Разбитое сердце - Белла Джуэл

— Но ведь ты на самом деле совсем не хочешь, чтобы я перестал за тобой ходить, потому что тогда ты будешь одинока. Признай это.

— Совсем нет.

Я все сильнее расплывался в улыбке.

— Ну что ж, тогда я буду сидеть здесь до тех пор, пока ты не признаешь это.

— Я ненавижу тебя, Максимус.

Я ткнул ее в живот, и она захихикала.

— Не называй меня этим отвратительным именем, женщина.

— Но ведь тебя так назвали при рождении. Поэтому, я буду тебя так называть, когда захочу.

— Может, это и есть мое имя от рождения, но оно совсем дурацкое.

Она засмеялась еще громче. Боже, как мне нравился ее смех.

— Ладно, ладно, буду звать тебя Максом. Но это не означает, что ты мне нравишься.

— Тогда я буду щекотать тебя до тех пор, пока ты не признаешься, хочешь?

Она ударила своей ногой мою ногу.

— Ты не сделаешь этого, я пострадавшая!

— Смех – лучшее лекарство, Колокольчик.

— Если ты это сделаешь…. – сказала она недоверчиво.

— Я и не сделаю?

Я наклонился к ее ребрам и пощекотал. И тут она просто взорвалась от смеха, который была не в силах сдержать. Я тоже засмеялся, затем положил лед на пол, и второй рукой стал щекотать ее по всему телу. Она извивалась и билась в истерике от смеха. Она пыталась вырваться вперед, но я крепко держал ее за талию. Я выставил руку, чтобы не давить на нее своим весом, однако, все еще удерживал ее лицом в пол и продолжал щекотать.

— Перестань! — завизжала она. — Ты ужасно… — она не смогла закончить фразу из-за смеха.

— Макс!

— Скажи это! – я смеялся и еще больше щекотал ее. – Скажи, что тебе приятно находиться в моем обществе.

— Нет, – захихикала она.

Я перевернул ее, развел ее бедра в стороны, пошевелил пальцами перед ее лицом и начал щекотать живот. Она завыла от нового приступа смеха, и начала крутить головой в разные стороны.

— Признай это или за последствия я не отвечаю.

— Ладно, ладно, – сказала она, пытаясь отдышаться от смеха. – Мне очень нравится находиться рядом с тобой, и моя жизнь уже не будет прежней без тебя.

Я растянулся в довольной улыбке и прекратил щекотать ее. Я опустился и прижался своим лбом к ее лбу.

— Ну вот, я оказался прав.

Ее смех мгновенно улетучился, дыхание стало ровным. Она посмотрела в мои глаза и внезапно мы как будто осознали всю серьезность происходящего. Я хотел поцеловать ее. Боже, я так хотел поцеловать ее, что это желание болью отзывалось по всему телу. Она опустилась ниже, и я еле сдержал стон. Ее глаза задержались на моих губах, и я понимал, что она тоже очень хочет поцеловать меня. Она подвинулась ближе и провела большим пальцем по моему подбородку. Мое тело сжалось от желания.

Мое сердце сжималось как никогда в жизни. Тело было наполнено сумасшедшим желанием, и я не понимал, почему. Белла мне не безразлична, я уже понял, но насколько? Нет, конечно, я осознавал, что все зашло далеко, но, Боже, у меня ведь все еще есть девушка, с которой не закончены отношения. Какой же я негодяй!

Я не должен сейчас здесь находиться и делать то, что делаю.

Я быстро отодвинулся, чтобы отвлечься от возникшей эрекции. Я не должен был все это делать! Черт! Я огляделся вокруг в поисках ключей, пытаясь сделать что угодно, чтобы только не смотреть в ее божественные глаза.

— Мне нужно идти, — сказал я, глядя на свои ботинки. – У меня лабораторная работа.

— Да? — сказала она разочаровано. — Хорошо.

— Я позвоню тебе.

Я схватил ключи и вышел из комнаты, не сказав ни слова.

Я просто чертов козел!

ГЛАВА ШЕСТАЯ

СЕЙЧАС – АНАБЕЛЛА

Я сидела, прижав колени к груди, и неподвижно смотрела в одну точку. Имоджен спокойно спала в своей кроватке, расположенной в дальнем углу комнаты. Она лежала на боку, накрытая простынью, зажав в кулачке розовое одеяло. Девочка выглядела умиротворенной, и я была этому очень рада, потому что все время думала о Максе, о том, в какой манере я с ним разговаривала сегодня вечером.

Я вернулась домой час назад, и, выдавив из себя искусственную улыбку в сторону Тины и Пиппы, проскользнула в свою комнату, где так и просидела все это время. Я не могла ни о чем думать, не могла ничего делать, мне даже было тяжело дышать. Сегодня я очень расстроила Макса.

Я обидела его, знаю. И зачем я это сделала? Я ведь пошла в клуб только для того, чтобы понять — допускать ли его к общению с дочерью. Но вместо этого я просто растерялась из-за нахлынувших эмоций.

После всего случившегося я просто не представляла, каким образом выстроить с ним отношения, потому что прекрасно знала характер Макса. Несмотря на то, что мои слова задели его, вряд ли он так просто отступит. Ему понадобятся ответы на все вопросы, и, скорее всего, он захочет расставить все точки над «i». А если он узнает об Имоджен, то обязательно захочет присутствовать в ее жизни. Нравится мне это или нет, но придется найти способ как-то общаться с ним. Но я даже не представляла, как это сделать. Я так тосковала по нему….

— Тук-тук.

Я подняла голову, дверь открылась и в комнату вошла Пиппа с кружкой чая в руках.

— Я увидела, что у тебя горит свет, и подумала, что сейчас тебе это не помешает.

— Спасибо, — вздохнула я.

Она поставила кружку на прикроватный столик, а затем присела на кровать и внимательно на меня посмотрела.

— Что-то случилось?

— Сегодня я видела его, — прошептала я.

— О, Белла.… И все прошло не совсем хорошо, так?

— Да.

Пиппа развернулась, подоткнула под себя ноги и наклонилась ко мне, как всегда добрая и чуткая.

— Что случилось?

Я заправила за ухо локон волос и посмотрела на свои руки.

— Он выгнал меня из клуба, прижал к стене и пытался вывести на разговор.

— Надеюсь, тебе удалось избежать этого?

Я покачала головой.

— Я не смогла, Пип. Я не знала, как это сделать. Он сказал, что сильно изменился в плохую сторону, но никогда не переставал думать обо мне. Я не понимаю, как это может быть правдой, если пять лет назад он сам лично сказал, что разлюбил меня?

— Это всего лишь твои догадки, — задумчиво сказала Пиппа. — А ты думала когда-нибудь, что он так сказал, чтобы заставить тебя уйти от него?

— Конечно, он хотел, чтобы я ушла, - пробормотала я. – Ведь он разлюбил меня.

— Нет, я имею в виду, что он, возможно, ненавидел себя за то, каким человеком стал, и посчитал, что ты заслуживаешь лучшего.

Я никогда об этом не думала.

Одна лишь мысль об этом вызывала дикую боль в груди.

— Не знаю, — призналась я. — До сих пор не могу понять, что тогда произошло.

Однажды вечером он просто куда-то пошел. Я знала, что произошла некая авария, свидетелем которой он был, но он никогда не рассказывал подробностей. Потом он вернулся домой, и с тех пор уже никогда не был прежним: он начал выпивать, играть в азартные игры, и, в конечном итоге сказал, что больше не любит меня.