним словом, на сердце легче не стало, но хотя бы часть забот ушла. Хорошо одно то, что в отсек 14 можно спокойно вернуться, чтобы заняться кабелем.

— Далан, я прошу тебя, пожалуйста, не надо меня так держать. Я не буду драться.

— Ты точно обещаешь?

— Клянусь господом.

— Я его не знаю.

— Это самое для меня святое.

— Но я продолжу держать тебя за руку, не очень сильно. Согласись с этим.

Выйдя в ствол и закрыв отсек, Форт увидел их уходящими в головную часть судна. Благополучно вытянутые автоматы остались лежать там, где освещение работало.

— Далан, проверь связь с кормой.

— Связи нет. Связь есть!

С последними словами загорелись линии контрольных ламп. «Ну точно, функциональный перебой, — Форту полегчало. — Выкрутимся!»

Он не дошел до входа в ствол, когда сканер предупредил: «ПРИСУТСТВИЕ СЗАДИ». Нечеткий сигнал показывал нечто округлое…

…висящее над полом.

Яйцо плыло по спирали, словно ввинчиваясь в ствол тугими витками; за ним следом тянулись, ползли трепещущие струи голубого сияния, разгорающегося с каждой секундой. Это чертовски походило на атаку и совсем не понравилось Форту. Не дожидаясь, пока плазменные монстры его настигнут, он бросился вперед и закрыл за собой аварийные щиты.

ВИДЕО СТВОЛА! — скомандовал он радаром БЭМу, пятясь от щитов с лайтингом в руке.

Ствол был заполнен огненными смерчами; яйцо металось между ними, то прижимаясь к полу, то взмывая к потолку, потом с ускорением понеслось в сторону кормы, проскакивая между вновь оживших, каких-то разъяренных молний.

— Ради общего блага, коллега Эш, упрашиваю тебя не противиться, — слышалось в наушниках. — Будь хорошей и сними скафандр. Ты поступишь правильно. Гл-гл-гл-гл-гл…

— Я очень виновата. Я прошу прощения за неразумные и обидные слова. Но не надо глыкать на меня.

— Это я успокаиваю. Колыбельная для личинок.

— Вот и побереги ее, пожалуйста, для своих личинок.

— У меня нет личинок. Они возникают в замужестве.

— Можно без этого?! Я не хочу даже слышать! Господь, как мне плохо!..

— Ты страдаешь? Почему ты страдаешь? Где место твоей боли? Укажи пальцем. Я присоединю туда детектор.

— Лучше заткни им рот!

— Я могу говорить не только ртом. Ты трясешься? Ляг горизонтально.

«Нет ничего важней здоровья!» — спонтанно заголосила в памяти Форта реклама желудочных пилюль, но он быстро прихлопнул ее.

— Внимание. Я направляюсь в рубку. Как только закончите с медициной, обе ко мне на совещание. Эш, если тебе совсем худо, можешь не участвовать, но присутствовать тебе придется. Извини, нас слишком мало, чтоб бросить тебя без присмотра.