Зеркала миров (СИ) - Svetlana

Сам же принц лично, в хозяйственные мелочи не вникал.

Что именно волновало Его Высочество, входило в круг его интересов, о чем он мечтал и чему посвящал досуг было известно лишь самому близкому окружению.

Поэтому и обрадовались на станции, когда неожиданно, и так удачно, на «вакансию пажа» нашёлся подходящий кандидат.

Где носило прежнего лорда — пока старались не думать.

Гулял ли юный господин по увеселительным заведениям, почивал на груди прекрасной девы или же действительно подался в действующую армию, специалистов станции не интересовало.

Главное — успеть раскрыть загадочную сферу личной жизни и деятельности принца до появления на горизонте настоящего лорда.

Снабдив Мари кнопкой экстренного возвращения, чтобы могла уйти в любое мгновение, специалисты мечтали лишь об одном. Чтобы настоящий Мерриан не возвращался как можно дольше, и наблюдатель успел собрать всю информацию о влиятельном лице.

У исследователей станции Земли, открывших портал в неведомое — были свои планы.

* * *

Доехать до замка, как можно быстрее, забрать дракончиков и на этом все.

Не нужны ей ни приключения, ни карьера пажа. Да и находится тут в качестве наблюдателя… Пусть ищут других кандидатов.

Случай с Каддисом показал, что проблем у местных похоже хватает.

С избытком.

Интуитивно Мари была уверена, что поступила правильно. С такими, как тот вербовщик, иначе обходится нельзя. Вежливость и Каддис — понятия взаимоисключающие.

Мари вздохнула. Пребывание в смежном мире затягивалось

А у нее зачеты на носу, только-только выбрана тема курсовой. Даже с дипломной работой еще пока не определилась.

Да и соприкосновение с историей местного средневековья оказалось не столь плодотворно, как казалось еще на станции.

Это только в книгах главные герои не спеша обсуждают моду и архитектуру прошлого, наслаждаются этикетом, светскими условностями и обычаями простонародья.

В реальности же, на всё это у героя просто не осталось бы времени.

События с самого начала неслись столь стремительно, что Мари было не до раздумий и изучения особенностей одежды и быта людей иного мира.

Дорога уводящая вдаль сквозь мягкую зелень утреннего леса, пение птиц и ясное небо не вернули солнечное настроение.

— Забрать дракончиков. И все, — вновь подумала Мари.

Вот только как исполнить свою миссию побыстрее. Похоже это произойдет не так скоро, как она полагала.

Ехали они сейчас медленно, не спеша, берегли лошадей. Конюхи негромко обсуждали где остановиться на привал, да чтобы сочная трава и вода для животных была поблизости.

Неторопливое движение расслабляло, навевало дремоту и никак не способствовало скорейшему завершению пути.

— Может есть более короткий путь к замку? — поинтересовалась Мари у Фалько, который ехал поблизости.

Конюх пожал широкими плечами.

— А куда торопиться? К вечеру уже будем на месте.

— Есть и покороче, — откликнулся услышавший ее вопрос Егоний. — Там впереди — развилок. По той, что быстрее — надо свернуть вправо, а если хочешь ехать дальше, то и продолжай прямой путь.

— Не настолько уж и короче, — встрял недовольный Фалько. — Да и к чему спешить? Только гляньте погодка-то какая, замечательная. Птички вон как щебечут, и солнышко улыбается.

— И не жарко, — добавил подъехавший Йен. — Ветерок обдувает.

Мари невольно рассмеялась. «Поэтический слог» конюхов средневековья походил на говор старинных нянюшек из детских сказок.

Но простые слова оказывали целительное воздействие.

— Ты играешь на лютне? — чуть было не ляпнула Мари только сейчас заметив удивительно похожий, небольшой музыкальный инструмент ловко пристроенный между мечом и дорожной котомкой. Как же. Ага. Разумеется Мерриан не только знал об этом, но может быть и подпевал сидя за столом в компании конюхов. Скорее всего, оплачивал всеобщее застолье тоже он.

Самозванка усмехнулась случайным мыслям.

— Есть хорошая песня для дороги? — спросила она вслух

— Спой про монаха! — заорал невысокий и худощавый, Шенин, третий из компании конюхов.

— Нее. Эта не годится. Тут — Егоний.

— Моя невинность, — подсказал ухмыляясь Йен.

— Это неприличная песня. — веско заметил Фалько. — Не для ушей лорда.

— С каких это пор лорду нельзя слушать про б****? — поразился Шенин. — Тем более когда он пел эти куплеты вместе с тобой.

— Мы тогда праздновали день рождения Дины, — пояснил Фалько.

— Это лошадь, — усмехнулся Егоний обращаясь к Мари.

— Ну да, — кивнул лохматый. — Нашей Дины. А сейчас мы едем по тракту и в любой момент навстречу могут случайно выехать дамы. И как господин потом объяснит свои музыкальные хулиганства в высшем свете.

— Что-нибудь придумаю, — легкомысленно сообщила Мари поражаясь тому, как изящно и ловко выкрутился Фалько придумав «случайное появление дам».

— Нет. Эта не годится, — решительно оборвал спор конюх и снял с перевязи свою лютню. — А вот такая песенка пожалуй в самый раз.

Он откашлялся, взял несколько аккордов и запел чистым и приятным голосом.

— Много ходил по свету

Как-то я Бетти встретил

Враз прогремели грозы

надо мной

Глазки как звезды светят

Ротик — бутончик розы

Ах, Бетт ты ангел мой

Простенькая, быстрая, похожая на детскую, песенка и легкая музыка…

— Неужели в средневековье исполняли нечто похожее, — неожиданно подумала Мари. — Хотя кто знает. Были песни восхваления, были оды о любви, песни-баллады. А вот песни дразнилки, шуточные песенки собирающие медяки на площадях, к сожалению не дошли до нас. Но ведь их не могло не быть. Недавно ученые выяснили, что оказывается возраст некоторых детских считалок насчитывает тысячи лет. Может быть и у нас когда-то, на улицах средневековых поселений звучало нечто похожее, простенькое и неказистое. А потом об этом забыли.

Задорная мелодия весело разливалась по округе, вплеталась в птичьи трели и очень естественно аккомпанировала прекрасному и живому миру, который окружал путников.

Казалось лес хлопает в такт зелеными листьями и незримо кружит в танце вокруг музыканта.

Несколько аккордов и последовал новый куплет про жаркую страсть к юным формам прелестной девушке.

Конюхи смеялись и вовсю подпевали, Егоний улыбался, а Мари, казалось, что даже лошади весело топали, помахивая хвостами в ритме незатейливой песенки.

Серое настроение постепенно уходило, растворяясь без следов в ярких красках дня.

— Эх, жарко ж тут солнце светит