Поцелуй ангела - Ленора Риджли

— У меня был ужасный день, и дальше я вполне могу обойтись без вашего общества. — Нет, пожалуй, это чересчур резко. И она добавила чуть мягче: — Как вы думаете, кто-нибудь заметит, если я потихоньку ускользну?

Он оглядел редеющие группки гостей.

— Уверен, когда мы будем уходить, заметят все. Но это лишь сыграет на руку вашему имиджу преуспевающей молодой женщины.

Какой приятный глубокий голос и как отвратителен сквозящий в нем сарказм!

— Людские пересуды мне безразличны.

— То-то вы из кожи вон лезете, чтобы не стать их объектом! — невозмутимо парировал Джефф. Заметив, что Бетси чуть не задохнулась от негодования, он послал ей невинную улыбочку — самую подходящую, чтобы разжечь ее гнев. — Ну, так мы идем или нет?..

Комната ничем не отличалась от любой другой в отеле подобного уровня — роскошная и безликая.

Бетси сняла туфли, умылась и легла на кровать, устало прикрыв глаза. В щелочку между ресницами она наблюдала, как Джефф пытался устроиться на диване — слишком коротком для роста этого атлета. Было бы логично предложить ему кровать, а самой лечь на диване, но ничего подобного Бетси не собиралась делать. Немного неудобств пойдет ему даже на пользу, подумала она со злорадством и зевнула, прикрыв рот ладонью.

— Мне нужно всего лишь чуть-чуть вздремнуть.

Да, денек выдался нелегким и потребовал гораздо большего эмоционального напряжения, чем она предполагала. Может быть, вино притупило немного боль, но зато вызвало и побочные эффекты, вяло подумала Бетси, опуская отяжелевшие веки.

Уже засыпая, она вдруг сообразила, что поступила на редкость опрометчиво, согласившись запереться в комнате с почти незнакомым мужчиной, которому к тому же инстинктивно не доверяла. Но почему-то была уверена, что Джефф не воспользуется ситуацией в низменных целях. И она умиротворенно погрузилась в сон, так и не почувствовав, что ее заботливо укрывают покрывалом.

4

Бетси проснулась в полной темноте. По мере того как глаза постепенно начинали различать находящиеся в комнате предметы, сознание ее медленно прояснялось. Внезапно в мозгу словно вспыхнула яркая лампочка, и Бетси, ахнув, резко села в кровати. Господи, который час? Почему Джефф ее не разбудил?

Она пошарила по стене, пытаясь найти выключатель, наконец нащупала какую-то кнопку, нажала, и комната слабо осветилась мягким светом ночника. Нашла свои часики и с трудом разглядела время: два тридцать.

Она потянулась, свесила ноги на пол и провела рукой по взъерошенным со сна волосам. Ровное глубокое дыхание, доносящееся из другой части комнаты, свидетельствовало, что ее спутник спит. Бетси спрыгнула с кровати и босиком прошлепала через комнату.

— Джефф, — тихо позвала она.

Он лежал, закинув руку за голову, сон смягчил резкие черты лица, отчего Джефф выглядел моложе. Пиджак, который он накинул вместо одеяла, соскользнул на пол и валялся мятой кучкой.

Бетси сделала еще шаг и, споткнувшись о ботинки, еле удержалась, чтобы не рухнуть на спящего. Упала на колени и затаила дыхание, замерев в опасной близости от его тела, но Джефф, видимо, так устал, что даже не шелохнулся.

Сейчас же разбуди его и перестань вести себя, как последняя идиотка! — мысленно приказала она себе. При данных обстоятельствах сочувствие к его усталости неуместно. В действительности же сложная гамма чувств, проснувшихся в ее душе, далеко не исчерпывалась сочувствием, но Бетси упрямо не желали тебе в этом признаваться.

Наклонившись, она произнесла почти в самое его ухо:

— Джефф! — И тут же отпрянула, ожидая, что он резко вскочит. Но тот продолжал крепко спать. — Вставайте, уже поздно!

На этот раз она говорила в полный голос, но Джефф только повернулся на другой бок. Уму непостижимо — легче мертвого разбудить, чем этого человека! Если он сейчас же не очухается, она его здесь бросит, и поделом ему.

Раздавшееся в ответ урчание все-таки немного обнадеживало. Она решила не сдаваться.

— Проснитесь, уже половина третьего!

Джефф перевернулся в ее сторону, и Бетси вздохнула с облегчением. Еще не до конца открытые глаза смотрели непонимающе, но по крайней мере он проснулся. Когда Бетси разглядела выражение его глаз, от ее облегчения не осталось и следа: горящий взгляд, полный откровенного желания, сковал ее и пригвоздил к месту не хуже железных оков. Бетси даже не поняла толком, проснулся ли Джефф или все еще находится под влиянием сна, но сердце ее вдруг бешено ускорило ритм, да так, что даже в ушах зашумело.

Она почувствовала себя неуютно. Запоздало заметила, что две верхние пуговицы жакета расстегнуты, отчего шелковая камисоль, отделанная бледно-персиковыми кружевами, оказалась выставленной напоказ. Кофта доходила ей как раз до пупка — эта подробность выяснилась, когда Джефф ловким движением выпростал из петель нижние пуговицы жакета. Ошеломленная нападением, Бетси услышала низкий утробный звук — полувздох, полурычание, — в котором прозвучало самое что ни на есть первобытное мужское удовольствие, и растерялась еще больше.

— Джефф, уже поздно. Мы… мы проспали. — Больше она ничего не смогла сказать, слова застряли в пересохшем горле и вместо них вырвался только сдавленный стон, потому что Джефф, обняв ее за талию, привлек к себе. Склонил голову к ее груди и, сдвинув в сторону шелковую ткань, сомкнул губы вокруг ставшего вдруг неимоверно чувствительным соска. Небритый подбородок возбуждающе царапал нежную кожу, а губы и язык творили с грудью что-то невообразимое. Девушка запрокинула голову и позабыла обо всем на свете. По ее телу волнами пробегала сладкая дрожь, сознание затуманилось. Где-то внутри ее естества рождался жидкий огонь и растекался по венам, достигая самой отдаленной клеточки. Какой-то частью сознания Бетси смутно понимала, что искуситель пересекает границы дозволенного, но другая часть не желала, чтобы он останавливался.

Конечно, это верх сумасбродства с ее стороны, и очень скоро придется горько пожалеть о своей слабости, но сейчас она жаждала только одного — чтобы волшебные мгновения длились вечно — и была не в силах побороть эту жажду.

Разум на миг одержал верх, и Бетси сдавленно прошептала:

— Прекратите!

Она попыталась оттолкнуть Джеффа, для большей убедительности пустив в ход и локти.

Неожиданно он подчинился и поднял голову. Бетси пронзило острое чувство потери — такое внезапное, что она не сумела его скрыть.

Их взгляды встретились. Затуманенный взор Джеффа постепенно прояснялся, но в глазах все еще горел чуть притушенный огонь страсти. Плечи мужчины были напряжены, щека подергивалась — это говорило о том, что ему было не так-то легко угомониться.